Авессалом Подводный – Покрывало Майи, или Сказки для Невротиков (страница 19)

Иван Пафнутьевич пьет чай.

В данном случае подлежащее Иван Пафнутьевич относится к синтетическому уровню, сказуемое пьет — к качественному, а прямое дополнение чай — к предметному. Возьмем теперь фразу, синтаксически более сложную:

Утомленный дневными заботами Иван Пафнутьевич с наслаждением пьет на веранде горячий зеленый чай.

Синтаксический анализ в данном случае также совершенно ясен: все, что относится к нашему герою, а именно утомленный дневными заботами Иван Пафнутьевич, относится к синтетическому уровню; все, что относится к его действиям — с наслаждением пьет на веранде есть качественный уровень, а все, что относится к объекту воздействия — горячий зеленый чай — предметный уровень. Здесь читатель может заметить, что само по себе выражение утомленный дневными заботами Иван Пафнутьевич не является синтетическим объектом, поскольку в этом словосочетании представлены разнообразные атрибуты: человека зовут Иван, его отца звали Пафнутий, он обладает качеством, а именно он утомлен; однако для того, чтобы воспринять фразу, читатель должен объединить эти понятия в некоторый единый образ, и только тогда фраза будет ему понятна. Этот единый образ сработает в следующей фразе, в которой он будет заменен личным местоимением третьего лица:

Он радуется каждому глотку, вкушая его несравненный аромат.

Читателю предлагается провести синтаксический анализ этой фразы самостоятельно.

Такого рода синтаксический анализ в значительной степени помогает понять психологию человека в том, что касается весьма интимных частей его подсознания. Когда вы читаете стихи, слушаете чьи-то рассказы, посмотрите, на какие именно части предложений вы обращаете наибольшее внимание. Есть люди, у которых прекрасная память на имена; можно заподозрить, что у них есть сильный акцент на синтетическом уровне; есть люди, которые, читая текст, имен совершенно не запоминают, но зато у них в памяти остаются существенные глаголы, выражающие действия — это заставляет предположить акцентуацию качественного уровня; и наконец, есть люди, чье внимание в наибольшей степени привлекает предметный уровень — конкретное содержание текста, выражаемое в первую очередь существительными в роли прямых дополнений, которые, с точки зрения этих людей, представляют собой наиболее информативную часть текста. В качестве примера читателю предлагается прочитать следующую фразу и, оторвав взгляд от страницы, повторить ее на память, записав то, что запомнилось, на листке бумаги. Слова какого уровня запомнятся вам в наибольшей степени?

Иван Пафнутьевич, Федор Селиверстович, Василий Корнеевич, Федот Юсупович, Василий Никитич и Порфирий Никанорович были с детства большими друзьями и все любили делать вместе: ходить по горам, долам, рекам, озерам, болотам, перелескам, мхам и лишайникам, радоваться жизни, цвести, выпендриваться, развлекаться, шуметь, кричать, бражничать, задираться и получать от всего этого огромное удовольствие, петь и плясать на свадьбах и именинах, плакать на поминках и встречаться при каждом удобном и неудобном случае.

Если читатель восстановил фразу полностью, автор поздравляет его с незаурядной памятью; если же читатель что-то забыл, то ему следует произвести синтаксический анализ записанной фразы и обратить внимание на то, слова какого уровня оказались в ней представленными в наибольшей и, наоборот, в наименьшей степени.

Следующее психологическое упражнение заключается в том, что вы внимательно слушаете речь ваших друзей или телевизионных дикторов и обращаете внимание на то, какие слова получают в их речи наибольшее логическое ударение, то есть наиболее значимы для них, и какие — для вас. Особенно ярко акцентуация синтетического, качественного или предметного уровня в тексте проявляется при художественном чтении поэзии; попробуйте, например, трижды прочитать вслух следующий стихотворный отрывок, акцентируя в нем сначала слова синтетического уровня, затем качественного и наконец предметного.

Наступили месяцы дремоты… То ли жизнь действительно прошла, То ль она, закончив все работы, Поздней гостьей села у стола. Хочет пить — не нравятся ей вина, Хочет есть — кусок не лезет в рот. Слушает, как шепчется рябина, Как щегол за окнами поет.

Отсутствие в последнем четверостишии подлежащего придает ему особый оттенок, который можно воспринять как мистический или незавершенный, поскольку подлежащее, вокруг которого происходит синтез предложения, в данном случае отсутствует, а точнее — находится в предыдущем предложении.

Троичное строение государства. Веками испытанная схема государственного правления выглядит следующим образом: царь — министры — подданные. В данном случае ясно, что царь относится к синтетическому уровню, министры — к качественному, а подданные — к предметному. Царь традиционно представлялся в качестве верховного жреца, обладающего особой харизмой, способной удерживать царство в единении и равновесии; министры представляли качества, или, как мы говорим, у них были определенные сферы ответственности, а подданные делали царствование предметным, то есть материализовывали абстрактную идею власти, воплощенную в царе, и качества (атрибуты) царствования, представляемые министрами.

В наше время подобная схема представлена в структуре фирмы, где президент находится на синтетическом уровне, совет директоров — на качественном, а прочие сотрудники (исполнители низших и средних звеньев) — на предметном. Президент фирмы символизирует общую и достаточно абстрактную идею, воплощением которой является данная фирма, директора отвечают за различные сферы деятельности фирмы, и наконец сотрудники занимаются исполнением конкретных работ.

Говоря об устройстве человеческого тела, можно заметить нашу триаду, выраженную в цепочке: голова (синтетический уровень) — туловище (качественный уровень) — конечности (предметный уровень). Голова олицетворяет синтез всего человека, туловище содержит в себе внутренние органы, которые отвечают за различные аспекты физиологии, и, наконец, конечности, то есть руки и ноги, дают человеку возможность предметного осуществления себя в мире: например, с помощью ног он перемещается в пространстве, а с помощью рук оперирует с ним. Интересно, что анатомически наша триада распространяется и на части человеческого тела: в руке можно выделить плечо (синтетический уровень), предплечье (качественный уровень) и кисть (предметный). При движении рукой движение плечом задает основную идею, движение предплечьем уточняет эту идею, дает ей определенные качества, и наконец кистью совершается уже конкретное действие, например, захват предмета.

Аналогично, в кровеносной системе ясно выделяются на синтетическом уровне сердце, на качественном — сосудистая система, то есть артерии и вены, и на предметном уровне — капиллярная система. В нервной системе можно выделить головной и спинной мозг на синтетическом уровне, нервные стволы на качественном уровне и нервные окончания — на предметном.

Трехуровневая модель личности человека. Здесь на синтетическом уровне находится высшее, или глубинное, или истинное «я» человека, тот таинственный, смутно осознаваемый и труднопостижимый объект, поисками которого заняты все люди, которые говорят, что они ищут себя. Это глубинное «я» иногда представляется как личный Бог человека, или его высшее предназначение, жизненная миссия или тихий внутренний голос, который направляет человека по его жизненному пути.

На качественном уровне находятся различные ипостаси, или образы «я», которыми человек пользуется в разные моменты своей жизни. Эти образы «я» можно представлять себе с одной стороны, как поддерживающие внешнее поведение человека, то есть это определенные роли, в которых он выступает (например, роль Послушного Подчиненного, Строгого Родителя, Сурового, Но Справедливого Начальника и т. д.). С другой стороны, образы «я» существуют и во внутреннем мире человека — это те психологические одежды, в которые он одевается в своих внутренних путешествиях; иными словами, это внутренние роли, которые человек берет на себя и использует во внутренней работе при формировании и проживании внутренних сюжетов. Обычно этим внутренним ролям соответствуют определенного рода жизненные позиции, которые формируют соответствующие внутренние сюжеты и реализуются в них. Примеры внутренних ролей (костюмов): Угрюмый Исследователь, Радостный Потребитель, Несгибаемый Путешественник, Бесприютный Циник.

Таким образом, образы «я» проявляются двояко: с одной стороны, во внутреннем мире в виде различных жизненных позиций и умонастроений, а с другой стороны, во внешнем мире как совокупности определенного рода манер и модальностей, которые человек использует в общении с окружающим миром; сюда могут относиться также форма одежды, особенности внешнего вида, прически, походки и осанки; в целом все это может быть названо словом «стиль», который обязательно соответствует каждому внешнему «я». Этот стиль может быть разработан больше или меньше, но как правило узнаваем — как человеком, так и окружающими.

И, наконец, на предметном уровне находится конкретное поведение человека, набор событий, происходящих в его внешней и внутренней жизни, и поступков, которые он совершает.