Автор – Дом на Сиреневой улице (страница 55)

– Ну, закончишь ее на несколько дней позже, что изменится? Ты уже целую неделю меня избегаешь. У тебя кто-то появился?

– Кать, ну что ты такое говоришь? Ты себя слышишь? Я работаю. Мне совсем чуть-чуть осталось, и духи будут готовы. И тебе не мешало бы заняться делом.

– А я и так занимаюсь. Вот Игорь Петрович предложил мне заняться ароматерапией простудных заболеваний.

– Отличное направление деятельности. Кстати, обрати внимание на эфирное масло эвкалипта и чайного дерева.

– Что ты со мной, как с маленькой, – обиженно произнесла Катя. – Что я, по-твоему, не знаю, что вокруг эвкалипта на 1 кубический метр воздуха приходится всего 5—10 бактерий, а в наших городах – более 1000? И что масло чайного дерева сильнейший природный антисептик, бактерицидное и противовирусное средство? И его антисептический эффект в 5 раз сильнее, чем у спирта?

– Ну хорошо. Ты не маленькая и, конечно, знаешь, что такое мелалеука?

– Ты это специально, да? Хочешь сказать, что я большая и глупая?

– Подсказываю, – улыбнулся Петр. – Это потрясающее целебное дерево. Естественная среда его обитания – Австралия. Оно произрастает в тропиках в болотистой местности и накапливает огромное количество эфира. Первое знакомство европейцев с ним произошло в 18 веке во время путешествия капитана Кука на австралийский материк.

Местные жители использовали листья этого дерева в течение многих столетий. Они давили листья и вдыхали их аромат для облегчения дыхания, а толчеными листьями присыпали долго не заживающие раны и язвы.

– Нет, ты точно специально! – произнесла Катя и обиженно скривила хорошенькие губки.

– Ладно. Еще подсказка. Аборигены заваривали из листьев напиток, по вкусу напоминающий чай, и пили его для профилактики различных заболеваний. Напиток получался не только ароматным, вкусным, но еще и целебным.

Куку и его мореплавателям напиток очень понравился, и они переняли у аборигенов рецепт его приготовления. Ну, догадалась, как называлось дерево?

– Чайное! – радостно выкрикнула, довольная собой Катя. – Ой, Петя, откуда ты столько всего знаешь?

– Много читаю, изучаю специальную литературу и научные труды, а не бегаю по киношкам. Вот занялась бы перспективным направлением – аромамаркетингом. Им за границей пользуются 65% бизнесменов, а у нас в России – только 2%. Представляешь, какой простор для деятельности?

– Ууу, какой ты скучный.

– Кстати, ты знаешь, как Коко Шанель познакомила высший свет со своими духами?

– Нет.

– Она распылила в примерочных своего ателье необыкновенный аромат: глубокий, бархатистый, цветочный – и в то же время морозно-свежий. И назвала его своим именем – Chanel №5.

– А почему №5?

– Идея создания аромата пришла в голову Коко в 1921 году. В то время она отдыхала на Лазурном берегу со своим возлюбленным – великим князем Дмитрием Павловичем, племянником Николая II.

Там Дмитрий Павлович представил ей французского парфюмера русского происхождения Эрнеста Бо, который после революции эмигрировал во Францию.

После возвращения в Париж Коко Шанель попросила Эрнеста создать необычные, исключительные, искусственно созданные «духи для женщины, которые пахнут как женщина, а не роза».

Эрнест согласился исполнить это желание. Природа наделила его талантом подбирать оригинальные сочетания ароматов. Он составил несколько композиций. Немного позже он представил Коко ряд флаконов, пронумерованных числами от 1 до 5, и от 20 до 24. Она выбрала пятый, заявив: «Я представляю свои коллекции 5 мая, в пятый месяц года, так что давайте оставим номер, который он носит, и пусть он принесет ему удачу».

Парфюмер предложил Коко Шанель композицию, в которой в невиданных ранее пропорциях использовал альдегиды. Бо видел будущее парфюмерии в использовании синтетических цветочных запахов, придающих духам стойкость.

В те времена в тренде были натуральные цитрусовые ароматы. Они прекрасно пахли, но были совсем нестойкими на коже. Альдегиды, которые только что научились синтезировать, продлевали стойкость, но были необычайно насыщенного аромата, и парфюмеры не решались их использовать.

Альдегидные запахи (запахи свежести) оттеняли и усиливали натуральные компоненты в новой композиции Эрнеста.

Он писал в своих мемуарах, что пытался воссоздать аромат холодных рек озер Кольского полуострова посреди полярного дня: «Во время летнего полярного дня озера здесь излучают особую свежесть. Этот характерный запах я сохранил в памяти. И после, с большим трудом, мне удалось воссоздать его, хотя поначалу альдегиды новой композиции были очень неустойчивы…».

Так Бо увековечил в Chanel №5 свои воспоминания о навсегда покинутой России…

– Какая удивительная история. Пойдем куда-нибудь, и ты расскажешь мне что-нибудь еще. А потом мы можем поехать ко мне, – не унималась Катя.

– Ты не понимаешь. Запах – это все, – не унимался Петр, делая вид, что не замечает приглашения. – Если грамотно его использовать, то можно манипулировать людьми.

– Как это?

– Понимаешь, когда человек вдыхает аромат, обонятельные клетки сразу же переносят его в часть мозга, которая отвечает за память, поэтому запахи быстро вызывают яркие воспоминания и эмоции.

– Опять сел на своего любимого конька. Ты можешь хоть иногда отдыхать и не думать об ароматах? А когда ты будешь думать обо мне? Я чувствую себя полной дурой. С ума сойти, у меня есть соперница, и ее зовут «парфюмерия»!

– Вот создам аромат, который прославит меня на весь мир, как Кристиан Диора или Коко Шанель, и, возможно, успокоюсь. Пьер Робер! Звучит?

– Ты поэтому всем представляешься Пьером? И откуда этот Робер взялся?

– Пьер – это Петр, только по-французски, а Робер – это псевдоним. Он означает неувядающая слава.

– Хочешь добиться неувядающей славы? – она расхохоталась.

– А почему бы и нет? – с вызовом спросил Петр. – Ладно, заболтался я с тобой. Пора бежать.

Он чмокнул ее на прощание в щеку и быстро побежал к машине, пока она не успела его окликнуть. Ловко прыгнул в машину, и она сорвалась с места.

Петра утомляли эти отношения. Они встречались с Катей уже три года, но он не торопился связывать себя узами брака. Катя хорошая девушка, очень симпатичная. И занимаются они одним делом. Но ее больше заботят всякие прогулки и нежности. Его же в данный момент интересовали только эфиры и ароматы. Молодой человек мечтал о мировой славе.

***

Поднявшись на лифте на свой этаж, Петр уже готов был зайти в свою квартиру, но неожиданно для себя решил, что неплохо было бы заскочить ненадолго к Соне. Вот уже пару дней он ее не видел.

Соня, Сонечка – лучшее, что у него было и есть. Самый надежный друг, проверенный временем, «боевая подруга», так сказать. Они жили в одном доме с самого детства и неудивительно, что все время проводили вместе. А когда пошли в школу, оказались в одном классе. Соня сама предложила сесть за одну парту. Так они и проучились, не разлучаясь, до окончания школы.

«Боевая подруга» очень подходило Соне. В классе мальчишки дразнили ее «рыжей», из-за цвета волос, а Петю – «очкариком» из-за его ужасных очков. Он и сейчас носил очки, но теперь – лучшего французского бренда S. T. Dupont. Они украшали и придавали солидности. Да и выглядел он в свои 32 отлично: высокий, стройный, подтянутый, весьма привлекательный молодой человек.

Тогда, в школе, одноклассникам здорово доставалось от их парочки, и особенно – от Сони. Она, как заправский хулиган, размахивала портфелем, приговаривая: «Будете знать, как обзываться!». И была готова с грохотом опустить его на голову обидчиков, если они не угомонятся.

С тех пор прошло уже много лет, но дружба Пети и Сони не прекращалась, а становилась только крепче. Он даже не хотел переезжать в эту квартиру, потому что надо было уезжать от дорогой подруги в другой район. Но вселенная была благосклонна к нему. В тот момент, когда соседи по лестничной клетке собирались продавать свою двушку, Соня как раз искала подходящий вариант размена своей квартиры. Пазл сложился, и вот теперь она – его соседка по лестничной клетке. «Боевая подруга» снова рядом, чему он был безумно рад.

Она понимала его, как никто другой, выслушивала его бредовые идеи и почти всегда его поддерживала, если только он не нес откровенную чушь. Тогда Соня по-дружески опускала его с небес на землю. А еще она была мамой очаровательных двойняшек, с которыми Петя любил играть.

За нахлынувшими воспоминаниями он не заметил, как оказался у ее двери. Рука машинально потянулась к звонку. Дверь открылась с радостным возгласом:

– Петя! Ну наконец-то! Я думала, ты нас совсем забыл со своими ароматами.

– Сонечка, привет! Ну, прости, – виновато произнес он. – Покормишь старого холостяка? Так божественно, как ты, никто не готовит.

– Петь, ну что за вопрос, конечно. Кстати, о холостяках. Тебе давно пора жениться. Как там твоя Катя?

– Ой, Соня, не начинай. Ты же знаешь, я и женитьба – вещи несовместимые. А что касается Кати…

– Ну, что замолчал? Что с Катей не так?

– Все, – вырвалось у него.

Соня вопросительно посмотрела на друга.

– Ну да. Мы уже давно встречаемся, она хорошая девчонка, но что-то не то. Не могу с ней долго находиться. Устаю я от нее. Будешь ругать меня?

– Нет. Видимо она не твоя судьба. Иначе бегал бы за ней, как собачонка.

– Я? Как собачонка?

– Ну да. Надеюсь, мне представится возможность увидеть это, – произнесла Соня и засмеялась.