Аурелия Шедоу – Смех сквозь когти (страница 9)
У костра
Костер трещал, выплевывая в ночь искры, которые танцевали в такт шепоту ветра. Пламя лизало сухие ветви, отбрасывая дрожащие тени на стены руин, будто древние камни оживали, чтобы подсмотреть за этой странной парой. Рейден сидел, сгорбившись над кинжалом, его пальцы методично водили точильным камнем по лезвию. Ритмичный скрежет металла сливался с песней цикад, создавая гипнотическую мелодию. Его профиль, освещённый алым светом, казался высеченным из мрамора – совершенным и неприступным.
Лира вышла из тьмы, завернувшись в его плащ, который болтался на ней, как на ребёнке, попавшем в доспехи великана. Её собственные одежды, развешанные на ветке, походили на тряпки после битвы с грязью и магией. Влажные волосы, собранные в беспорядочный пучок, блестели в огненном свете, словно усыпанные мельчайшими рубинами. Она поймала его взгляд – быстрый, как укол иглы, – прежде чем он вернулся к кинжалу, будто лезвие требовало всей его сосредоточенности.
– Завтра начнём с преобразования энергии, – он произнёс слишком резко, будто слова были шипами, которые нужно выплюнуть. – И научишься не орать, как сова в грозу, при каждом всплеске магии.
– Обещаю, буду орать только от восторга, – Лира плюхнулась рядом, протягивая руки к огню. Пальцы её дрожали – то ли от усталости, то ли от странного напряжения, витавшего между ними. – Или, когда увижу, как ты пытаешься улыбнуться. Это же внезапно смертельно опасно, да?
Костер потрескивал, отбрасывая танцующие тени на камни, а запах жареных ягод смешивался с дымом, создавая уютное марево. Рейден сидел напротив, его обычно ледяной взгляд смягчился в свете пламени. Лира, поджав ноги, ловила краем глаза, как огонь играет в его волосах, превращая серебряные пряди в жидкое золото.
– Держи, – он внезапно протянул ей кусочек вяленой морошки, избегая прямого взгляда. – Чтобы не крякала, как раненая утка.
Лира приняла угощение, их пальцы едва коснулись. Искра пробежала по коже, но она тут же заглушила её шуткой:
– Это что, рыцарский жест? Или ты боишься, что я съем твой плащ? Говорила же – он слишком пахнет болотом для моего изысканного вкуса.
Рейден фыркнул, но уголки его губ дрогнули – почти улыбка.
– Плащ переживёт. А вот если ты рухнешь в обморок от голода, Каин решит, что я ненадёжный учитель.
– Ой, – она притворно ахнула, откусывая ягоду. – Ты переживаешь о своей репутации? Мистер «Ледяное Сердце» заботится, что о нём подумают?
Он не ответил, но его рука невольно поправила плащ у её ног. Тень-пантера, словно чувствуя настроение, устроилась между ними, положив массивную голову Лире на колени. Та замерла, осторожно проведя пальцами по призрачной шерсти.
– Кажется, твоя вторая половинка меня одобряет, – прошептала Лира, чувствуя, как вибрация мурлыканья разливается теплом по телу.
– Она… ценит тех, кто не боится быть смешным, – Рейден уставился в огонь, но его голос потерял привычную жёсткость. – И тех, кто заставляет её смеяться.
Лира неожиданно заметила, как близко они сидят. Достаточно протянуть руку – и можно коснуться его ладони, спрятанной в складках одежды.
– Спасибо, – сказала она вдруг серьёзно, ловя его взгляд. – Не только за ягоду. За… всё.
Он замер, будто её слова затронули что-то глубоко спрятанное.
– Не благодари. Если бы ты была обычной ученицей, я бы давно бросил тебя волкам.
– Значит, я необычная? – она склонила голову, играя с бликами огня в его глазах.
– Ты… – он запнулся, впервые за вечер потеряв дар речи. – Ты разрушаешь все правила.
Тень-пантера потянулась, толкнув мордой его руку. Рейден, словно против воли, протянул ладонь, чтобы почесать её за ухом. Лира не удержалась – накрыла его руку своей.
– Может, правила и не нужны? – её голос звучал тише шелеста листьев.
Он не отнял руку. Костер трещал, ягоды пахли сладким дымом, а между ними, в этом хрупком затишье, рождалось что-то новое. Не болотная сырость, не страх. Тепло. Как первый луч солнца после долгой зимы.
– Возможно, – наконец произнёс он, и это слово прозвучало как обещание.
Тень-пантера замурлыкала громче, а вдали, за пределами света костра, луна улыбалась, прячась за облаками.
Глава 6: Смех сквозь лунные врата
Лира вздрогнула – что-то холодное и вязкое шлёпнулось ей на щёку. Сон тут же улетучился.
– Ты серьёзно?! – Лира фыркнула, сдувая тварь со щеки. Голос хрипел от сна. – Рейд! Твои болотные фанатки приняли меня за столовую!
Существо шлёпнулось на камень с звуком лопнувшего пузыря. Щупальца свернулись в обиженный комок, а задний глаз подмигнул ей ядовитым зелёным. Лира швырнула в него мокрым носком – левый, с дыркой на пятке. Тварь запищала и юркнула в щель, оставив жирный след в форме… сердечка.
– Ну конечно, – Лира вытерла слизь о плащ. – Даже слизни здесь сентиментальные идиоты.
Рейден не шевельнулся. Сидел, сгорбившись над картой, похожей на кусок старой кожи. Его пальцы водили по шрамам-линиям – вот здесь граница волков, тут земля пантер, а это проклятое болото, где они сейчас торчали. Лира знала: когда он так водит пальцем по шраму на своём запястье (ровно такой же полумесяц, как на карте) – значит, думает о Каине.
– Если бы ели, – голос Рейдена прозвучал глухо, словно из пустой бочки, – от тебя бы только сапоги остались. Духи… – он махнул рукой в сторону трещины, – любят блестяшки. – Его взгляд скользнул по её браслету. Тот тускло пульсировал, как синяк. – Ты для них как ёлочная игрушка. Или… – он запнулся, будто слово застряло в горле, – конфетка с сюрпризом внутри.
Лира плюхнулась на корточки, поправляя сползающий плащ. Ткань пахла дымом, полынью и… чем-то ещё, что всегда витало вокруг него – как запах озона перед грозой. Она потрогала шрам на плече – бугорок от волчьего клыка. Интересно, какого цвета шерсть была у того волка? Серого? Чёрного? Как у Каина?
– Значит, я «маг-конфетка»? – Она полезла в карман, вытащила смятый лист лунного мха. Жевать эту гадость Эми научила – вместо кофе. Разжёвывала медленно. Горечь разъедала язык, оставляя привкус мокрого пепла. – Надо вписать в резюме: «Приманиваю духов. Опыт – 48 часов. Рекомендации: Рейден, профессиональный бука».
Она дёрнула флягу. Пусто. Перевернула, ловя ртом последнюю каплю. Тёплая. С привкусом ржавчины.
– Где тут ваш «Родник Вечной Свежести», а? – ткнула пальцем в паутину меж камней. В центре восседал паук. Мохнатый, с глазами, как у Каина – восемь штук, все с одинаковым выражением: «Ну что, дура, опять воды нет?» – Или будем слизывать росу? Предупреждаю – если этот мохнатый гад меня цапнет, пришпандорю его к твоему плащу вместо брошки.
Рейден резко сложил карту. Пергамент хрустнул, как сухая ветка. На мгновение Лира увидела кроваво-красный кружок вокруг трещины-полумесяца. Его пальцы дёрнулись, коснувшись шрама на запястье – точь-в-точь как на карте. Будто карта была частью его кожи.
– Севернее, – он встал. Тень за его спиной зевнула, обнажая клыки. Сегодня она казалась плотнее, почти настоящей. Шерсть переливалась болотной зеленью. – Но сначала – урок. Сегодня ты откроешь портал.
– Портал? – Лира закатила глаза, отдирая от плаща клок мха. Ткань под пальцами шевелилась, как живая. – Слушай, а если я щелчком отправлю нас в мир, где плащи вне закона? Ты там будешь как… голый король. Или новый тренд – «минимализм в одежде».
Тень-пантера фыркнула. Из ноздрей вырвался дымок, сложившийся на миг в…
– Портал – не шутка, – Рейден повернулся. Солнце брызнуло светом на его шею, высветив свежий синяк – её вчерашний укус. «Урок рукопашки» кончился тем, что она вцепилась в него зубами, как загнанный барсук. – Если Каин первым дойдёт до Врат…
– …мы станем его коллекционными фигурками. «Альфа-ворчун и его конфетка» в ассортименте, – Лира вскочила, поправляя ремень. Пряжка стукнула её по пальцу.
Рейден посмотрел на неё. В его глазах – обычно пустых, как промёрзшие озёра, – мелькнуло что-то острое. Не злость. Скорее… азарт охотника, видящего дичь.
– Постарайся не угробить нас, – сказал он. Тень-пантера хрипло заурчала, будто добавила:
6.1 Портал
Воздух, где Рейден решил провести урок, был густым от запаха влажной земли и давно не цветущих растений. Солнечные лучи, пробивавшиеся сквозь деревья, выхватывали из полумрака клубящиеся пылинки. Рейден стоял перед Лирой, его обычная насмешливая маска сменилась сосредоточенной серьезностью, граничащей с напряжением. Он медленно, почти с благоговением, провел ладонью по пустому пространству между ними.
Воздух не просто задрожал – он