Авенир Зак – Два цвета (страница 6)
Т е о. Ничего хорошего.
Г е л ь м у т. Говори тише.
Т е о. В гимназии лазарет. На улице русские пушки. Во дворе кухня. Всюду полно русских.
Г е л ь м у т. Надо вернуться туда, откуда мы свернули на север.
Т е о. Нельзя. Переход из магазина завален.
Г е л ь м у т. Завал разберем.
Т е о. Нет, обвалилась наружная стена с рекламой «опеля»… помнишь? Там разбирать — на неделю хватит.
Г е л ь м у т. Ты хочешь сказать, что мы не сможем отсюда выйти?
Т е о. Не сможем. И потом… ты должен это знать, Гельмут… я звонил из магазина тете Кларе, она живет на Фридрихштрассе, — русские уже у рейхстага…
Г е л ь м у т. Ложь. Вражеская пропаганда.
Т е о. Тетя Клара сказала, что у них перед домом русские танки.
Г е л ь м у т. На Фридрихштрассе?
Т е о. Да.
Г е л ь м у т. Так вот, Тео, ты скажешь им, что русских потеснили и наши совсем близко… что ты звонил этой своей тете Кларе и она сказала, что армия Венка подошла к Берлину.
Т е о. Я не привык врать.
Г е л ь м у т
Т е о. Какая надежда?
Г е л ь м у т. Ты солдат, Тео, и я знаю, ты будешь сражаться до конца… а они… эти двое, они еще совсем мальчики, их надо поддержать, дать им какие-то силы. Они не должны знать то, что ты мне сказал.
Т е о. Я не стану врать.
Р е й н г о л ь д. Что вы там шепчетесь? Мы тоже хотим знать…
Г е л ь м у т
Т е о. Проход возле магазина завален, обвалилась стена… вернуться мы не можем. Выйти наверх тоже… нельзя. Кругом русские.
Г е л ь м у т. Но это не все. Тео звонил своей тете… как ее зовут, твою тетю?
Т е о. Тетя Клара.
Г е л ь м у т. И что сказала тетя Клара?
Т е о. Она сказала… что армия Венка входит в Берлин… Что русских потеснили… А наши… совсем близко…
Г е л ь м у т. Мы дождемся темноты. А ночью прорвемся к ставке фюрера.
Д и т е р. До ночи еще далеко. Русские могут спуститься в подвал, и тогда…
Г е л ь м у т. Тогда мы примем бой, Дитер! У нас с тобой есть оружие, и мы будем драться. Или ты не согласен со мной?
Д и т е р. Согласен.
Р е й н г о л ь д
Д и т е р. Он дышит.
В о е н в р а ч. Здесь больно? А здесь?
Л и ф а н о в. Больно. Товарищ майор, скажите честно… ходить буду?
В о е н в р а ч. Будете.
Л и ф а н о в. С костылями?
В о е н в р а ч. Поначалу с костылями.
Л и ф а н о в. Долго?
В о е н в р а ч
Л и ф а н о в. Ой, болит, зараза! Нельзя мне помирать, товарищ майор. У меня сын.
В о е н в р а ч. У вас? Сколько же ему лет?
Л и ф а н о в. Пятнадцать.
В о е н в р а ч. Вы шутите — это хорошо. Сколько же вам самому?
Л и ф а н о в. Двадцать три. Да вы видели его — Андрей.
В о е н в р а ч. А, этот мальчик с медалью?
Л и ф а н о в. Отец у него был военным. Погиб на границе в сорок первом… где-то в Белоруссии. Мать тоже… при бомбежке. Жил у бабки в оккупации, помогал партизанам…
В о е н в р а ч. Глаза у него смышленые.
Л и ф а н о в. Москвич!
В о е н в р а ч. А куда он делся? Что-то я его не вижу.
Л и ф а н о в. Здесь где-нибудь. Может, в библиотеке. Барабанов говорит, библиотека тут колоссальная. А он любитель! От книжки не оторвешь.
В о е н в р а ч. А вы, пожалуй, будете хорошим отцом. Мать у вас где?
Л и ф а н о в. В Воронеже.
В о е н в р а ч. Пишете ей?
Л и ф а н о в. Пищу, а как же.
В о е н в р а ч. Когда последний раз писали?
Л и ф а н о в. Месяца не прошло.
В о е н в р а ч. Месяца!.. Не балуете вы ее. Вы у нее один?
Л и ф а н о в. Двое нас. Брат тоже воюет. Летчик.
В о е н в р а ч. Летчик? А какое он училище кончал?
Л и ф а н о в. Оренбургское.
В о е н в р а ч. Знаю. Сын у меня там учился.
Т а м а р а. Вера Алексеевна, вас ждут в операционной. Просили побыстрее.
В о е н в р а ч. Ты, я смотрю, освоилась. Уже подгоняешь меня.