Аврора Джейсон – Воссоединение волчьей стаи (страница 7)

В столовую вернулась Мария с дымящимся чайником.

— Да что он о себе возомнил? — прошипела София, возмущенная наглостью Джейсона.

— А по-моему, он тебе нравится, — лукаво улыбнулась женщина, садясь на стул напротив дочери и протягивая ей чашку, в которой плавали скрученные чаинки.

— Он… Мне…? Мама, ты видела, как он себя ведет? Это ужасно! Наглый! Высокомерный! Самовлюбленный эгоист! Да кому он вообще может понравиться? — София с досадой взяла чашку и сделала несколько больших глотков.

— Кстати, мне Клер кое-что рассказала, — понизив голос, Мария внимательно посмотрела на дочь.

— Ну и что же? — София отмахнулась, не проявляя особого интереса. Она подозревала, что мать снова собирается пересказать ей какую-нибудь скучную деревенскую сплетню.

— Помнишь того охотника, друга лесничего? В тот день, когда вы с Клер убежали в лес… Так вот, лесничий, его друг и еще пара таких же выпивох, как и они, поехали на машине в горы. Сегодня я узнала, что их машина нашлась в ущелье. Вся искореженная, внизу… А тел нет. Никто не знает, что с ними случилось, словно испарились. И непонятно, зачем они вообще поехали в горы, а не в лес? — взгляд матери стал тревожным, и София почувствовала, как внутри зарождается беспокойство.

Сначала те охотники, чьи тела так и не нашли, а теперь лесничий и его приятель исчезли бесследно… София решила, что над этим стоит серьезно задуматься. Возможно, стоит подняться в комнату к Джейсону – вдруг он сможет пролить свет на эти загадочные исчезновения.

— Ой, мама, да что тут странного? Лесничий просто свернул не туда, перебрали с алкоголем, не справились с управлением и рухнули вниз. Тела могли утащить звери – вот и все, — стараясь не выказывать волнения, София допила чай, встала из-за стола и решительно направилась наверх, к Джейсону.

Поднявшись на второй этаж, она подошла к гостевой комнате. Зайдя внутрь, София увидела, что парень сидит на кровати и углубленно рассматривает какую-то старинную книгу. Он обернулся, захлопнул её и с лукавой улыбкой посмотрел на вошедшую.

— О чем ты хотел поговорить? — София села на край кровати и серьезно посмотрела на Джейсона.

— Да, хотел. Но перед этим, может, познакомимся поближе? — Парень положил руку на плечо девушки и слегка потянул её к себе.

София бросила на него испепеляющий взгляд и оттолкнула его руку.

— Либо ты сейчас же мне все рассказываешь, либо я ухожу и выясню все сама, — выпалила она, возмущенная тем, что Джейсон, позвавший её на серьезный разговор, позволяет себе подобные непристойности.

— Ладно, прости. Я хотел поговорить о тебе. О том, кто ты такая… Кто были твои предки… — Внезапно лицо Джейсона стало серьезным и холодным.

Он поднял с тумбочки книгу и протянул её Софии. Девушка с любопытством открыла её. На первой странице значилось: «Сара Уилсон, 1725 год».

— Эту книгу написала твоя далекая родственница, Сара Уилсон – первая оборотень, которая с помощью зелья научилась оставаться в облике волка и днем, и ночью. О ней я пытался тебе рассказать в той притче, — Джейсон внимательно смотрел в глаза девушки, словно пытаясь прочитать её мысли.

— Этого не может быть! В притче говорится, что она стала оборотнем… Значит, притча – не сказка, и все это на самом деле было? И про её семью, и про ведьму? Но волшебства же не существует! Разве оборотни, вампиры, ведьмы и прочие – не персонажи сказок? — София была ошеломлена услышанным, ведь всего этого просто не могло быть в современном мире.

— Да, София. Я расскажу тебе небольшую предысторию, чтобы ты немного поняла и не путалась…

Много лет назад четыре клана оборотней, погрязшие в нескончаемой вражде, заключили шаткий договор о перемирии. Он гласил: разделить земли поровну и объединиться под предводительством вожака, избранного испытанием. Твой предок, Уильям, с честью выдержал это испытание, объединив кланы и став их вождем, но правление его оказалось недолгим. Джон, его ближайший друг, человек, в чьем сердце пылала лишь война, предал его, подставив другой клан и разорвав договор. Он обагрил руки кровью Уильяма и узурпировал власть. Сара, младшая сестра Уильяма, спасая свою жизнь и жизни близких, бежала в глухую деревню. Но клан счел это бегством и предательством. Подстрекая местных жителей, они учинили кровавую расправу, уничтожив всю ее семью. Джон, снедаемый любовью к Саре, попытался забрать ее с собой, но она отказалась. Зверь внутри нее спал, она была слаба и не могла дать отпор. Оставив Сару, обессиленную, в лесу, обрекая на голодную смерть, они покинули деревню. Но Сара не сломилась. Она отыскала ведьму, которая сварила ей колдовское зелье. В ночь кровавой луны, испив его, она пробудила зверя внутри себя. Ярость мести дала ей силы, и она научилась владеть своей звериной сущностью и днем, и ночью. Отомстив за гибель родных, убив Джона, она вернулась в клан и, заключив новый договор, стала вождем. После этого она вышла замуж за одного из старейшин. Спустя годы она написала эту книгу. В ней же говорится, что ее чистокровный потомок, отмеченный родинкой в виде полумесяца, – законный вожак стаи.

— София пребывала в смятении, пытаясь осмыслить услышанное.

— Я в это не верю, — скептически возразила девушка. В современном мире не может быть места сверхъестественному.

— София, прошу тебя, отнесись к этому серьезно. Все сходится! Знак на твоей спине, легенда… Разве с тобой не происходило ничего странного в моменты гнева или страха? — Джейсон смотрел Софии прямо в глаза, пытаясь достучаться до ее сознания.

— Хватит вести себя как ребенок! Завтра же мы уедем отсюда к старейшинам. Они объяснят тебе твое место! — Джейсон сжал руку девушки до боли, его злость нарастала.

Софии стало невыносимо больно. Она увидела, как изменились глаза Джейсона, налившись желчью, а из-под губ показались острые, как кинжалы, клыки. От страха и ярости, пытаясь вырваться, она ударила его по плечу. На ткани рубашки проступило алое пятно. Джейсон отпустил ее руку и схватился за плечо. София в ужасе взглянула в зеркало. В отражении ее глаза горели желтым пламенем. Она взглянула на свою руку, покрытую кровью, вместо ногтей – острые когти, которыми она ранила Джейсона. Вновь посмотрев на рану, она заметила, как она медленно затягивается. Парень спокойно взглянул на девушку.

— Теперь ты видишь? Тебе нельзя оставаться среди обычных людей. Ты такая же, как и я. Ты не человек, ты волк. Собирай вещи, рано утром мы уходим. — Джейсон встал и достал из чемодана чистую майку.

София, потрясенная случившимся, вышла из комнаты Джейсона и направилась к себе. В своей комнате она снова посмотрела в зеркало. Глаза вновь стали голубыми, а на пальцах – обычные ногти. Она осмотрела руку, которую сжимал Джейсон, – никаких следов. А ведь хватка была такой сильной, что должен был остаться синяк. София решила спуститься вниз и все выяснить у матери. Войдя в гостиную, она увидела Марию, сидящую на диване перед стареньким телевизором. Девушка села рядом с матерью, натянуто улыбнувшись.

— Мам, тебе бы новый телевизор купить, этот совсем устарел, — попыталась она завязать разговор, но Мария лишь молча кивнула. — Слушай, а ты не помнишь, со мной в детстве ничего странного не случалось?

Женщина удивленно взглянула на дочь, но тут же сменила выражение лица, натянуто улыбнувшись.

— Не помню, вроде бы нет. А что-то случилось?

София поняла, что мать лжет, она никогда не умела этого делать. Не став настаивать, она ответила:

— Просто спросила.

София поняла, что мать не откроет ей правду. Решив немного успокоиться, она пошла на кухню.

София решила приготовить чай и сделать бутерброды, как в детстве. Она вернулась в гостиную, где уже была Ева, и все вместе уселись на диван, попивая чай и наслаждаясь бутербродами. За окном забарабанил дождь. Софии стало спокойно и уютно. Она всегда любила дождь и в детстве обожала бегать под теплыми летними ливнями. Встав с дивана, она понесла посуду на кухню и вдруг почувствовала сильную тошноту, слабость и дрожь в ногах. Ее зашатало из стороны в сторону. Не удержавшись на ногах, она рухнула на колени, уронив посуду, которая разлетелась осколками по всему коридору.

Софи задохнулась, словно ее легкие сжали невидимые тиски. Мать, встревоженная, подлетела к ней, засыпая словами, пытаясь вернуть ее в реальность. Софи дрожала всем телом, словно осенний лист на ветру, и не могла издать ни звука. В ушах звенело, заглушая голос матери, превращая его в неразборчивое эхо. Она лишь видела, как мать жестом отправила Еву, и та, сорвавшись с места, умчалась прочь. Софи чувствовала, как тьма сгущается вокруг нее.

Внезапно чьи-то сильные руки подхватили ее, приподнимая над землей. Это был Джейсон, его лицо исказила гримаса неподдельного страха и тревоги. Он бережно взял ее на руки и понес в комнату, словно хрупкую вазу. Мир перед глазами Софи поплыл, краски смешались, дыхание сбилось, а слова замерли в горле, словно заледенели.

В этот момент в комнату вихрем ворвался врач. На ходу выхватывая из сумки шприц, он молниеносно ввел лекарство в вену. Софи, словно парализованная, чувствовала, как по ее руке разливается живительная прохлада. Шум в ушах рассеялся, зрение вернулось, и в груди разлилось долгожданное облегчение.

Ей показалось, что прошла целая вечность. Она заметила, как Джейсон странно, изучающе смотрит на доктора, который сосредоточенно искал пульс. Заметив ее взгляд, он тут же перевел его на нее, одаривая слабой, натянутой улыбкой. Софи стало не по себе от этой всеобщей обеспокоенности.