В завершение предваряющего слова переводчик хотел бы выразить искреннюю благодарность Ксении Борисовне Лозовской за ценные консультации и помощь в переводе и представлении цитат из средневековой китайской поэзии, какие наш автор – человек образованный и культурный, достойный сын династии ученых-китаеведов – не забывал приводить соответственно месту и времени, даже очутившись на краю ойкумены. Всё-таки не зря уважаемый Х. называл своего друга не Ацуси, а Тон-тян, предпочитая японскому чтению его имени китайское.
Екатерина Юдина
Дневник Накадзимы Ацусси
Рукопись рассказа «Счастье»
Истории Южных островов
§ 1
Счастье
Давным-давно жил на острове один многострадальный бедолага. В тех краях никто не придерживается странного обычая считать свои годы, поэтому возраст его точно не назвать, ясно только, что был он уже не молод. Над ним вечно все потешались: мол, и волосы-то у него почти не вьются, и кончик носа не приплюснут как следует. К тому же губам его недоставало полноты, а коже – благородного черного лоска, что тоже не добавляло привлекательности. А еще он был беден: на всём острове не нашлось бы, вероятно, человека беднее. Среди палаусцев особо ценятся похожие на магатамы бусины под названием «удоуд» – они используются как деньги; но у того бедолаги ни одной такой бусины, разумеется, не водилось. А раз так, то шансов обзавестись женой – заполучив ее, в конце концов, хотя бы с помощью богатств – не оставалось совсем никаких. И ютился он один-одинешенек в углу сарайчика при доме верховного рубака, у которого трудился как самый низкий прислужник. Какая ни находилась в доме черная работа – всю поручали ему. На острове, где обитали сплошь лодыри да лежебоки, у него одного не находилось времени для безделья. Просыпался он раньше утренних птах, наполняющих щебетом мангровые заросли, и шел ловить рыбу. Однажды ранил бискангом гигантского осьминога, а тот прицепился к его животу и груди, от чего всё тело раздуло. В другой раз за ним погналась огромная черна [8], и он едва успел спастись, забравшись в каноэ. А еще ему как-то защемило ногу огромными, точно лохани, створками тридакны [9]. В полдень, когда все прочие жители острова подремывали в тени деревьев или под крышами застеленных бамбуком жилищ, он один разрывался между таким множеством дел, что голова шла кругом: дом вычистить, сарай поставить, пальмовый мед собрать, кокосовые веревки свить, кровлю уложить, да еще разные вещи для дома смастерить. По коже его постоянно струился пот: он ходил мокрый, точно полевая мышь после шквального ливня. И в одиночку выполнял любую работу, от и до – кроме разве что ухода за месеи, испокон веков считавшегося женским занятием. Когда солнце погружалось на западе в море, а у верхушек высоких хлебных деревьев начинали кружить большие летучие мыши, ему наконец выдавали охвостья кукау и рыбью требуху, какой впору кормить кошек и собак. После чего он, совершенно обессиленный, падал на твердый бамбуковый пол и засыпал – мо бад, как говорят палаусцы, что буквально означает «становиться как камень».
Конец ознакомительного фрагмента.
Текст предоставлен ООО «Литрес».
Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.
Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.
