авторов Коллектив – Леонтий Византийский. Сборник исследований (страница 62)

Лоофс не соглашается с объяснением христологии Леонтия из начал неоплатонизма и настаивает на аристотелизме как ее философском основании. [900] Но вот мы видим, что самый важный и центральный термин этой христологии не может быть выведен из начал аристотелизма и необходимо должен быть признан по своему генезису платоновским или, точнее, неоплатоническим. В чем здесь причина того, что немецким историкам и патрологам не угодно согласиться с такой, казалось бы, бесспорной истиной? Причина, с одной стороны, в том, что Леонтий своим рационалистическим методом обоснования христологии действительно наводит на мысль об увлечении его логизмом и рационализмом Аристотеля. Этой особенности доктрины Леонтия нельзя, конечно, отрицать, но ведь она и касается не самого существа доктрины, не принципиальных ее оснований, а внешней, формальной стороны. Поэтому, с другой стороны, причиной, побуждающей указанных ученых причислять к чистым аристотеликам Леонтия Византийского, нужно считать явное намерение именно к нему приурочить начало нового курса в византийском богословии — схоластики. Более подробная речь об этом у нас будет впереди, но и теперь мы не можем удержаться от того, чтобы не высказаться против крайностей подобного взгляда на Леонтия и его литературную деятельность. Леонтий по своему религиозному настроению полон самого высокого религиозного энтузиазма и самого чистого идеализма. Его литературные труды отмечены повсюду горячей религиозной верой, самыми живыми интересами к религиозной истине, самым искренним желанием воспринять и уразуметь ее в полном согласии и соответствии с Преданием Церкви и учением церковных авторитетов. Насколько далеко отстоит такое религиозное настроение и богословское направление, характеризующее нашего писателя, от настроений и направлений схоластической эпохи, эпохи всяческого поклонения Аристотелю, говорить не приходится.

Чтобы закончить речь о терминологии Леонтия, необходимо сказать еще о последнем, имеющем очень широкое применение, термине в сочинениях Леонтия — о термине ἕνωσις «соединение». Понятно, почему данный термин встречается почти на каждой странице сочинений Леонтия. Автор все время занят одной мыслью понять и в доступной форме разумно объяснить соединение природ во Христе согласно с определением соборов и учением Свв. Отцов, главным же образом с учением свт. Кирилла Александрийского. Образ этого соединения различно понимался сектантами и защищался ими по-разному со всякими передержками, подлогами и извращениями или замалчиваниями тех свидетельств, которые говорили против них. Для Леонтия открывалась двоякая задача: обнаружить ложь в понимании сектантами единения и выяснить истинную сущность его на основе здравого разума и Предания Церкви. Итак, прежде всего, что такое ἕνωσις «соединение» вообще? Это есть соединение двух, во всяком случае более одного. Во-вторых, это есть чистое и совершенное единство, не допускающее ни слияния, ни разделения соединенных. Соединение бывает простое (ἁπλῆ) и сложное (σύνθετος). В первом соединяются простые части, во втором сложные, но в том и другом после соединения соединенные части не уничтожаются и не образуют из себя чего-либо нового, отличного от этих частей. [901] Уже такое, самое элементарное, в сущности, понятие о соединении, является ярким показателем неправды в учении о ἕνωσις «соединение» несториан и монофизитов, ибо первые разделяют и обособляют соединяемые части, а вторые сливают и уничтожают их. Чтобы прикрыть такую неправду в отношении к Иисусу Христу, те и другие избегали употреблять ἕνωσις в его настоящем значении, а делали к нему различные дополнения, которыми изменялся смысл данного термина согласно с их учением.

Из различных терминов единения, употреблявшихся во времени Леонтия православными полемистами и их сектантскими противниками, им упоминаются следующие:

1) ἡ σύνθεσις καὶ ἕνωσις «единение» в собственном и чистом смысле слова;

2) ἕνωσις σχετική, κατὰ σχέσιν «соединение относительное», «по внешности»;

3) ἕνωσις οὐσιώδης, κατ᾿ οὐσίαν «соединение существенное», «по сущности»;

4) ἕνωσις κατὰ παράθεσιν «соединение по смежности», «по соположению»;

5) ἕνωσις κατὰ μίξιν «соединение по смешению» (в твердых телах);

6) ἕνωσις κατὰ κρᾶσιν, κατὰ σύγκρασιν «соединение по растворению», «по срастворению» (в жидкостях);

7) ἕνωσις κατὰ σωρείαν «соединение по собранию», «по группировке» (например, в партиях);

8) ἕνωσις καθ᾿ ἁρμονίαν «соединение по соразмерности», «по слаженности»;

9) ἕνωσις κατὰ κόλλησιν «соединение по спайке» (например, в металлах);

10) ἕνωσις κατὰ σύγχυσιν «соединение по слиянию»;

11) ἕνωσις κατὰ φύρσιν «соединение по впусканию» (например, закваска в тесте). [902]

Кроме этих терминов соединения, приведенных в Эпилисисе, в других сочинениях Леонтия встречаются еще такие:

1) ἕνωσις φυσική, κατὰ φύσιν «соединение естественное», «по природе»; [903]

2) ἕνωσις κατὰ τροπήν «соединение по превращению»;

3) ἕνωσις κατὰ σύνθεσιν ἤγουν συμπλοκήν «соединение по сложению или сплетению»; [904]

4) ἕνωσις κατ᾿ εὐδοκίαν «соединение по благоволению»; [905]

5) ἕνωσις κατ᾿ ἐνέργείαν «соединение по действию»;

6) ἕνωσις κατὰ γνώμην «соединение по мнению», «по воле»; [906] и, наконец,

7) ἕνωσις καθ᾿ ὑπόστασιν, [907] ἕνωσις ὑποστατική [908] «соединение по ипостаси», «ипостасное соединение», которое Леонтий называет ἕνωσις ἀληθής, κατ᾿ ἀλήθειαν [909] «соединение истинное», «действительное».

Все указанные термины имеют неодинаковый смысл и значение: одни означают полное слияние соединяемых частей с переходом в новое образование, другие — только видимое сближение, при котором части остаются друг другу чуждыми (например, вода и масло). К первой категории надо отнести ἕνωσις κατ᾿ οὐσίαν, κατὰ φύσιν и κατὰ σύγχυσιν «соединение по сущности», «по природе» и «по слиянию». На них опирались аполлинаристы, евтихиане и вообще все монофизиты, признававшие во Христе одну Божественную природу, в которой, как капля уксуса в море, совершенно растворилось, с которой совершенно слилось человечество Иисуса Христа. Ко второй категории принадлежит ἕνωσις κατὰ σχέσιν «единство по связи (или по отношению)», κατὰ παράθεσιν «по положению», κατ᾿ εὐδοκίαν «по благоволению», κατὰ συνάφειαν «по союзу» и др., на которых основывались ариане и несториане, признававшие одну только человеческую природу во Христе, с которой Божество соединилось только механически, внешним образом.

Леонтий хорошо понимал всю важность точной терминологии и догматическом учении и не щадил ни времени, ни трудов для установления истинного смысла употреблявшихся тогда и православными, и сектантами терминов. Критикуя монофизитскую доктрину, он тщательно исследует их излюбленный термин соединения — ἕνωσις κατ᾿ οὐσίαν или οὐσιώδης «единство по сущности» или «существенное», ἕνωσις κατὰ φύσιν или φυσική «единство по природе» или «природное», и говорит, что такие термины приложимы к обозначению соединения Лиц Св. Троицы, где Лица соединяются по сущности и природе. [910]

«Если Божество и человечество Христа соединены по сущности (κατ’ οὐσίαν), тогда они не могут сохранить своих природных свойств и в единении сольются, не останется ни Божества, ни человечества, но из них появится иной вид сущности, что нечестивее всего». [911]

Соединение по естеству, природное (ἕνωσις φυσική), также превращает соединяемые части в одну природу и уничтожает их вместо соединения. [912] То же самое нужно сказать и о соединении κατὰ σύγχυσιν «по слиянию», которое в результате уничтожает различие природ. [913]

Несторианская терминология находит себе в лице Леонтия иноке строгого критика.

«Те, кто догматизируют соединение по действию, или благоволению, или по иному какому-либо подобному отношению (ἕνωσις κατ᾿ ἐνέργειαν, ἤ εὐδοκίαν, ἤ ἄλλην τινὰ τοιαύτην σχέσιν), ничуть не приближаются к истине, впадая в многоразличную ложь». [914]

Леонтий признает наличие во Христе двух энергий, человеческой и Божественной, [915] но считает, что такое единение по энергиям односторонне и несовершенно; оно не выражало бы сущности истинного единения, в котором происходит взаимообщение и взаимоусвоение природных свойств и качеств, в том числе и энергий, через истинную Ипостась Бога Слова. [916] Каждая энергия подчиняется единому богомужному действованию во Христе. «Единение считается не по энергии Слова, но по целому существенному единению». [917] Поэтому единение по энергии на самом деле оставляет природы во Христе в полном разделении и потому нисколько не приближается к истине православного понимания догмата Воплощения. То же нужно сказать и о термине единения по благоволению (κατ’ εὐδοκίαν), или достоинству (κατ᾿ ἀξίαν). Такое единение представляет одну только фикцию и является своеобразным докетизмом, отрицающим истинное Богочеловечество Христа. [918]

Какое же соединение сам автор признает истинным и православным? На этот вопрос читаем такой его ответ в Эпилисисе:

«Итак, истинное учение признает тождество по ипостаси». [919] Такое единение Леонтий называет ἡ μέση, ἡ ἀσύγχυτος καὶ ἀδιαίρετος «среднее», «неслиянное и нераздельное». [920] Смысл таких названий в общем понятен. Это единение строго хранит середину между крайностями, между слиянием с уничтожением соединяемых частей и разделением с внешним соприкосновением их. Но вот у Леонтия мы находим и такие наименования единения, которые на первый взгляд представляются прямым противоречием установленному им определению данного термина. Так, он говорит: ἄῤῥητος ὄντως ἐστὶν καὶ ἀνεννόητος μονή ἡ καὶ οὐσίαν καὶ οὐσιώδης καὶ ἐνυπόστατος ἕνωσις «действительно неизреченным и непостижимым является только единение по сущности, существенное и ипостасное». [921] Противоречивым здесь является само название: ἡ κατ᾿ οὐσίαν καὶ οὐσιώδης «единение по сущности и существенное», ибо, как мы видели ранее, он такое единение отрицает. На самом деле здесь нет никакого противоречия, так как только ипостасное (ἐνυπόστατος) соединение он называет существенным, причем смысл этого последнего названия можно переводить словами: «действительное», «реальное единение». То же самое нужно сказать и о названии Леонтием единения ἕνωσις φυσικὴ καὶ ὑποστατική «единение природное и ипостасное». [922] Это не значит, что во Христе соединяются природы (φύσεις) или что в этом единении слились две особых ипостаси, но только то, что через одну ипостась приходят в столь тесное и реальное единение различные свойства природ, что все человеческое во Христе действительно становится Божественным, а все Божественное — человеческим. Такую терминологию Леонтий употреблял не потому, что считал ее наиболее точной и удобной для своей христологии, а потому, что такими терминами пользовались те авторитеты, которым он неизменно следовал, Свв. Отцы — Афанасий и Кирилл Александрийские, и потому, что такую же терминологию употребляли монофизиты и несториане, вкладывая в нее свой специфический смысл, противный истинному, Православному учению о Лице Иисуса Христа.