Авина Сент-Грейвс – Скорпион (страница 22)

Один вечер, проведенный в роли наблюдателя за его ужином с другой, меня не убьет. А если он напишет мне в полночь с вопросом, не хочу ли я зайти — я справлюсь. Профессионализм станет моим вторым именем. Я пережила и не такое.

Глотая гордость, я надеваю нелепо красивое платье цвета лесной зелени, которое Матис оставил для меня. Это самый непрактичный наряд, в который он мог одеть своего телохранителя. В этом я не смогу даже нормально драться.

Застегнуть сатиновый бандо самой — настоящее испытание, а вот шифоновую юбку надеть проще. Последний элемент наряда — еще один кусок шифона, с которым я никак не могу разобраться. Весь этот комплект должен стоить как минимум моя недельная зарплата. Он весь расшит сложным бисером, а массивные золотые браслеты, серьги и наручи сдавливают мои бицепсы и делают меня похожей на миллион долларов.

Я продеваю руку в вырез и перекидываю ткань через плечо, чтобы она ниспадала по телу, открывая солнце на моем плече и тигра, спускающегося по предплечью.

Куда мы идем, что требует такой роскоши? Я выгляжу так, будто отправляюсь на бал, а не на ужин, где мне придется работать. Это платье совершенно непрактично, если вдруг придется кого-то догонять. Серьезно, как, черт возьми, он ожидает, что я поеду на мотоцикле в этом?

Я наношу макияж, пристегиваю пистолет и нож к бедру, а еще один прячу в золотую сумочку. Надеюсь, там, куда мы направляемся, не будет обыска. Я не готова охранять его на расстоянии без оружия, и меня может вырвать, если придется стоять рядом, пока он флиртует с другой. Также надеюсь, что мне удастся выпить пару коктейлей.

Почему наша команда не проверила место заранее?

Зачем, черт возьми, я должна быть рядом, пока он ублажает какую-то женщину, которая, судя по всему, создана для этого мира? Может, она станет моей будущей работодательницей.

Стиснув зубы, я накидываю пальто и стараюсь не топать на каблуках к главному дому. Каблуки. Он что, издевается?

К черту все это.

Мне стоит сказать, что эту задачу лучше поручить Сергею, потому что я не вынесу, если придется смотреть… Нет. Я справлюсь. Я профессионал. Я пережила чертову бомбу, которая убила моего лучшего друга, а через несколько дней потеряла сестру. Я потеряла сестру и лучшего друга в одну неделю.

А это? Это ерунда. Пустяки.

Я сглаживаю выражение лица и заставляю тело расслабиться, хотя единственным транспортом будет внедорожник, что только усугубляет ситуацию. Бессмысленно тратить силы на мысли о том, что мы могли бы полететь на вертолете или чем-то столь же абсурдном. Моя единственная надежда — убедить себя, что я не вернулась туда.

Машина не взорвется.

Никто не умрет.

Ти-Джей не может умереть снова.

Гая уже ушла.

Со мной все будет в порядке.

Я ловлю взгляд Сергея, как только вхожу в холл, направляясь к лестнице, ведущей в кабинет Матиса.

— На улицу, — только и говорит начальник охраны.

Глотая нарастающую панику, я киваю и направляюсь к двери. Я бы предпочла детскую ревность и разочарование этому всепоглощающему страху, разрывающему душу. Я продолжаю повторять бесполезные утешения себе, спускаясь по ступеням к кортежу. Колени дрожат с каждым шагом, но окрик моего имени заставляет меня остановиться и повернуться к Матису.

В голове вспыхивают воспоминания о лесе, и в глубине живота разливается тепло.

Он сияет. Так было с тех пор, как мы… возобновили отношения. Его улыбка такая яркая, что я чуть не отшатываюсь. Одетый в костюм, который делает его похожим на модель с обложки, он идеален до кончиков пальцев. Каждая прядь волос лежит на своем месте. Я всегда считала его самым красивым мужчиной, которого видела. А теперь, когда он улыбается так… с ним никто не сравнится. Его красота идет изнутри.

Но он не мой.

Матис самодовольно ухмыляется, стоя рядом с неоново-зеленым Bugatti.

Я несколько секунд смотрю на машину, пытаясь понять, почему она вне гаража. Осознание заставляет меня бросить на него сердитый взгляд.

Его так сложно уберечь от смерти.

— Как твой телохранитель, я не рекомендую ехать на этом автомобиле. Отдельно. Тебя могут загнать в угол, — говорю я.

— Сначала им нужно меня догнать.

— Окна...

— Пуленепробиваемые.

— Тебя могут преследовать.

— Будут преследовать.

Он указывает на четыре внедорожника позади нас.

Спорить бесполезно. Он все равно главный, и решение за ним. Даже если это может его убить. Может, стоит втянуть в этот разговор Сергея, чтобы он выступил голосом разума. Я киваю и собираюсь развернуться, но останавливаюсь.

— Залак.

Я оборачиваюсь и приподнимаю бровь, когда он открывает передо мной дверь пассажира.

— Как ты будешь меня защищать, если поедешь в другой машине?

Желудок сжимается при мысли о том, чтобы сесть в автомобиль, но страх рассеивается, когда я смотрю на Bugatti.

Он… не вызывает у меня тревоги. Машина такая маленькая и низкая, что мой мозг не ассоциирует ее с той, в которой я чуть не погибла. Неоновый цвет разрывает связь с тем событием и любое возможное сходство с бронированным внедорожником. Это больше похоже на сцену из фильма, чем на воспоминание.

Я прочищаю горло и благодарю его, садясь в машину.

Ничего. Ни холодного пота. Ни дрожи.

Он закрывает за мной дверь. Сердце бешено колотится, пока я осматриваю салон. Но все равно — ничего. Как будто я жду, что паника накроет, но ее нет. Воздух не становится густым. Кожа не горит. В ушах не звенит.

Я… Я в порядке.

Господи, я действительно в порядке.

Меня почти смешит эта мысль. Я сижу в машине — и со мной все хорошо. Ничего не происходит. В этой жестяной банке нет бомбы. Я готова расцеловать Матиса за это.

Двигатель рычит, и на моих губах появляется легкая улыбка. У меня получается. Черт возьми, у меня действительно получается. Матис садится за руль, и я сдерживаю порыв сказать ему, что с момента возвращения в Штаты я не ступала ни в одну машину, кроме автобуса, самолета или лимузина. А теперь вот я здесь, на переднем сиденье, в нарядном платье, трезвая и при исполнении.

Где бы ни были Гая и Ти-Джей, пусть выпьют за меня.

Матис подмигивает мне, будто молча празднует мою маленькую победу. Не колеблясь ни секунды, он несется по дороге, забыв о своей охране. Моя рука автоматически хватается за ручку двери — не для вида. Он едет как сумасшедший. Сложно сказать, что он хоть как-то «посмотрел» по сторонам, прежде чем выехать на дорогу.

— Ты — сплошная угроза, — бормочу я.

Он поворачивается ко мне, расплываясь в мальчишеской ухмылке, одной рукой управляя машиной.

— Мои люди должны быть начеку.

— Смотри на дорогу, — огрызаюсь я. — Мне и так сложно защищать тебя от тебя самого.

Он усмехается и подчиняется, но прежде чем он успевает ответить, я задаю главный вопрос:

— Куда мы едем?

— На ужин.

— Куда именно?

— В ресторан.

Я сверлю взглядом его профиль.

— Матис, куда?

Он вздыхает, и его улыбка становится шире, будто мысль о нашем пункте назначения его заводит. В животе неприятно холодеет, и весь мой недавний восторг тут же гаснет.

— В ресторан со звездой Мишлен, куда запись на шесть месяцев вперед. У меня забронирована отдельная комната.

Чтобы у него была приватность со своей спутницей.

Я опускаю окно, впуская прохладный воздух в салон. Уже через пару часов на этом месте может сидеть его дама, а мне придется самой искать дорогу назад.

— С кем ты встречаешься?