Ава Рид – Крылья из огня и тени (страница 26)

– Люцифер, – словно в трансе, повторила Мила.

– Так точно, Люци! Повелитель теней! – с насмешкой произнес Цето и тут же выругался, ощутив, как Райя ударила его.

Миле показалось, будто она что-то пропустила.

– Вы сказали, что бога нет… – пробормотала она, лихорадочно пытаясь разобраться.

– И это тоже верно. Не позволяй сбить себя с толку. – Ашер убрал прядь с ее лица. – Он просто хочет меня разозлить, потому что…

– Потому что настоящая ирония в том, что Лия сотворила аномалию – человека, который стал сыном бога – бога, которого на самом деле не существует. И после этого начали рассказывать истории об ангелах и демонах, похожих на нас. Потому что Люцифер стал первым Темным, падшим ангелом, низвергнутым с небес, – ну ладно, это подходит лишь отчасти, – но прежде всего он предал тех, кто его любил.

– Иначе бы они предали его, – ответил Ашер, но Элариан лишь пожал плечами.

– Первый Темный, первый Вечный на темной стороне. В человеческих легендах ты остался Люцифером, – заключила Мила.

– Да, – ответил Ашер. – Но Элариан, как и остальные, знает, что эти истории нельзя понимать буквально. И, между прочим, я точно не Люцифер.

– Нет, он хуже, – добавил Цето, и Райя отвесила ему очередной удар. – Ой! Черт!

Элариан, забавляясь, глядел на них, в то время как перед мысленным взором Милы проносились истории об ангелах и божественных созданиях и другие известные ей мифы. Она сравнивала эти образы с Вечными, которые сидели рядом с ней. Пыталась оценить, сколько в этих историях правды, – а сколько, наоборот, вымысла.

– А теперь хватит! – прогремел голос Ашера, и комната погрузилась в дым и темноту.

Элариан развеял магию, и все снова стало как раньше.

– Ну ладно, пусть так, – ответил он. – Пока что.

Мим и Пан внезапно громко фыркнули. На носу Мим надулся пузырь слюны, который рос и рос, пока наконец не лопнул. Пан вздрогнул, возмущенно осмотрелся по сторонам, но тут же снова уснул.

– Я понимаю, что вы мне, скорее всего, рассказываете не все. И у вас так же много вопросов, как и у меня. Но… нам нужно найти ответы, – произнесла Мила вслух свои мысли, снова возвращая разговор к самому важному. – Дым – это одно, внутренний холод и способность видеть Серых – это другое. А теперь еще и общение с Мим и Паном. – Она покачала головой. – Я могла распознавать Серых, хотя на мне были эти путы. Магические веревки, которые, как я понимаю, поглощали силы. Я бы не стала это недооценивать. Все случившееся. – Говоря это, она заметила растущее удивление и любопытство на лицах Цето, Райи и Элариана. Только потом она посмотрела на Ашера. – Важно не только то, на что я способна, но и то, кем я являюсь.

Плавным движением правой руки Мила взялась за рукоятку кинжала на поясе, вытащила его и положила левую руку на стол. Прежде чем клинок успел коснуться ее кожи, Ашер перехватил ее руку, и Мила застыла. «Нет», – говорил весь его вид, стиснутые зубы, сжатые губы, искры в его глазах. «Нет», – говорили его пальцы, сжавшие его руку. Можно было подумать, что он сделал это, потому что хотел что-то ей запретить, потому что ставил себя выше ее. Но на самом деле он лишь заслонял ее собой. В этом была разница, которую Мила ощущала слишком хорошо. Он хотел защитить ее.

– Они должны это знать, – произнесла она, и Ашер в ту же секунду расслабил пальцы, хотя и не выпустил ее руку.

– Что мы должны знать? Кроме того, что ты можешь сплетничать о нас с собаками и тебя не сдерживают магические путы? – В голосе Цето послышался отзвук любопытства, и, посмотрев в его сторону, Мила увидела, что Райя опустила взгляд. Сколько из того, что говорил и делал Ролан, она помнила? Очень многое. Слишком многое.

– Подожди. Возьми вот это, а не кинжал. – Отпустив ее руку, Ашер разжал ее пальцы, вложил ей в руку обычный нож, который тут же и сотворил, а кинжал убрал обратно в ножны. Мила кивнула, вспомнив о свойствах этого оружия. Кинжал был выкован из эфира и мог наносить Вечным серьезные раны.

Элариан выжидательно наклонился вперед. Глубоко вздохнув, Мила приставила лезвие к своей коже и провела им, с удивлением отметив, какое оно острое. Результат не заставил себя долго ждать. Из пореза начала сочиться золотистая кровь, в которой уже почти не было красного. Она заструилась по ее руке. От боли Миле пришлось стиснуть зубы, но это было ничто в сравнении с тем, что ей пришлось перенести раньше.

– Вот же хрень! – потрясенно выругался Цето. Элариан оставался невозмутимым. Лишь его глаза изменили цвет – в них появились проблески красного и черного.

Ашер осторожно забрал у нее нож и заставил его исчезнуть. Мила наблюдала за реакцией своих друзей.

– Рана не исцеляется, – констатировал очевидное Цето, удивленный этим фактом. – Как такое возможно? Но ты все-таки бессмертная?

– Мы уж точно не будем пытаться это проверить, – сердито ответил Ашер, и Цето поднял руки, словно защищаясь. Мила подумала, что вряд ли он всерьез предлагал это выяснить.

– Ты по-настоящему особенная, Мила. – Голос Элариана забирался ей под кожу. Его звучание изменилось, став мрачным и зловещим.

И в тот момент, когда Ашер положил ладонь на рану и исцелил ее, взгляды Элариана и Милы встретились, и она поняла: он знает больше, чем ей рассказал.

26

Элариан

Его скрытность имела свои причины. Дар Милы был многообразен. Без повода тревожить остальных и распространять ложную информацию было не в духе Элариана. И все же Мила внимательно смотрела на него.

Все было очень просто: кто-то сделал ее аномалией либо целенаправленно, либо по случайности. Из-за некоторых заклинаний энергия могла накапливаться подобным образом. Поэтому существовали правила не вмешиваться и держаться подальше от смертных, вот, в сущности, и все. Тем не менее этими двумя вариантами все не ограничивалось. Каждый Вечный, который умел создавать магических существ, мог быть виновен в возникновении аномалии. Однако способности Милы развивались так стремительно, что Элариан неизбежно спрашивал себя, способен ли кто-то из ныне живущих Вечных создать аномалию такой силы.

Нет. И при этом она уже обрела больше могущества, чем было ей по силам, ее дар проявлялся сильнее, чем она думала, и Элариан не сомневался: ни один из младших Вечных, никто из низших творений не мог превратить Милу в то, чем она стала теперь.

– Нам нужно обучить Милу. И я думаю, пока мы этим занимаемся, надо подумать о том, у кого еще мы можем попросить совета.

– С каких это пор ты стал шутником? – сухо спросил Цето. – Кого ж нам еще спрашивать? – Он рассмеялся, а потом заметил выражение лица Райи, которое совершенно ясно сообщало, что лучше бы ему сейчас прекратить дурачиться. Он тут же подавил улыбку, откашлялся и принял серьезный вид.

Мила напряженно ждала ответа Элариана, а Ашер не переставая гладил ее по спине, словно зачарованный.

– Есть кое-кто… Я нашел ее тогда, после смерти Лии. Я дам вам знать, как только пойму, как туда добраться.

Его слова прозвучали более чем загадочно. Он понимал это слишком хорошо, но в одном он мог быть уверен: сейчас совершенно бесполезно рассказывать им, что он говорит о Саиве. Это имя она дала себе сама, потому что оно звучало мелодичнее и загадочнее, чем любые другие имена, которые ей давали.

Судьба.

– Мне пора.

27

Ашер

Ашер не знал, что задумал Элариан. Он мог лишь надеяться, что тот не станет тратить время впустую. Он был согласен на все, что могло помочь Миле найти выход.

А вот чего Ашер не ожидал, так это того, что Элариан появится снова уже несколько минут спустя, как раз когда они с Цето, Райей и Милой будут обсуждать дальнейшие планы.

– Я создал для вас место, в котором вы сможете тренироваться и изучать возможности Милы, пока я разбираюсь с другими вопросами. Следуйте за мной.

Коснувшись одного из символов на своем теле, Элариан мгновенно создал портал.

На другом конце их ожидал зал, и Ашер вынужден был признаться, что рассматривает его с удивлением: потолки высотой по меньшей мере в десять метров, стены, отделанные твердым камнем. Пол был сделан из разных материалов – где-то паркет, где-то камень, где-то песок. Посередине зала лежал огромный мат. Помещение было настолько большим, что его можно было свободно использовать для тренировок в беге на 200 метров по прямой. Воздух оказался свежим и чистым, хотя нигде не было видно ни окон, ни выходов наружу. Осматриваясь по сторонам, Ашер заметил многочисленные мечи, кинжалы, копья, ножи и сюрикены, которые висели на левой стене или стояли, прислоненные к ней.

– Просто тренировочное оружие, ничего эфирного, – пояснил Элариан.

Большего им и не нужно. Раны от обычного оружия исцелялись быстро, в конце концов, они же не собирались убивать друг друга. Мим и Пан бегали вокруг, впитывая в себя незнакомые запахи зала. Мила тем временем осматривалась по сторонам. Цето, в свою очередь, сразу заметил различные разновидности ножей. Он питал к ним слабость, а мечом владел не так хорошо, как Ашер. Лицо Райи просияло, когда она взяла единственный лежавший там кнут. Метровой длины, сплетенный из плотной кожи, и в сочетании с силой Райи он превращался в эффективное, неумолимое оружие.

– Все это… я хочу сказать, если бы я не видела это сейчас, своими глазами, я бы не поверила. – Мила с благоговением огляделась.