Автор Неизвестен – Русофобия и антикоммунизм – главное идейно-политическое оружие коллективного Запада и компрадорской властной верхушки постсоветской России (страница 2)

Разрушители СССР, а это по определению русофобы и одновременно антикоммунисты, связали Россию с капитализмом – общество без будущего, поскольку капиталистические отношения, как и все предшествующие им отношения, рано или поздно перестанут стимулировать развитие производительных сил и превратятся в тормоз на пути их дальнейшего прогресса. Результатом может быть только замена капиталистического способа производства качественно иным. В настоящее время капитализм как в центре, так и на периферии находится в состоянии кризиса, достиг своего пика, дна. Его идеологи видят спасение в создании мировой децентрализованной системы координации управления, но движимой единой повесткой и одной идеологией, одним нарративом (смыслопонятием) при множестве центров принятия решений. Главная их цель – разрушение государства, деиндустриализация и глокализация, то есть создание локальных производств и управление этими локальными производствами с помощью навязывания конкретных ESC – экологических, социальных и корпоративных стандартов. Последние должны разрабатываться западными мозговыми центрами и консалтинговыми фирмами. Все это есть ни что иное, как новая упаковка классического принципа: «Разделяй и властвуй», а точнее очередная глобальная махинация, попытка перестроить, «перезагрузить» мир в своих интересах. Это есть действие типичной метрополии, навязывающей колониям свое видение мира.

Отсюда вывод, Россия нуждается в выработке стратегии развития, идеологической независимости от практик, разрабатываемых ВЭФ в Давосе и на заседаниях Бильбердерского клуба, а лучше воспользоваться советским опытом, продолжая строить новое, свободное от капитализма, общество. Оно должно будет:

• впитать в себя исторический опыт великих побед и достижений исторической России и советского народа, взять на вооружение идеологию социальной справедливости и «завершенного гуманизма»;

• освободиться от наивных ошибок и трагических заблуждений знаковой эры XX столетия, когда социализм впервые в истории делал свои первые шаги по еще неизведанному пути исторического прогресса;

• адаптировать грандиозные революционные открытия эпохи XX века, ставшие результатом титанических усилий трудящихся и всех патриотических сил России.

Исторический опыт, взятый во всей его полноте, свидетельствует о том, что вопрос об альтернативе буржуазной модели жизнеустройства продолжает оставаться в мировой повестке заглавным. Какие бы внутренние и внешние формы «западнизм» (по А.А. Зиновьеву) не принимал – капиталистическую, государственно-монополистическую или, как утверждают сейчас бильбердийско-давосские идеологи, инклюзивную, он не способен решить назревшие ключевые проблемы человечества, не готового погибнуть в пучине мировых катаклизмов, но, напротив, желающего жить в мире социальной справедливости и благоденствия. Альтернативу «западнизму» может составить только сообщество устойчивого трудового товарищества, то есть социализм в его новой ипостаси. Надо ли говорить, что его советский, китайский, северокорейский, вьетнамский, кубинский опыт привнес в общественное мировое пространство новые смыслы, позволив социалистическому алмазу засветиться всеми гранями лучшей в мировой истории макроуровневой системой управления и динамикой роста.

Цель русофобии – демонизация России и всего русского и на этой основе их уничтожение

Но почему все же в странах современного Запада русофобия идет нарасхват как жареные пирожки? Почему правящей элите этих стран так ненавистен коммунизм, все советское? Зачем «вершители судеб мира» не только извращают весь ход мировой истории, попирая все другие видения мира, кроме собственного и только его удостаивая эпитетов «свободный», «просвещенный», «цивилизованный», но и готовы развязать (а по существу развязали) полномасштабную мировую войну, в которую втянуты страны НАТО, а в разгорающийся Тайваньский конфликт втянута КНР, продолжается агрессивная возня определенных сил на Ближнем Востоке, в северных регионах Африканского континента? Без ответа на эти вопросы невозможно разобраться в хитросплетениях современного мироустройства.

Так, цель русофобии (разжигания страха перед всем русским и Россией – как страной, государством) – демонизировать русских, вычеркнуть их из мировой истории раз и навсегда, уничтожив их цивилизационный код, то есть некую «совокупность средств биологического, социокультурного характера, посредством которого определенный набор ценностей воспроизводится в поколениях. Код – это способ передачи цивилизационных ценностей, как таковых…» [5].

Но задача, которую поставили перед собой русофобы, состоит не только в том, чтобы разрушить ту «глубинную потаённую сущность, из которой каждый раз восстает Россия» [6], но установить господство над многонациональным народом, лишить его суверенности, разрушив тем самым его национальное и культурное многообразие. По замыслу западных стратегов реализация проекта «Русофобия» позволит приостановить наметившееся строительство евразийского формационно-цивилизационного полюса и возрождение идеи многополярного мира. Именно это строительство и возрождение коллективный Запад пытается перебить мультиплицированием постиндустриализма, политкорректности, постмодернизма, трансгуманизма и т. п.

С этой целью реанимируется «технотронный фашизм», стимулируется нацизм, открыто ставится задача, пользуясь современными нано-, био-, ИТ, когнитивными технологиями, проникнуть в мозговые структуры человека [7].

Хотелось бы отметить, что отношения между народами и государствами во многом схожи с отношениями между конкретными людьми. В исторической ретроспективе все народы в особенности соседские всегда враждовали, оспаривая друг у друга территории и в этом смысле нет ни одного народа, у которого не было бы «контокоррентного» (текущего) счета к другому. Более того, вряд ли можно считать былое российское доминирование над своими соседями каким-то особенно зловредным, жестоким и не гуманным. Многие на том же Западе если и не отмечают прямо, но как представляется, чувствуют, что по складу своего характера, русские предрасположены не к вражде, а к «ладу» и благорасположению. В том числе и в отношении покоренных ими народов. Так что не любить Россию за какую-то особо злонамеренную национальную политику вряд ли есть основания.

Разумеется, у русской цивилизации, у нашего образа мысли и жизни вполне достаточно свойств и черт, вызывающих у соседей изжогу, а возможно и ненависть. Но разве у других народов таких свойств и черт нет? Но именно Россию почему-то назвали «тюрьмой народов». Назвали нас так Соединенные Штаты с их беспрецедентной жестокостью в Ираке, Вьетнаме и других частях света, Великобритания, истреблявшая ирландцев и китайцев, Германия, онемечившая своих славянских подданных, республиканская Франция, едва ли признающая некогда подвластных ей африканцев, арабов и аннамитов равноправными «потомками галлов». И только по отношению к нашему отечеству постоянно высказывается недовольство.

Причин тому множество. Назову лишь некоторые из них.

Во-первых, это наша огромность и широта, определяющие особость и неповторимость народного менталитета. Территория России 17,07 млн. квадратных километров. Это в 3,5 раза превышает территорию европейских государств, вместе взятых и в 28,5 раз – территорию Украины (вместе с ДНР и ЛНР). На этой территории мы имеем примерно 40 % мировых запасов сырья и больше 30 % пресной воды.

Во-вторых, это умение выживать в экстремальных условиях (две трети России – Север, либо регионы к нему приравненные), что вызывает вполне понятное недоумение у тех, кто расположился на Земле вполне комфортно, но бесконечно счастливым себя не считает. Если же учесть, что речь идет не только о физических размерах нашей территории, но и о свойствах человеческой натуры, о привычках и обычаях наших народов, о традициях и склонностях, определяющих восприятие окружающего мира, то надо ли удивляться всеобщей мировой неприязни?

В-третьих, Россию невзлюбили еще и потому, что она постоянно вносит диссонанс в, казалось бы, раз и навсегда установившуюся архитектуру глобального управления миром. Недоумение, недоверие, неприязнь, отторжение, вместе с ними и пресловутую «нелюбовь» вызывает у иностранцев нравственный императив нашего народа, знаменитая русская широта и размах, густо замешанные на безалаберности, неудовлетворенности, душевном беспокойстве. Благовоспитанных европейцев настораживает тот привкус экзистенционального, т. е. интуитивного начала, ощутимого практически в каждой русской судьбе. Предположение Ф.М. Достоевского о том, что человеку необходимо (выпадает) столько же несчастья, сколько и счастья, нашими соотечественниками воспринимается буквально. Поэтому постоянная готовность к худшему стала нашей национальной чертой.

В-четвертых, разумеется, сильнейшее неприятие у приверженцев классической (читай англо-саксонской) демократии, у сторонников безбрежного рынка, как и у ревнителей сословной либо имущественной иерархии вызвал советский эксперимент. Он растормошил весь мир, разрушил обывательский идеал, требующий определенности, порядка, налаженности, умеренности и аккуратности как в чисто житейском, так и в политическом смысле. Русский народ всегда (по крайней мере до последнего времени) оставался «мятежным», прося бури и как будто только в ней видя покой (А.М. Горький).