Автор – Дом на Сиреневой улице (страница 54)
– Ну и что? В русских семьях тоже бывают Оливии и Николи всякие, – Алиска начала злиться. – Да ну тебя, смеёшься все время, как дурачок. Лучше бы подумал, как мы будем тройную коляску катать.
– Какую ещё тройную коляску? – не понял Стёпа.
– Ну, вдруг у мамы родятся тройняшки, как у наших соседей… ― девочка задумалась. – Хотя, зачем нам тройная коляска? Каждому по одной, нас как раз трое, да Егор?
Егор рассеянно посмотрел на сестру:
– Угомонись, Алиса. Может ещё никто не беременный, – мысли парня витали где-то далеко: сегодня ему предстояло провернуть одно скверное дельце.
Братья молча доели суп и одновременно встали из-за стола.
– Ты посуду моешь, Тахминахон, – весело сказал сестре Стёпа.
– Дурак! – Алиска обиделась на братьев, ведь ей так хотелось обсудить с ними беременность мамы.
Девочка убрала со стола, вымыла тарелки и решила сходить к Марье, соседке из девятнадцатой квартиры. Мария Алексеевна, молоденькая учительница из Алискиной школы, хорошо знала всю семью Морозовых и особенно близко общалась с Алисой.
С кем попало новостью о беременности мамы девочке делиться не хотелось, а Марья вроде как свой человек, да и добрая она, обязательно порадуется вместе с Алисой, не то, что Стёпка, обормот.
***
Марине нездоровилось с утра. Голова кружилась, подташнивало, и низ живота неприятно тянуло. Как назло, работать предстояло целый день – в летний период воспитателей всегда не хватало.
К обеду, когда боль стала совсем невыносимой, она рассказала всё своей помощнице.
– Марина, у тебя мозг есть или он на жаре расплавился? – принялась отчитывать её Ольга. – Ведь не девочка уже, а все скачаешь, как коза! Давай-ка, шуруй в консультацию, а то не приведи Господь…
Ольга перекрестилась, глядя куда-то в угол, как если бы там были иконы. Марина тоже на всякий случай перекрестилась, а потом отпросилась у заведующей и вызвала такси до женской консультации.
***
Алиска и Марья сидели на балконе в состоянии абсолютного счастья. Они только что съели большую тарелку спелой клубники вприкуску с пломбирным мороженым.
Алиска без умолку болтала о младенцах, подгузниках, погремушках и колясках. Маша охотно поддерживала беседу, она уже знала об интересном положении Марины, но сделала вид, что удивилась, желая порадовать маленькую соседку. В разгар беседы у девушки зазвонил телефон, на экране высветилось имя – Марина Морозова.
– Здравствуй, Марина! Да… О, боже мой! Как ты? Да, конечно… Я все поняла, не беспокойся… Давай, на связи!
Маша нахмурилась.
– Алиска, звонила твоя мама. Оказывается, малышу в животике нужны специальные витамины, поэтому маму на пару дней положили в больницу.
Марья задумалась, подбирая нужные слова, но неожиданно девочка пришла ей на выручку:
– На сохранение, значит? – вздохнула Алиска. – Ты не думай, Маш, я не маленькая, книжки читаю.
Маша улыбнулась:
– Всё-то она знает! Надо бы посмотреть, что ты там читаешь, книголюб! – девушка обняла Алиску. – В общем, пока ваша мама в больнице, а папа на рыбалке, я – за старшую!
Стёпка распахнул дверцу холодильника и, не обнаружив ничего интересного, решил прогуляться до ближайшего «макдака». Марья наверняка сварит на ужин геркулесовую кашу. Или придумает какую-нибудь творожную запеканку. Творог он не любил, а овсянку вообще презирал. Не сидеть же голодным, в самом деле.
Налопавшись от пуза и прихватив гамбургеров на всю честну́ю компанию, Стёпка решил смотаться за гаражи и по-быстренькому выкурить вожделенную сигаретку. Как говорится, сегодня сам Бог велел: родителей дома нет, а Марья принюхиваться не будет.
***
Летние сумерки мягко опустились на город, окутывая заброшенный барак, гаражи и заросли кустарника. Егор посмотрел на часы – сейчас. Стас появился неожиданно, словно вырос из-под земли.
Егор выпрямился:
– Стас, я не участвую. Мать в больнице, мало ли что, ей нельзя волноваться.
Стас опешил от этих слов.
– Слышь ты, говно! Ты чё мне тут вкручиваешь? – он вплотную подошёл к Егору, – На нем 20 паков «соляги», а у него, видите ли, мамочке нельзя волноваться! Какого лешего соглашался тогда? Денег он решил заработать, кладмен херов!
– Да пошел ты! – Егор развернулся и быстро зашагал прочь, но стремительный удар Стаса догнал его.
– У нас все в порядке, Марина, не переживай! Ужин готов, мы с Алисой играем в дженгу, парни будут с минуты на минуту, я напомнила им про комендантский час, – Мария докладывала соседке о прошедшем дне.
– Спасибо тебе, Машенька! Что бы я без тебя делала? Доктор сказал, что в понедельник меня отпустит, – в голосе Марины слышалась неловкость. – Да ты не сиди с ними денно и нощно. Поедят сами, занять себя тоже смогут, главное, чтоб на улице не болтались вечерами! И на речке пусть аккуратнее! И за гаражи Алиске нельзя, слышишь, Маш?
– Слышу-слышу. Отдыхай, дорогая, и ни о чем не беспокойся!
Марья отключилась и кивнула на башню из деревянных брусочков:
– Алиса, твоя очередь!
В этот момент входная дверь распахнулась и в квартиру влетел запыхавшийся Стёпка:
– Стас-барыга сейчас нашего Егора на заброшке пришибет! – заорал он с порога. – Звони ментам, Марья!
– Чего-о-о? Какой барыга? Каким ментам? – Маша захлопала глазами, а Алиска грозно посмотрела на брата.
– Опять выдумываешь, дурак?
– Да я вам отвечаю! – от возмущения у Стёпки перехватило дыхание. – Стас хотел, чтоб Егор закладки сегодня сделал, а Егор отказался, вот Стас его и прижучил там. Сейчас точно ушатает, пока вы тут разберётесь, что к чему.
До Марьи наконец начал доходить смысл сказанного.
– Боже мой, этого ещё не хватало! Стёпа, ты за старшего, и чтоб из дома ни ногой! Ясно? – с этими словами она выскочила из квартиры.
Алиска, совершенно обескураженная, сидела перед развалившейся башенкой. Прочитав немой вопрос во взгляде сестры, Стёпка невесело усмехнулся и философски изрёк:
– Курение не только убивает, но иногда и жизнь спасает.
Марья незамедлительно набрала номер крёстного. В прошлом криминальный авторитет по кличке Старик, а ныне влиятельный и успешный бизнесмен Ста́риков Иван Владимирович, основатель фонда «Без наркотиков», уже много лет вел в родном городе войну с наркоторговлей.
Двадцать лет назад он начинал в одиночку, а сейчас в его арсенале были умные камеры, дроны, прослушка, транспорт, армия криминалистов, а также поддержка полиции и государственной власти.
Стариков хорошо знал, что «кладменов» сажают тысячами, они всего лишь расходный материал в этой преступной схеме. Да и так называемые «карательные отряды» могут серьезно покалечить «недобросовестных» курьеров. Так что Егору в тот вечер повезло – отделался синяками и ушибами.
***
Через неделю глубокой ночью трое взрослых сидели на кухне за закрытой дверью. Дети давно спали. Марина плакала:
– Они ведь ещё совсем дети. Ну скажите мне, ради Бога, откуда они знают этого Стаса? Все эти словечки – барыги, закладки… С кем они общаются? Мы совершенно не знаем своих детей, Дима!
Маша, как могла, успокаивала её:
– Мариночка, миленькая, ну не плачь, ну всё же хорошо… ну что ты, в самом деле. Все уже позади.
Дима налил коньяк в две рюмки, одну протянул Маше и сказал:
– Повезло нам с соседкой. Получается, как в сериале «Марья против сил зла».
– Пап, а ты сейчас про ведьм или про демонов? – в кухню просунулась лохматая Стёпкина голова.
– Я про наркотики, сынок. Это зло пострашнее любых демонов будет.
Морозовы и подумать не могли, что у скромной учительницы истории есть серьёзный покровитель, который без лишних вопросов поможет решить любую проблему. Подробностей Марья не рассказала, она и сама их толком не знала, но твердо заверила, что никаких «стасов» на Сиреневой больше не появится.
Соня. Пачули. Парфюм
– Петя, давай сегодня сходим куда-нибудь? Пятница все-таки, впереди выходные.
– Котенок, не обижайся, я не могу. Ты же знаешь, мне надо срочно закончить работу.