Ава Рид – Искренне (страница 35)
– Холод.
– Да, только немного больше. Это…
– Очень холодно? – Он задумчиво сводит брови. – Мороз!
– Правильно! – Я перекидываю карточку через плечо и достаю новую.
– Не оса, но…
– Пчела.
Новая карта.
– Э-э… ладно… так… бывает маленькой или большой, есть дома у многих людей, и ее можно использовать для… – Блин. Я не могу сказать «спать», это слово-табу для моей карточки. Простите, но как еще описать кровать? Мой разум затуманен, словно каждая клетка мозга наполнилась вином и начала икать. Я поднимаю подбородок и смотрю прямо на Купера. – Там можно заниматься любовью!
Дилан и Мэйсон разражаются хохотом, Джун издает какой-то сдавленный звук, а Купер… Я думаю, он очень старается не смеяться. Его губы предательски дергаются.
– Кровать, – говорит он развеселившимся и при этом немного хриплым голосом.
– Смейтесь-смейтесь! Я не против, – вызывающе отвечаю я, и теперь они ржут еще громче. Я ничего не могу поделать, кроме как присоединиться к всеобщему веселью, и даже Купер не может удержаться от смеха. Слезы уже текут у меня из глаз. Я даже не знаю, что в этом такого смешного.
Мы играем еще два или три раунда, пока все не устают настолько, что начинают укладываться спать прямо в гостиной.
– Мы уберем все завтра. А сейчас я спать. Спасибо, ребята. Это было весело!
Дилан прощается со всеми, дает мне «пять» на ходу по дороге в свою комнату, и я чувствую, как погружаюсь в сон, опираясь на кресло-мешок Купера.
– Думаю, Энди пора пойти туда, где можно заниматься любовью!
– Закрой рот, идиот, – огрызается Джун на Мэйсона, а я, настолько красноречиво, насколько это сейчас возможно, добавляю:
– Свой.
– Мне кажется, он прав, – раздается голос Купера.
Мои глаза закрываются… Здесь так уютно и так тепло. Так комфортно. Кресло-мешок шевелится, и я внезапно снова открываю глаза.
– Мне надо на улицу с Носком.
– Ты никуда не пойдешь, – говорит Мэйсон немного удивленно. – Я схожу.
Джун как-то странно смотрит на него краем глаза.
– А я уложу Энди в постель.
Но когда она начинает двигаться в мою сторону, Мэйсон выбрасывает руку вперед, хватает ее и тянет назад к себе.
– Ну-ну, котенок. Тебе лучше пойти со мной и с собакой, тогда я посажу тебя в такси, чтобы ты благополучно добралась до общежития. К тому же я могу сам отвезти тебя.
– Мечтай дальше, – отвечает она.
Тем временем Купер встает передо мной и ловит мои руки. Он мягко помогает мне встать, и это очень кстати, потому что я чувствую себя сидящей на карусели, которая никак не перестанет вращаться.
– Ой-ой, – охаю я. – Слишком резко.
– Хорошо, я беру собаку, – сдается Джун и через минуту возвращается из моей комнаты с Носком на руках, который, должно быть, лежал у меня на диване, пока я все еще пытаюсь поймать равновесие. Но это оказывается совсем не так просто…
20
Энди – не единственная, кому вино ударило в голову, однако, в противоположность ей, я могу твердо стоять на ногах, а не трястись, как лист на ветру, и по-прежнему нахожусь в состоянии выговаривать членораздельные фразы.
С подгибающимися коленками она стоит передо мной, пока я поддерживаю ее за руки, чтобы она могла немного прийти в себя. Мэйсон вместе с Джун только что вышли из квартиры, чтобы выгулять Носка.
– Порядок?
– Угу, – бормочет она.
Я осторожно отпускаю ее и следую за ней по коридору, подхватывая ее за локоть каждый раз, когда ее заносит или она спотыкается. При этом Энди что-то мило лепечет про то, что не может поверить в то, что умудрилась так напиться.
Я толкаю дверь в ее комнату, включаю свет и осматриваюсь. Все как всегда, ничего не изменилось, кроме того, что теперь там стоят сумка Энди и собачья лежанка с миской.
Энди решительно направляется к дивану, хватается за ремешок, при помощи которого можно выдвинуть нижнюю часть, чтобы разложить диван для сна, и усиленно тянет за него обеими руками. При этом она наклоняется, значительно подав заднюю часть тела назад, и у меня слегка приоткрывается рот от впечатления при виде ее отчетливо обрисовавшихся ягодиц.
Ее носки скользят по полу, и она падает частично на бок, частично на колено. Дальше следует поток ругательств, и я срываюсь с места, чтобы помочь ей.
– Давай я. – С этими словами я помогаю ей подняться на ноги и жду, пока она не примет более-менее устойчивое положение, после чего раскладываю свой старый диван и расстилаю на нем шерстяное одеяло Мэйсона. – Ну вот и все.
Я оборачиваюсь и замираю, у меня перехватило дыхание. Она стянула свитер, и в данный момент усердно пытается освободить застрявшую в рукаве руку. Носки Энди положила на сумку рядом с собой. На ней осталась только майка. Тоненькая, просвечивающая майка, и я не… могу…
Свитер приземляется на пол, и она радостно вздыхает с облегчением.
– Как же тут жарко!
О, черт возьми, это точно! Правда, мне, вероятно, становится жарко несколько по другим причинам, нежели Энди.
Еще когда Мэйсон выпинал меня в гостиную, я сразу почувствовал, что этот вечер не приведет ни к чему хорошему, но сейчас однозначно настал момент, когда мне пора уходить. Энди пьяна, я, наверное, немного тоже и не знаю, насколько сдержанным и разумным я могу оставаться. Здесь и сейчас. Когда она так близко.
– Большое спасибо, – шепчет она. – Думаю, мне надо сходить умыться.
Очень мило, что она полагает, что способна сделать это в нынешнем состоянии. Однако, вместо того чтобы направиться к двери, она идет прямиком ко мне и останавливается вплотную ко мне так внезапно, что на мгновение я перестаю дышать. Я наблюдаю за тем, как она закусывает нижнюю губу, при этом ни на секунду не сводя с меня взгляда.
Через миг колебания ее нежные пальцы опускаются мне на грудь, и желание накрывает меня, несмотря на то что я думал, что могу неплохо держать его под контролем. Я думал, что могу подавлять его. Но каждый раз, когда я вижу Энди, оно начинает рваться из своей клетки наружу, и сейчас оно вот-вот сможет окончательно вырваться.
Я продолжаю смотреть на нее, в то время как мои руки сами собой ложатся ей на талию, и я не могу понять, должен ли просто держать ее, притянуть к себе или оттолкнуть прочь. Господи!
Мое дыхание ускоряется.
Энди задумчиво наблюдает за мной, приподнимается на цыпочки и все больше и больше прижимается ко мне, а я чувствую, как в груди поднимается легкая паника. Паника, любопытство, волнение. Черт, черт, черт!
– Энди, – хрипло шепчу я, – что ты делаешь?
– Я думаю, это мы сейчас узнаем.
Ее губы касаются моих, крайне нежно, и это так мучительно, что я… делаю свой выбор. Гори оно все огнем!
Я страстно прижимаю Энди к себе и целую ее. И это так здорово! Нет, даже лучше… Когда ее руки скользят по моей рубашке к плечам и ложатся сзади мне на шею, я уже не могу ясно мыслить. Я притягиваю ее еще ближе к себе, кладу ладонь ей на лицо, потом опускаюсь к шее и провожу большим пальцем по линии подбородка. Я чувствую, что она немного дрожит, я чувствую ее мягкую кожу, и мне хочется надеяться, что этот момент никогда не закончится.
Энди не просто открыла эту дверь во мне, она с размаху сорвала ее с петель, и теперь на меня обрушился поток всех тех эмоций, которые я так не хотел впускать. В этот самый момент жалкие остатки моего самообладания находятся в ее хрупких руках.
Играя с ее языком, я теряюсь в этом поцелуе, пока Энди запускает свои пальцы мне в волосы, и мое возбуждение растет все сильнее и сильнее. Эта девушка станет моей погибелью. И тем не менее: все происходящее кажется таким правильным и естественным. Как я мог сопротивляться этому? Уже не помню.
Энди сладкая и мягкая, от нее пахнет вином и…
Я немедленно напрягаюсь, открываю глаза и резко отпускаю Энди, которая теряет равновесие, застигнутая врасплох этим внезапным отстранением. Я быстро вытягиваю руку, осторожно ловлю ее, пока она не перестает падать, и затем отступаю. Увеличиваю расстояние между нами как можно больше. Энди выглядит немного смущенной, растерянной, она озадаченно проводит кончиками пальцев по своим губам, и я мысленно все проклинаю. Она вопросительно смотрит на меня, но больше не приближается. А я? Я со всей силой бросаюсь к двери, запирая на ходу свое желание глубоко внутри себя и вытаскивая оттуда Энди. Так будет лучше.
Черт возьми! Она пьяна и сейчас сама не своя.
Я не должен был позволять себе этого. Допускать это.
Она непонимающе морщит лоб и смотрит на меня, полагаю, в ожидании объяснений, пока я просто стою, пытаясь подавить дрожь во всем теле.
– Ты должна лечь спать. Спокойной ночи, – говорю я резче, чем собирался, но во мне бушует буря, которая не хочет уходить, ураган, который свирепствует дико и яростно и рушит все на своем пути.
Я стремительно покидаю ее комнату, и в тот момент, когда я хочу зайти в свою, из-за угла выбегает Носок с высунутым языком и шествует мимо меня к Энди, дверь ее комнаты только что захлопнулась. Я ясно это слышал.
За ним следует Мэйсон, который улыбается чуть ли не блаженно. В данный момент я хочу все что угодно, но только не разговаривать с ним.