Ава Рид – Искренне (страница 38)
– Ну, тогда пока мы можем…
Джун замолкает на полуслове, останавливается в дверях моей комнаты, и я пытаюсь протиснуться туда мимо нее.
– Что там?
– Обалдеть, – шепчет она, и в этот момент мне требуется приложить немало сил, чтобы сдержать порыв протереть глаза, потому что не могу понять, что я вижу. Диван сложен и отодвинут к противоположной стене, прямо рядом с ним стоит простой белый письменный стол. Собранный стол! У стены слева – комод, который я купила для хранения одежды, но то, что бросается в глаза, – это уже собранная гигантская кровать и матрас там, где раньше стоял диван. Он полностью занимает весь угол, я могу практически упасть в постель прямо от двери. И мне это нравится. Мне нравится, какая маленькая и уютная эта комната и что она как раз подходит по размеру для всего того, что в ней сейчас находится, ни больше ни меньше.
– Нам уже не нужно ждать мебель, – шепчет Джун с удивлением.
Я отвечаю, чувствуя себя словно в легком тумане:
– Да, не нужно.
Кто-то собрал мою мебель. Доставка уже приехала. Я с трудом могу поверить в это. Конечно, я счастлива, но у меня сразу же возникает непреодолимое желание разобрать вещи, разложить все по местам и организовать пространство. У меня уже руки чешутся!
– Думаю, теперь все, что нам нужно сделать, – это отдать дань твоим загонам по наведению порядка, верно? Давай начнем с того, чтобы застелить постель.
Джун уже делает шаг ко мне в комнату, но, когда мы слышим, как хлопает входная дверь и затем знакомый собачий лай, мы оборачиваемся. Я выглядываю в коридор и вижу, как ко мне радостно бежит Носок.
Купер. Наши взгляды встречаются, и я сглатываю несколько раз, потому что боюсь, что иначе не смогу вымолвить ни звука. А я хотела бы сказать так много! Но слова застревают у меня в горле. Я отчетливо ощущаю это, поэтому продолжаю стоять и не двигаться, и, наверное, выгляжу при этом как ненормальная.
– Спасибо, – наконец выдавливаю я из себя. И не только за то, что он погулял с собакой.
Однако он только молча кивает и исчезает из нашего поля зрения, закрыв за собой дверь своей комнаты.
– Офигеть, – ругается Джун. – Ты не сказала, что поцелуй был
22
Ящики на складе наконец опустели, а поставки недостающих товаров уже были произведены. Энди начала переставлять все на полках, и это сводит меня с ума, потому что я теперь ничего не могу найти. Я имею в виду, наверняка там есть определенная логика, но для меня она не очевидна. Это логика Энди. Таким же образом она перекладывала кухонные принадлежности в шкафчиках или полотенца в ванной. А одеяло на диване в гостиной может быть красиво сложено только в одном конкретном углу, когда его никто не использует. Почему?
Я все еще стою посреди склада и, ругаясь себе под нос, пытаюсь взять себя в руки, а свою жизнь – под контроль. Проблема не в этой системе, я знаю. Тот поцелуй…
Он не был для меня первым и не будет последним. Это был просто поцелуй. Господи, но зато какой…
Проклятье, так ничего не получится! Со злости я ударяю одну из полок, которая дрожит под моим кулаком.
Собрать ее мебель тоже было не лучшей идеей. Я не знаю, что на меня нашло. В дверь позвонили, мебель оказалась доставлена раньше времени, и, как в тумане, я сходил и взял рабочие инструменты из гаража, а потом просто все собрал. Но это ведь меня не касается. Энди меня не касается. Мы только живем вместе! Все может кончиться так плохо, что я даже не могу выразить этого словами. Я определенно не тот, кто ей нужен, а мне…
Вздохнув, я откидываю голову назад. Я должен перестать думать о ней и прекратить все это.
Мой мобильный телефон издает два звуковых сигнала и вибрирует в кармане, и когда я вынимаю его и открываю сообщение Сьюзи, которое выскакивает на экране, я коротко усмехаюсь.
Каждый раз, когда кто-то покидает команду или же добавляется в нее и если кто-то из нас меняет номер, она рассылает нам новый список, чтобы мы все могли в случае чего связаться друг с другом. Будь то чтобы попросить кого-то поменяться с тобой сменами или чтобы вызвать подмогу, если кто-нибудь не вышел на работу. Теперь имя Энди, как и ее номер, тоже здесь. Ее полное имя. Я останавливаюсь. Я никогда не спрашивал ее о нем, и просто вот так увидеть его сейчас перед собой было немного странно. Оно красивое. Андрада. И хотя я собирался перестать думать об Энди, мысли снова возвращаются к ней.
– Сегодня действительно дерьмовый день, – прошипев это про себя, я выхожу со склада и иду в зал. Тот факт, что сегодня первая смена у нас с Джеком и Энди, ничуть не делает этот день лучше. Клуб будет открыт только до часу, наша задача начать смену и подготовить все, потом мы можем уйти в одиннадцать. Луи и Мэтт придут позже, но останутся до конца. У Сюзанны сегодня тоже одна из ее немногих смен за барной стойкой – по-видимому, она уже сделала бо́льшую часть своей бумажной работы за этот месяц. Что является чудом, по крайней мере, учитывая бюрократические таланты Мэйсона. Кроме того, кажется, он нанял еще двух человек, чтобы мы могли продержаться до тех пор, пока Ян снова не придет в форму.
Я прячу телефон и захожу за угол. Впереди Джек и Энди подготавливают напитки для шотов, весело беседуя с Джун, которая заняла место на одном из барных стульев. Она выглядит по-настоящему шикарно. Браслеты на ее запястьях звенят при каждом движении. Но я смотрю только на Энди, ее потертые кеды, простые джинсы и широкую рубашку, которые она так любит. Я думаю, что все это найдется у нее в нескольких цветах и комбинациях. Сегодня она заплела волосы в косу с одного боку и уже закатала рукава рубашки. Джун что-то ей рассказывает, а Энди продолжает работать, внимательно слушая. Мэйсон сказал, Джун всегда может приходить сюда, когда захочет.
Хотя клуб еще закрыт, играет тихая музыка, спокойнее, чем обычно, и как-то уютнее. Сьюзи приветствует нас, шагая к маленькому бару. Она, вероятно, поставила себе двойную смену.
Я принимаюсь за уборку раковины, вижу, что все уже лежит на своих местах, но, поскольку у нас появилась Энди, эти места несколько изменились. Однако, судя по всему, остальным это никак не мешает, тогда я не буду выставлять себя дураком, которому единственному это так важно.
Чуть позже музыка меняется на более громкую и активную, яркий свет уступает место приглушенному, зато добавляются разноцветные лампочки и прожекторы, и клуб открывает свои двери. Места у бара, как и танцпол, быстро заполняются людьми, и с каждой минутой я должен все больше напоминать себе о том, чтобы сосредоточиться на гостях и их заказах.
Когда Мэйсон направляется через танцпол к Джун, которая по-прежнему сидит у бара и не покидает Энди весь вечер, я все еще не уверен, может ли это стать чем-то интересным или же полная катастрофа тут неизбежна.
Мэйсон с ней действительно очень упрям. Прошло уже несколько лет с тех пор, как я видел его таким в последний раз. Обычно ему не нужно прилагать особых усилий – даже сейчас, пока он движется на пути к бару, две дамочки пытаются броситься ему на шею. Но его воровская улыбка принадлежит сегодня только Джун, которая замечает его в этот самый момент. Выражение ее лица забавляет меня, особенно когда она смотрит на Энди, обращаясь к ней за помощью.
Но Энди только разводит руками:
– Ты вылила ему на рубашку липкий коктейль, обозвала его идиотом, без конца провоцируешь его и даже успела влепить ему пощечину. Честно говоря, Джун, видит бог, я не понимаю, как после этого я могу тебя выручить?
– А как же наш уговор насчет «помочь закопать тело»? – шипит она, и Энди громко смеется. Я не могу удержаться и присоединяюсь к ним, и тут к нам наконец добирается Мэйсон.
– Привет, моя кошечка, – начинает он, и Джун начинает издавать рвотные звуки.
– Джун! Угомонись.
– Послушай свою лучшую подругу! Энди, ты просто чудо.
Мэйсон подмигивает ей, и я закатываю глаза. В этот момент Джек, сыпля ругательствами, спрашивает, работает ли кто-нибудь, кроме него, сегодня.
– Иду! – кричу я ему в ответ и помогаю с одной из пивных кег, которые нужно заменить. Мы вынимаем старую, заталкиваем новую под стойку и подключаем ее. Готово.
– Спасибо, чувак, – бросает он, немного задыхаясь.
– Не за что.
Он похлопывает меня по плечу, прежде чем перейти на другую сторону, где кто-то зовет его. Энди тоже принимает заказ, всего в метре от Мэйса и Джун, которая, надо заметить, действительно выглядит так, словно собирается разорвать моего приятеля или исцарапать его самые нежные места своими красными когтями, если он немедленно не прекратит разговаривать с ней. Я стою рядом с Энди, принимаю другие заказы, но не могу не наблюдать, как парень, которого она обслуживает, смотрит на нее. Какой смазливый!
Я наливаю три кружки пива и стараюсь не оторвать кран, когда слышу, как он спрашивает:
– Когда ты заканчиваешь работу, милая Энди?
Я никогда не проклинал Мэйсона за наши дурацкие бейджики больше, чем в эту секунду.
– Позже, – смутно объясняет она, но все еще улыбается, смешивая его напитки. Похоже на отвертку и скотч с содой. Все готово, льдинки ударяются об стекло, и я стискиваю зубы. Затем чувствую взгляд Мэйсона на себе и качаю головой в ответ, но – вопреки мнению Джун – он отнюдь не идиот и очень скоро понимает, что к чему. Я пытаюсь занять себя чем-то, прибираюсь на стойке, поскольку всех гостей на данный момент и так уже обслужили, и концентрируюсь на песне, орущей из динамиков. Это какое-то дерьмо. Какая-то писклявая попсовая песня, которая заставляет мое сердце сжиматься. Но совсем не от приятных эмоций.