Атаман Вагари – Миражи (страница 11)

Вожатые повели нас на Большой Сбор, как тут называлось это мероприятие. Они сказали, что там произойдёт знакомство с директором лагеря, господином Гора. Он нам расскажет информацию про распорядок дня и правила, которые необходимо соблюдать на территории. Я ожидала выслушать набор стандартных правил: не курить, не употреблять алкоголь, вставать в шесть утра, делать зарядку и выполнять все распоряжения вожатых. Мне было интересно – угадала ли я с предположениями или нет. На общий сбор я шла со спортивным азартом. А ещё интересно повидать там наших мальчишек, узнать, как освоение и адаптация протекали у них.

8. Большой Сбор

До места Большого Сбора оказалось прилично топать. Я засекла время, прикинула нашу скорость, умножила в уме и получила расстояние почти в полтора километра. Извилистая тропка, по которой мы шли от женского лагеря, привела на живописную лесную поляну, где мы ещё издали увидели строившиеся отряды мальчиков. Многие девочки тут же принялись расправлять волосы, кто-то достал карманное зеркальце и попытался на ходу подкрасить ресницы. Оно и понятно, все тут в таком пубертатном возрасте, когда отношения с противоположным полом выходят на первый план и затмевают собой всё, что интересовало раньше. Наверное, я ещё пребывала в глубоком детстве, потому что меня такие отношения нисколько не интересовали.

Рома, Пола и Пита мы заметили сразу. Их невозможно не заметить: высокие и тренированные Пол и Ром выглядели солиднее и взрослее многих ребят, а Пит гармонично вписывался в их компанию, со стороны он тоже производил впечатление уверенного себе и рассудительного молодого человека, коим по сути являлся. Госпожа Эббс и госпожа Бани построили нас так, что у нас не было возможности подойти к мальчишкам. Их шеренги стояли на другой стороне поляны. Да, нас выстроили так, будто мы войной пойдём стенка на стенку.

Среди всех присутствующих ребят, которых больше пятидесяти, царила интригующая тишина. При госпоже Эббс никто из девчонок не решался заняться болтовнёй, а все попытки мальчишек проронить хоть слово пресекали эти самые противные Паккинс и Гипкинс (или Рипкинс, если опустить картавость госпожи Бани). Все чего-то ждали, и ожидание было загадочным и торжественным.

Тут, словно по волшебству, с правой стороны за зарослями леса показалось движение, мы увидели, что сюда кто-то шёл в ярком красно-жёлтом костюме. Пока этот человек с самым невозмутимым видом, гордо задрав голову, направлялся к середине площадки, я внимательно разглядывала его, уже поняв, кто он такой.

Человек среднего роста, упитанный, поджарый, с выпирающим вперёд пузом, но с ровной и даже гибко прогнутой назад осанкой, что свидетельствовало о его хорошей физической подготовке, несмотря на склонность к полноте. Он всем видом производил впечатление этакого плотного атлета, толстяка-силача. И одновременно с этим казался похожим на менестреля из сказок: образ довершали длинные тёмные волосы с проседью, собранные в густой распушившийся хвост, и большие густые усы. Лицо его само дружелюбие и расположение, и от него веяло неприкрытым обаянием и доброжелательностью. Такой человек, появившись где бы то ни было, сразу обращал на себя внимание, даже если бы на нём не одет столь яркий костюм. Походка его быстрая и энергичная, одной рукой он размахивал, идя к центру аудитории широким шагом, а другой держал под мышкой жёлтую папочку. На груди его болтался сигнальный свисток. Когда он дошёл до середины, и остановился, он приложил свисток к губам и издал оглушительный звук, который напоминал переливную трель диковинной птицы.

– С моим свистком вам предстояло познакомиться быстрее, чем со мной, – отсвистев, он оглядел нас всех, и весело начал говорить громким, глубоким голосом, чуть с хрипотцой. Я подумала, что он курит, и мне увиделось, что непременно трубку. – В этом есть свой знак и свой символ. Отныне, заслышав этот свист здесь, на Ночном Острове, вы будете знать: господин Гора идёт за вами, господин Гора видит вас, господин Гора слышит вас. Да, кстати, господин Гора – это я и есть!

Продекламировав этот оптимистичный монолог, Гора трижды поклонился, как искусный актёр. К моему удивлению, все присутствующие здесь вожатые смотрели на него с неприкрытым благоговением, и тут же зааплодировали.

– Хлопайте, хлопайте, – прошипела на нас госпожа Эббс.

Джейн, Эллен, я и другие девчонки поддержали господина Гора аплодисментами. Мальчишки тоже зааплодировали. Мой взгляд упал на Марию, совершенно случайно. Я увидела, что Мария не аплодирует. А ещё вместе с этим я увидела, как на неё с неприкрытой враждебностью смотрит госпожа Эббс. Но это только моментальное замечание, потому что господин Гора, снова громко и выразительно заговорив, завладел безраздельно всем моим вниманием, и не только моим. Он очень хорошо умел выступать на публике.

– Являясь директором этого лагеря, я искренне рад вас приветствовать в Тессаменсе. Тессаменс – рай приключений, и это самое правильное место, куда вы попали. А это значит, что вы самые правильные люди, которые оказались в нужном месте и в нужное время. За это я вас уважаю и обожаю, друзья мои!

Толстяк Гора широко улыбнулся и поаплодировал всем нам. Он проделал это столь изящно, что ни у кого не возникло мысли засмеяться, наоборот, все заворожено смотрели на него.

– Я собрал здесь вас на общем сборе, чтобы вы посмотрели на меня, а я посмотрел на вас. Не буду сегодня долго вас отвлекать, уверен, что мы ещё познакомимся подробнее во время наших совместных увлекательных занятий, которыми насыщенна программа лагеря. Нам с вами предстоит провести десять дней и ночей, и поэтому я предпочёл бы договориться с вами о ряде правил. Если вы намерены их соблюдать, я гарантирую, что ваше пребывание в Тессаменсе будет счастливым, безопасным и наполненным радостью.

Господин Гора сделал паузу. Я получила возможность убедиться в правильности своих предположений. Сейчас он скажет – не пить, не курить, не сквернословить, спать в девять вечера, вставать в пять утра и так далее. Но вместо этого были оглашены совсем другие вещи.

– Правила очень простые. Их всего четыре, и запомнить их будет очень легко. Наш лагерь подразделяется на две больших зоны: зону мальчиков и зону девочек. Есть ещё третья зона, нейтральная – это поляна, на которой мы с вами сейчас находимся. Здесь – зона коммуникаций, обмена опытом, здесь будут даваться и получаться разные задания. Эти три зоны, зона мальчиков, девочек и нейтральная, огорожены зелёным забором. Правило номер один гласит: нельзя заходить за этот забор.

Директор посмотрел на всех. Все вроде всё уяснили, никто не думал задавать вопросы. Кроме Рома, который спросил в самый последний момент, когда Гора уже был готов открыть рот, чтобы огласить второе правило:

– Как далеко простирается территория?

– Вам точно хватит, молодой человек, – господин Гора, прищурив один глаз, многозначительно поглядел на нашего агента 004.

Тогда Пит спросил, поддержав товарища:

– Что находится за территорией?

– Дикая зона, – кивнул директор. – Или четвёртая зона. Лес. Скалы. Ущелья. В которые можно провалиться, и не услышать моего свистка. Надеюсь, не будет желающих задать вопросы, почему туда нельзя ходить? Нет? Хорошо.

Несколько ребят недоумённо переглянулись между собой. Я отметила – вот и тайна. На острове есть что скрывать – вот отсюда и правила – «туда нельзя, сюда нельзя». Заинтригованная, я продолжила слушать господина Гора. Конечно же, почти против моей воли и воспитания послушной девочки у меня затеребила мыслишка проверить и исследовать, пусть даже тайком, что находится за территорией зелёного забора. Что ещё раз подтвердило правильность поговорки «Запретный плод сладок». Да что там поговорки – аксиомы! Я ведь как-никак подросток, а у всех подростков – пытливый ум и жажда приключений.

– Правило два: это очень серьёзное правило, и, вероятно, одно из тех, что многие ожидали услышать. Звучит оно как правило комендантского часа. Нельзя находиться на улице позже одиннадцати вечера. Двадцать три ноль-ноль – это рубеж, линия, точка, за которую заходить нельзя. Точнее, выходить нельзя. Из своих домиков. Предваряя ваши вопросы, отвечу сразу: вы можете и не спать после одиннадцати. Можете бодрствовать. Но главное – к одиннадцати вечера вы все и ваши соседи, а также ваши все друзья, с которыми вы сюда приехали, должны обязательно находиться в помещении. В домиках. Либо в зоне кухни, если уж вы хотите провести ночь не в домиках. Либо в домиках ваших товарищей, если вы хотите погостить у них. Но ни в коем случае не на улице. Поняли меня?

Усатый силач всё разъяснял подробно, разжёвывал так, будто диктовал азбуку первоклассникам.

– Мы с вами договорились? Те, кто согласен с правилом, поднимите руку, – запросил он обратную связь.

Поднялся лес рук. Когда я взглянула на этот раз на Марию, она тоже подняла руку. Не знаю, почему, но я выдохнула с облегчением. Будто я взяла на себя невольно и неосознанно шефство над этой девочкой, и меня касалось, как она себя ведёт, как реагирует. Я, Джейн и Эллен тоже, соответственно, как и наши мальчишки, подняли руки. Не было никого, кто бы руку ни поднял.

– Можно вопрос? – подал голос Пол.