Автор Неизвестен – Баба Нюра. Мистический фольклор (страница 8)

Со слов информаторов, другие люди жили здесь всегда, являясь некими аборигенами местных лесов, но, после того как в эти края пришёл жить человек, другие стали уходить всё дальше в леса, пока совсем не исчезли. При этом, если знать особые способы, то их можно легко обнаружить или даже призвать к себе. Если же не знать этих секретов, их невозможно выследить в лесу, как обычного зверя.

Эти таинственные обитатели леса, так же как и обычные люди, пьют воду и нуждаются в пище. Некоторые из рассказчиков уверяют в том, что они очень любят «человеческий хлеб» и часто готовы выполнять работу в обмен на краюшку старого хлеба.

Иногда других упоминают как представителей потустороннего мира, которые из могил являются на некоторые праздники. Среди таких праздников называют святочную неделю, во время которой в деревнях нередким явлением были колядки. Жители деревень наряжались животными, лешими и другими представителями мистического фольклора и шли от дома к дому с песнями, прося хозяев угостить их пирогами, сладостями или какими-либо другими лакомствами.

Считается, что в это особое время между миром людей и потусторонним миром граница истончается. Открываются двери между мирами, и различные представители мира хтони становятся более чувствительными к призывам и обращениям к ним. И именно в эти дни, со слов некоторых информаторов, в старину могли приходить другие люди.

Несмотря на то что между местными и другими существовали определенные правила дружбы, по большей части появление в доме других являлось крайне недобрым знаком, который сулил большие несчастья.

Также некоторые информаторы утверждали, что другие людьми только называются, но ими, по сути своей, не являются. Что они, в отличие от нас, обладают некой таинственной силой, могут исчезать и внезапно появляться, забирать людей к себе и красть детей, а иногда даже менять людских чад на своих.

Более подробных описаний других никто, к сожалению, дать не смог, а те единичные обрывки информации, которые были изложены выше, нередко противоречат друг другу, что вызывает лишь ещё больше вопросов.

Протокол № 14. Про горелую избушку

– …Значит ты ничего не слышала о перекрёстке дорог, на который они ходили?

– Я нет. Может, и ходили они. Кто его знает? А может, сочиняют теперь. Этого уже никто не помнит, никак ты не проверишь.

– А про то, что они через дыры ходят?

– Ну, слышала такое. Баба Саня ведь тоже всё хлебушек в дыры крошила.

– В дыры? Ты же говорила, что под стол она крошила?

– Ну, это было, когда они под стол полезли, кто-то из внуков. И увидели, что хлеба нет. Кто-то забрал у них. Все напугались сразу же. А так-то она чуть ли не каждую ночь вставала да в дыры хлебушек крошила. То по углам, то в подвальную дыру, где кошка-то ходит. Вот туда и сыпала. Так говорили. Уже не знаю, правда или нет.

– А есть перекрёсток дорог на Либежгоре?

– Вот уж не знаю. Сколько там ни ходили, а ни разу не видела такого. Знаю, что говорили раньше, как на перекрёсток ходили слушать будущее, но я не знаю, в каком это месте. Мне кажется, то в другом месте, не на Либежгоре.

– Будущее слушать? Это как?

– Ну, гадали так. Выходишь на перекрёсток… Это на Святки надо, в определённый час. После полуночи вроде. Выходишь, стоишь и слушаешь. Что послышится, то и сбудется.

– И многие так гадали?

– Да все, кто не боится. И Витька ведь ходил после армии, услышал звон инструментов и гул двигателя. А потом ведь лет пять работал, технику чинил. И Ритка наша тоже ходила. Несколько раз говорила, что слышала гул не то поезда, не то ещё чего – говорит, непонятно ей было. А потом в плавание ведь ушла, судовым поваром. Видать, то был гул парохода, а не поезда.

– И это всё не на перекрёстке Либежгоры?

– Вот врать не буду. Может, и там было что-то, да потом сколько ведь лес пилили, сколько дорог переделано. Как я вот помню, никогда там перекрёстка не видела. Там только дорога идёт прямая на горелую избушку, и всё.

– Это дорога так называется?

– Ну да, раньше так говорили. Куда пошли вы за грибами? Да мы на горелую избушку пошли, там об дорогу[6].

– Значит там была горелая избушка?

– Нет, при нас точно не было. Это название такое. А избушки там никогда не видели.

– Ну, название же на пустом месте не появится. Раз есть такое название, значит стояла там горелая избушка когда-то. Может, какие-то бревна валялись или остатки камней из-под фундамента?

– Да что ты! Я не знаю, может, что и было когда-то, но при нас ничего. Лес там один, и всё. Ни избушек, ни камней – ничего не видели.

– А может, старики что-то рассказывали? Что там деревня была или жил кто-то?

– Нет, ничего такого не слышала. Может, и было когда-то, но мои старики мне никогда такого не рассказывали. Я думаю, ничего там не стояло. Назвали просто так, от балды. Вот и всё! Я только знаю, что сказала. Знаю, как осиновские всё в дыры хлебушек крошили, ходили тут, колдовали.

– Осиновские тоже в дыры хлебушек крошили?

– Ну да. Уж не знаю, хлеб там али что ещё. Сама не видела. Но крошили, это точно. Нечистым или другим, кто их знает. Они ведь в старину и мертвечков своих в дыры спускали.

– Мертвецов в дыры отпускали? Это как?

– Ну, хоронили так. Иной раз не в могилу клали, как у людей заведено, а в дыру.

– В какую дыру?

– Да в обычную, какую ещё.

– В какую обычную? Что, в любую дыру, которая в доме имеется? В подвал, например?

– Да ещё почище! В болотинах, в эти самые, какие… в отдушины.

– Что за отдушины?

– Ну, в болотах, которые большие-то, где Левки Остров. Там ведь болото огромное, до горизонта почти. Там и отдушины есть. Дыра, где почва не затянулась. Туда и опускали, на умах. Я ведь не знаю: так поговаривали. А так ли оно было-то на самом деле, я ведь не знаю.

Протокол № 15. Про то, как покойники просили живых

Говорят, что в начале двадцатого века в глухом хуторе жила одна семья. На сегодняшний день их соседей уже не сыскать. Там и в былые времена ютилось всего несколько домов. А теперь, когда всю страну сотрясли перемены, там и вовсе почти никого не осталось.

Семья та работала в соседнем молодом колхозе, который находился в десяти километрах от хутора. Состояла она из одних только женщин, что в послевоенное время не было редкостью: старушка-мать, две её дочери средних лет и одна внучка двенадцати годков от роду. Жизнь была тяжёлая, но в эти суровые голодные времена люди старались не обращать внимания на различные тяготы жизни. Живы остались – и слава богу.

Хутор тот, по слухам, находился в очень мрачном лесу, за которым закрепилась дурная слава. Рассказывали, что там часто пропадали люди. Говорили, их забирают к себе жить другие – некие таинственные обитатели леса. Иногда поговаривали даже, что в этих лесах, окружённых болотами, селились сплошь одни колдуны и ведьмы, которые могли поднимать мертвецов из могил и вообще были с «подземным миром» на короткой ноге. Хотя некоторые утверждали, что всё это лишь предрассудки былых эпох.

Так или иначе, в семье в какой-то момент случилось вполне ожидаемое горе: мать-старушка преклонных лет, воспитавшая всю семью, умерла. При подготовке к похоронам в семье начались разногласия. Две её дочки никак не могли решить, как хоронить мать. Ходили слухи, что в их роду было принято людей «особой силы» хоронить на болотах укутанными в белый саван. Говорили, что так повелось. Уходили на известное болото и спускали тело прямо в отдушину (так называли ещё не затянувшиеся дыры с чёрной торфяной водой). Зачем именно так нужно было поступать с телом и откуда пошла такая традиция, никто не знал. Некоторые и вовсе утверждали, что это просто сплетни. Сама родня все подобные суждения отрицала, стараясь вообще ничего не рассказывать о своём быте (хотя вряд ли в столь сложное время борьбы с религией и суевериями семья могла делиться правдой о себе, даже если бы и захотела).

Постановлением местных органов власти покойницу было решено похоронить на кладбище вблизи местного колхоза. Говорят, что вот тут-то между дочерьми и разразился открытый спор. Старшая настаивала на том, чтобы власть разрешила похоронить их матушку в родном хуторе по их местным традициям. Младшая же не хотела спорить с начальством и желала всё сделать так, как постановили. При этом место на кладбище было уже выделено. Оставшимся членам семьи даже дали дом в новом колхозе, чтобы жить поближе к ферме и своей работе. И по итогу всё вышло так, как запланировали власти.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.