Автор Неизвестен – Русофобия и антикоммунизм – главное идейно-политическое оружие коллективного Запада и компрадорской властной верхушки постсоветской России (страница 4)

Еще одно положение, которое не приемлют противники коммунизма – учение о том, что коммунизм – есть снятие отчуждения (об этом Маркс писал в 1843–1844 гг. в «Экономико-философских рукописях»). По Марксу снятие отчуждения есть, в первую очередь, снятие отчуждения труда, которое в буржуазном обществе «является для рабочего чем-то внешним, не принадлежащим к его сущности; в том, что он в своем труде не утверждает себя, а отрицает, чувствует себя не счастливым, а несчастным, не развивает свою физическую и духовную энергию, а изнуряет свою физическую природу и разрушает свои духовные силы; … труд его не добровольный, а вынужденный, принудительный труд» [10]. В западных странах (и периферийно-капиталистической России) отчуждение труда проявляется в атомизации общества, в отчуждении человека от человека, в индивидуализме, а первое, второе и третье являются ничем иным как господствующей формой буржуазной идеологии. Надо ли говорить, что в отличие от капитализма, который основывается на индивидуализме, конкуренции, алчности, экспансивности и антигуманизме, коммунизм предполагает утверждение в обществе системы гуманистических ценностей, а именно: справедливости, равенства, соучастия, общности.

Далее. Коммунизм – есть возвращение человеческой сущности, потерянной им в буржуазном обществе (современное проявление это находит в трансгуманизме, превращении человека в «экономическое животное», главной жизненной целью которого является потребление материальных благ, услуг и развлечений, в создании манипулятивных технологий, в трансгендерстве) из отчужденного состояния в общественное состояние, есть разрешение противоречий между частной собственностью и отсутствием этой собственности [12], между богатством и бедностью. «Коммунизм, – заключает К. Маркс после глубокого анализа его возможных форм, – как положительное упразднение частной собственности – этого самоотчуждения человека – и в силу этого подлинное присвоение человеческой сущности человеком и для человека; а потому как полное, происходящее сознательным образом и с сохранением всего богатства предшествующего развития, возвращение человека к самому себе как человеку общественному, т. е. человечному» [13]. Этой идеи, высказанной классиком, больше всего боится буржуазия, ее сторонники и защитники как на самом Западе, так и в России. Для них нет ничего более страшного, чем лишение богатств, нажитых эксплуатацией труда наемных работников, а в России еще и хитростью, обманом, коррупционными сделками, но главным образом, «черной приватизацией».

И еще. Вряд ли можно оспорить, что история человечества (по Марксу – предыстория) – это движение в жестких рамках противоречия между коллективизмом, общинностью (к ним ближе всего в истории в силу своего месторазвития была Россия) и индивидуализмом, разрушающим всякий коллективизм, а вместе с ним и государство и по словам Гегеля, становящимся «гибельным для государства» [14]. Примечательно, что первым ученым, выступившим против индивидуализма как разрушительной силы по отношению к обществу и государству был Сократ, а затем и его ученик Платон, выдвинувший идею так называемого юридического коммунизма и утверждавший, что «никто не может обладать никакой частной собственностью, если в том нет крайней необходимости» [15]. Заслугой Платона, ставшего предтечей современного понимания коммунизма, является вывод о том, что именно частная собственность является причиной отчуждения, индивидуализма в обществе, тогда как основой единения людей может быть только собственность общественная, призванная сделать богатыми (прежде всего духовно) всех, а не отдельных представителей общества. Пытаясь помешать единению, противники справедливого общежития оголтело отрицают марксизм-ленинизм и его коммунистическую теорию, открыто пренебрегая достижениями, накопленными человечеством в гуманитарной сфере за его многовековую историю.

Но несмотря на это запрос на новый мировой порядок (одновременно объективный и субъективный) крепнет. Вопреки усилиям русофобов и антикоммунистов мировое развитие идет в сторону коммунизма, поскольку любые другие варианты тупиковые. Пытаясь преодолеть эту тенденцию Соединенные Штаты и их сателлиты в открытую перешли к силовому обеспечению экспансии капитала, усиливая его информационно-психологическим, религиозно-мировоззренческим, экономическим, дипломатическим и другими видами давления на периферийные страны (к коим они относят и Россию). «Капитализм нахально выражает уверенность в своем полном превосходстве…, – отмечал Ж. Аттали, – Он вознаграждает победителей и карает побежденных. Но сам успех капитализма создает условия для его провала. Грядущий мировой порядок будет связан с опасностью… он будет относиться к природе как к товару и превратит самого человека в товар массового производства… Мечта о бесконечном, неограниченном выборе может завершиться такой кошмарной ситуацией, где вообще не будет никакого выбора. Мир изобилия может погрузиться в век всеобщей скудости» [16].

Экзистенциальный страх перед такой перспективой, усиливающийся проявлением признаков социализма в глобальных миропроцессах, объединяет Запад, делает его своеобразным коллективным субъектом, образующим, по словам Маркса, «поистине масонское братство». Однако в этом братстве, объединенном классовым интересом, мало дружеских чувств и в жестком конкурентной борьбе «братьями» применяются любые средства – от лжи, обмана и различного рода инсинуаций до «динамита», используемого в прямом смысле этого слова. И если антикоммунизм объединяет капиталистов и их прислужников как класс, то разделяют их всё более глубокие и неразрешимые противоречия. В XXI веке эти противоречия лишь изменили свою форму, перешли в иную плоскость, оказались вытесненными в мировую политику и теперь разделяют мир по осям: «Запад – Восток» и «Север – Юг» не менее радикально, чем прежде разделяли пролетария и его эксплуататора в масштабах отдельной страны.

В наши дни все более актуальным становится учение В.И. Ленина об империализме как надстройке над капитализмом [17], ставшее продолжением и дальнейшим развитием экономической теории К. Маркса, изложенной в его «Капитале» [18]. В.И. Ленин научно доказал, что империализм – это понятие исторического анализа. Будучи категорией конкретно-исторической, он не может рассматриваться абстрагировано вне сложившейся реальности и исторической практики, составляющих ее эмпирическое содержание. С этой точки зрения империализм, пространственно кристаллизуется в форме основных признаков (родовых черт), оставаясь ничем иным, как развитым, перезревшим капитализмом, создающим предпосылки для своего отрицания (отмирания) и в наши дни развивающийся в глобализируемой форме.

На империалистической стадии развития капитализма, основы последнего подрывают, по крайней мере, три группы противоречий: первая группа – противоречия самой капиталистической глобализации как сложного многомерного процесса, имеющего социально-экономическую, политическую, социокультурную и другие составляющие; вторая – противоречия между центром глобализирующегося мира в лице «золотого миллиарда» и периферией, к которой условно относятся страны с «догоняющей «отсталой» экономикой» и, наконец, страны, которые по тем или иным причинам не попали в новую систему разделения труда и по этой причине оказались вне мирового развития, до которых никому нет дела (иногда их даже называют странами не «третьего», а «четвертого мира» – мира разложения и постепенного умирания; третья группа противоречий – это противоречия внутри «золотого миллиарда» (между империалистическими державами). В современном мире сложились несколько центров экономического господства, конкуренция между которыми приобретает форму ожесточенной борьбы, «войны всех против всех». Это Северная Америка, Европейский Союз и ряд стран Юго-Восточной Азии. Этому географическому треугольнику соответствует треугольник финансовый: доллар – евро – йена.

Это в русофобии и антикоммунизме страны «золотого миллиарда» демонстрируют монолитное единство, но стоило только объединенному империализму в результате «Пирровой победы» в холодной войне временно утвердить однополярный мир, межимпериалистические противоречия, модифицировавшись под влиянием глобализации, вновь вышли на первый план [19].

Империалистическая стадия развития в ее глобализируемой форме стала первой действительно общемировой эпохой в истории. Даже в своем начале она сформировала общественную связь в виде мирового капиталистического рынка и других общемировых проявлений и тем самым явилась преддверием утверждения единого и неделимого человеческого и очеловеченного мира. «Конечный пункт» современной эпохи, приобретающий в наше время новую формационно-цивилизационную концепцию – утверждение социализма (в его новой ипостаси) как первой фазы коммунистического общества – универсальной планетарной формы человеческого общежития, предполагающей преодоление социально-классовой стратификации, географической и экономической неоднородности бытия людей, но учитывающей разнообразие их индивидуальностей при унификации и очеловечивании общих условий существования. Последнее предполагает человека-сохозяина, сотворца, сораспределителя общественного достояния, факторов и результатов труда, соуправителя общественными процессами.