АВ Романов – Музы светлого Дома изящной словесности (страница 7)

– Я не могу выбрать платье, – пожаловалась Серафима.

– А там вот… пришла… – начала объяснять Аделаида, но вдруг осеклась, уставившись на Серафиму округлившимися глазами.

Учитывая то, что глаза Аделаиды и так были достаточно большие и круглые, эффект получился…

– Ты чего? – испугалась Серафима. – Со мной что-то не так?

– Вы… ты… – бормотала Аделаида. – Вы надели колготы? На самом деле? Не жмут?!

И она почти обвиняюще ткнула указательным пальцем в Серафиму.

– Нормально, – пробормотала Серафима. – А что?

– Девочки говорили, – прошептала Аделаида, – что колготы везде жмут! Что их невозможно носить! Что чулки удобней!

– Девочкам, может быть, и жмут! – рассердилась Серафима. – А мне удобно. Кто там пришёл?

– А-а-а, – Аделаида переключилась на деловой тон. – Там Гуагурова со своими диорамами. Закончила очередную. Пришла союз продлять. С ней Музико-сан. Что им сказать? Вы скоро?

– Аделаида, – укорила её Серафима, – она пишет литдорамы! Между прочим, очень популярные. Когда ты это запомнишь?

– Да знаю я, – отмахнулась Аделаида, – дорамы, панорамы… Что ей сказать?

– Позови-ка её сюда, – попросила Серафима. – Она женщина современная. Подскажет: какое мне платье выбрать.

– Легко! – сказала Аделаида и, уже уходя, недоверчиво прошептала. – Значит, нигде не жмут…

Маленькая и шустрая, как обезьянка, Гуагурова материализовалась в гардеробной, окинула любопытным взглядом бардак, устроенный Серафимой, и завистливо присвистнула:

– Кучеряво живёте, Серафима Андреевна!

– Не жалуемся, – подтвердила Серафима. – Помогите мне, пожалуйста, выбрать платье из вашего времени для важного мероприятия. Такое, чтобы я была в нём привлекательной.

– Да вас во что ни наряди… – задумчиво проговорила писательница, разглядывая то Серафиму, то развешенные наряды. – Причёску менять не надо… Многое бы я отдала за такие же кудряшки.

Серафима посмотрела на писательницу. Её короткие жидкие волосы, действительно, выглядели жалко и тускло.

– Цель мероприятия? – уточнила Гуагурова.

– Свидание с мужчиной, – смутилась Серафима.

– Ага! – торжествующе воскликнула литдорамщица и моментально ткнула пальцем в тёмное платье с умеренно яркими крупными цветами (поясок, бант-воротник, рукав одна четверть, длина юбки ровно до середины колена). – Вот это будет смотреться на вас идеально.

– Не слишком простенькое? – засомневалась Серафима.

– Не-е, – авторитетно заявила Гуагурова, – изящная простота, высший шик, про лейбл вообще молчу.

– Ну ладно, – согласилась Серафима. – Пусть будет оно.

– Только лифчик чёрный надень, – посоветовала писательница. – И бельё я бы тебе рекомендовала сменить. Или ты собираешься его демонстрировать?

– Нет! – испугалась Серафима. – Это невозможно.

– Я тоже всегда на это надеюсь, – серьёзно сказала Гуагурова. – Но каждый раз всё происходит наоборот. Мужики… они не обращают внимание на красоту, они норовят всё с тебя снять. И это правильно. Я тебе честно скажу, Серафима, если найдёшь мужика, который в состоянии оценить красоту женских трусов, – беги от такого чёртового эстета со всех ног…

Серафима вздрогнула на словах «чёртов эстет».

– В мужиках, – продолжала поучать Гуагурова, – в них другое главное. А бельё лучше натуральное носить. Бельё должно быть удобным. Уж у тебя-то, как вижу, есть из чего выбрать!

Серафима суетливо начала перебирать указанные предметы гардероба.

– Вот это! – уверено тыкала Гуагурова. – И вот это ещё… Вот эти туфельки. Ещё обязательно нужна сумочка… Цепочка, лучше золото. Серёжки неброские…

«Про сумочку я и без тебя догадалась!» – почему-то с возмущением подумала Серафима.

Переодеваться она ушла за ширму, которая то ли всегда была здесь, то ли незаметно возникла специально для Серафимы.

– Какая прелесть! – воскликнула Гуагурова, заметив этот предмет интерьера. – Роспись по шёлку, да? Подлинная? Я посмотрю, ладно?

И она чуть ли не носом уткнулась в одну из панелей ширмы.

Переодевшись, Серафима почувствовала себя как-то иначе. Уверенней. Современней. «Словно я стала маленьким тропическим ураганом…» – вспомнились ей слова Вита. И потом, уже перед зеркалом, наводя последние штрихи на губы, брови, ресницы, она вспомнила эти слова ещё раз, подумала: «Да, это про меня. Хочу быть такой!».

В главной комнате Приёмной творца маленькая, ещё ниже своей авторши, Муза Гуагуровой педантично-аккуратная Музико-сан, с выбеленным лицом, одетая в традиционную японскую одежду, что-то оживлённо обсуждала с Аделаидой. Увидев Серафиму, она радостно улыбнулась и почтительно наклонила голову.

– Рада тебя видеть, Музико! – помахала ей Серафима.

Гуагурова, выходя из гардеробной последней, стала невольной свидетельницей того, как разбросанные вещи сами собой убираются в свои ящички или исчезают, как, например, платья со стен. Едва женщины покинули гардеробную, в неё вернулся идеальный порядок. Эффект от увиденного произвёл на писательницу сильное впечатление. Она с большим интересом уставилась на платье Серафимы и, показывая то на него, то на дверь гардеробной, запинаясь, спросила:

– Серьёзно тут у вас всё! А-а-а вот если мужика так нарядить, а потом – фи-и-ить! – это возможно?

Серафима поняла её мысль, улыбнулась.

– Конфуз! – мечтательно прошептала Гуагурова.

– Пойдёмте! – распорядилась Серафима. – Извините, что заставила ждать.

Когда Вит увидел вернувшуюся Серафиму, он вздрогнул, улыбнулся, хотел что-то сказать, но, заметив входящих следом Гуагурову и Музико-сан, тут же с деловым видом уставился в свои записи. Но Серафима уже прочитала в его глазах всё, на что надеялась.

– Вы подготовили заявление на продление союза? – торжественно спросила она.

– Нет, – небрежно ответила писательница. – Музико-сан сейчас напишет…

Гуагурова, войдя в комнату, взглянула на Волкова с любопытством, но, видя, что он занят бумагами, отвернулась, задумалась, вспомнила что-то, повернулась, сделала шаг в его направлении.

– Я вас где-то видела, – сказала она, привлекая его внимание. – У вас запоминающееся лицо. Мужественное. Серьёзное.

Вит неопределённо пожал плечами.

– Точно-точно. Видела, – бормотала Гуагурова.

Серафиме не понравилось, что она заговорила с Волковым.

– Вы уже придумали сюжет для новой книги? – спросила она.

– Да? Что?.. Конечно, примерный план у нас есть. Будем продолжать приключения нашей героини, муж которой теперь…

Гуагурова осеклась.

– Точно! – воскликнула она, опять обращаясь к Виту. – Вы были в друзьях у вашей жены! Там я и видела ваше лицо. У вас на аватарке в социальных сетях фотография?

– Да, – растерялся Вит. – Но с женой я давно развёлся.

Он посмотрел на Серафиму виновато.

– Я вот тоже сразу подумала, что эта стервоза такого мужика не достойна! – заявила Гуагурова. – Правильно сделали. Нет, профессионал она отменный, но претензий у неё по жизни…

– Моя жена раскручивает книги, – пояснил Вит. – Раскручивала. Вас она, наверное, тоже раскручивала?

– Инга! – Гуагурова протянула руку. – Инга Гуагурова, автор сетевой прозы. Литдорамы, сериалы, современная проза, восточная философия.

– Вениамин. Можно просто Вит.

А далее он задумался.

– Хвостом заметая следы?.. – нерешительно спросил он.

– Что? – удивилась писательница, но потом сообразила. – А-а-а, да. Было у меня такое название. Оказалось неудачным, я его заменила. Ого, вы меня даже вспомнили…