Ава Рид – Пропавшие души (страница 40)

– Почему что-то должно было случиться, чтобы я написала? – ворчу я, ковыряя покрытие столешницы. Все равно она наполовину рассохлась.

Лора фыркает, а потом тихо смеется:

– Да ты мне пишешь реже, чем Логан. И если он выходит на связь, то у него рыльце в пушку. Так что за «пушок» у тебя?

– Во-первых, твоему брату должно быть стыдно, что он так редко звонит. Во-вторых, никакого «пушка». – Мы одновременно начинаем смеяться, и мне становится легче. Вот уж не думала, что именно легкого разговора с Лорой мне так недоставало. – Как твои дела? Поговорила с Джесс? Йен еще жив?

– Ладно, позволю перевести тему, – откашливается Лора. – Йен ушел в сумрак.

– Будто вы оба или секретные агенты, или киллеры.

– Я вот-вот с ума сойду! – Слышу мурчание – видимо, Джекс подобрался ближе.

– Неужто Йен и Джесс флиртовали по телефону?

– Сьерра!

– Что? Или может, они просто друзья? Впрочем, оба варианта хороши. Нам же нравится Йен. Или?.. – Я бы никогда не сказала этого ему, хватит и того, что его самомнение раздуто до предела.

– Просто… Джесс скоро вернется в Штаты, и… – Голос Лоры стихает.

– Ты злишься, что она не сказала тебе. Ты случайно узнала об их переписке, и то, что Джесс скрывала это от тебя, причиняет тебе боль. Дело не в Йене… а в тебе и сестре.

– Ненавижу тебя, ты в курсе? – бормочет она, и я улыбаюсь.

– В курсе, конечно. Ты поговорила с Джесс о том, что тебя беспокоит? Спросила, почему она промолчала?

– Нет. Хотела немного остыть и привести мысли в порядок. Джесс уезжала надолго, но мне казалось, что благодаря мессенджерам и звонкам нам удастся сохранить связь. Но если мы все еще были близки…

– …почему тогда она промолчала, – заканчиваю фразу за Лору. – Может, она просто не успела?

– С каких это пор ты стала такой понимающей? – скептически спрашивает она, и я хмурюсь. Лора права: я не такая понимающая. Но теперь лучше понимаю, что иногда, когда наваливается слишком много, стоит попытаться облегчить чужую ношу.

– Поговори с ней, тогда тебе полегчает. И не убивай Йена. Кто знает, кого назначат куратором ему на смену? Не дай бог это будет Полный Придурок, и тогда месть моя будет страшна.

– Ты о ком? – Лора замолкает, только слышится приглушенное урчание. – А, погоди, ты о докторе… ой, как там его?

– Холл, – выплевываю я.

– Точно! Тот мачо, из-за которого ты поцеловала Митча.

Не могу сдержать тихого стона, и Лора его слышит. У нее точно суперслух.

– В яблочко! И вот, уважаемые дамы и господа, мы наконец нашли причину, по которой ты мне написала. – Лора говорит так, словно она конферансье на цирковой арене. Сейчас должен начаться главный номер шоу – тигра заставят прыгать через огненное кольцо. – А теперь ты расскажешь, что натворил Митч. Точнее, что натворила ты. Мое чутье подсказывает, что без Митча здесь не обошлось.

У Лоры прекрасная интуиция, мне не стоило ей писать. С другой стороны, разве я не хотела с ней поделиться? Чтобы кто-то знал, что со мной творится. Чтобы я наконец произнесла слова, которые разрастаются во мне, словно раковая опухоль.

– Мы целовались.

– Да, ты говорила, помнишь? Тогда Грант еще обиделся на Мэйси, а ты… Боже мой, или ты имеешь в виду, что вы, ребята, повторили? Что с вами происходит?

– У меня была внеплановая операция с Полным Придурком, а Митч ждал меня в холле. Мы пошли в бар, и там он поцеловал меня. – Я тру лоб. Слова, как вода, текут с легкостью. Я бы не смогла замолчать, даже если захотела.

– Хорошо, – натянуто говорит Лора. – Не хочешь рассказать подробнее?

– Боже, я и вспоминать боюсь.

– Что такого страшного случилось?

– Мы сидели там, – шепчу я. Взгляд скользит по желтоватой поверхности холодильника, ни за что не цепляясь. – Понятия не имею, почему решила пойти в бар. И из всех людей выбрала его. Я была зла из-за Полного Придурка, мамы, Митча и себя самой. Мы разговаривали, и потом он поцеловал меня… – Я сжимаю губы, прикрыв глаза. Вспоминаются вкус губ Митча, его запах. Тогда я боялась, что не смогу остановиться, но сможет он. – Я потребовала, чтобы он больше никогда не целовал меня без разрешения. – Мой голос кажется чужим, а в груди ноет. Еще несколько дней назад я и не знала, что могу чувствовать себя так отвратительно. Это раздражает и изнуряет, у меня и без того нет сил. Столько проблем, а ведь мы с Митчем даже не переспали!

Раньше мне часто приходилось выслушивать замечания, что секс на одну ночь не ведет ни к чему хорошему, но мне было плевать. Секс дарил положительные эмоции, удовольствие. Отношения на одну ночь не заставляли меня чувствовать свою никчемность. Но сейчас?..

Я схожу с ума, у меня ноет сердце и в голове царит хаос. Почему никто не предупредил меня? Никто не сказал: «Сьерра, осторожнее, или какой-нибудь придурок одной улыбкой и парой слов вырвет сердце из твоей груди». Это произойдет быстро и бесшумно, ты не заметишь, пока не станет слишком поздно. И ради этой операции тебе даже не придется раздеваться.

Вот же хрень!

– Мне очень жаль, – наконец говорит Лора.

– О чем ты? – Приходится откашляться, в горле стоит ком.

– О том, что ты сказала, хотя и имела в виду совсем другое.

Радуюсь, что в моей жизни появился человек, который может понять меня без слов. Хорошо, что я впустила Лору за свои стены. И благодарна ей, что она все еще хочет быть частью моей жизни.

– Сьерра, ты недоговариваешь. Я права? – осторожно спрашивает она. Кивок Лора, конечно, не видит. Или то, что я закрываю глаза, потому что их жжет от подступающих слез. Лора не видит всего этого, но будто догадывается.

– Если он когда-нибудь захочет поцеловать меня снова, спросит разрешения.

Это моя вина, я спровоцировала его. Не могу заставить себя открыться – это словно вытащить наружу внутренности. Стоит открыться – и я буду в уязвимом положении. А этого я себе позволить не могу, потому что тогда мама превратит мою жизнь в еще больший ад.

Любить меня нелегко, если вообще возможно. Пожалуй, не было ни дня, когда мама мне об этом не напомнила.

– Что? – переспрашивает Лора. – «Если»? Митч так сказал? – В динамике раздается раздраженное мяуканье Джекса, наверное, Лора села на постели, сбросив его с одеяла. – Ты же понимаешь, что Митч не имел в виду «в случае, если». Он не мог так думать, потому что Митч… Ты наверняка в курсе, что он в тебя влюблен.

Да. Пусть и пытаюсь сделать вид, что ничего не замечаю, и он в конце концов сам поймет, что отношения между нами невозможны.

– Сьерра, – голос Лоры спокойный и ровный, но я чувствую, что она собирается произнести, – ты тоже любишь его.

Я распахиваю глаза, желая оказаться подальше от этой кухни, от яркого света, который заливает ее. Желая, чтобы хоть кто-то заполнил пустоту, царящую вокруг. И пустоту в душе. Как бы мне хотелось, чтобы Лора ошиблась.

– Все так, – в изнеможении выдыхаю я, оставшиеся у меня силы уходят на внутреннюю борьбу. Меня захлестывают эмоции: мне нравится Митч, очень. И я понятия не имею, в какой момент это произошло. Или почему. Как я допустила подобное? Сколько сил придется приложить, чтобы держаться от него на расстоянии и хорошо выполнять свою работу? Как быть с моей целью – стать лучшей, если я не хочу становиться лучше Митча? И как, черт возьми, справиться с ураганом, бушующим внутри?

Будь собой, даже если сложно – мой дурацкий совет Гранту. И как же ему последовать? Какова Сьерра Харрис на самом деле?

– Хорошо. – Голос Лоры будто плотина, останавливает несущийся поток мыслей. Что она имеет в виду?! – Да, именно. Это хорошо.

Я фыркаю, но мне ни капли не смешно:

– И что же в этой ситуации хорошего, объясни, пожалуйста?

– То, что ты осознала и перестанешь убегать.

– Если я не буду сопротивляться и позволю этим отношениям… Лора, тогда всему конец!

Моя жизнь рассыплется, словно песочный замок. Оборона, которую я возводила годами, больше не крепкие прибрежные скалы, на которые с рокотом накатывает и отступает прибой. Мои щиты готовы рухнуть от любого слова. И тогда моя жизнь превратится в хаос.

– Иногда «конец» означает лишь новое начало, – отвечает Лора, и я слышу улыбку в ее голосе. Она знает, о чем говорит. – Объясни все Митчу. Выбери время, соберись с духом – и расскажи ему.

– Но тот взрыв… Лора, у меня нет…

– Хватит. Только не сегодня, я не дам тебе произнести это вслух. Сегодня ты будешь честной с собой. Ты любишь Митча, и ты сделала все, что могла. Все, что было в твоих силах. Твоей вины в случившемся нет.

– Я… – Бросаю взгляд в сторону коридора – оттуда доносится звон ключей и лязг замка. Вот отстой! – Мы продолжим разговор завтра, ладно? Реши вопрос с Джесс, и тебе полегчает.

– Что случилось? Мне стоит волноваться? Хотя глупый вопрос – когда это ты заставляла меня волноваться. Я поговорю с Джесс, но и ты поговори с Митчем, хорошо?

– Спасибо, Лора, спасибо за все, – благодарю еще раз и сбрасываю звонок, потому что на кухню входит мама. Она пьяна в стельку. От нее несет алкоголем. Я чувствую запах до того, как спрыгиваю со стола, на котором сидела.

– Стол не для игр. Когда ты уже, наконец, повзрослеешь?! – невнятно восклицает она. Макияж смазался, под глазами застыли черные крупинки туши, лицо искажено гневной гримасой.

– Я ложусь спать, – коротко отвечаю и протискиваюсь мимо, чтобы пройти в свою комнату, но мама грубо хватает меня за запястье. Меня обдает смесью сигаретного запаха и рвоты.