Ася Соболева – Луна осветит реку (страница 20)

– А по-моему, смысла нет как раз таки здесь, – сказал я, глядя на третью карту под номером одиннадцать. На мой взгляд на ней действительно была изображена бессмыслица, которую сложно понять. Посреди изображения на карте было что-то вроде гигантской прозрачной тарелки или линзы. Сверху на изображении было что-то совершенно непонятное – какие-то узоры и растекшиеся кляксы голубых, серых и зеленых оттенков. А внизу уже более ясное изображение с такими же оттенками – простой пейзаж протекающей реки, леса и гор. Еще одна важная деталь – девочка, сидящая на этой линзе сверху, там, где совершенно неясный рисунок.

– Наоборот, – возразила Алиса. – Тут четко просматривается, что хотел сказать автор этой карты. На все можно посмотреть под другим углом. По цветам мы можем догадаться, что снизу и сверху изображения одинаковые, только в верхнем они настолько сильно размыты, что мы не понимаем, что это такое, а снизу мы четко видим все детали. Явно, что смотря на верхнюю часть рисунка, девочка, как и мы, не понимает, что там такое. А смотря вниз сквозь этот стеклянный пол она может увидеть четкое изображение, понятное ее глазу. Как лупа. Человек видит слившиеся в одну линию строчку, а поднеся к ней лупу, увидит четкие буквы и слова.

В моей голове мелькнуло воспоминание. Отец сидит в своем кресле и читает какой-то текст на пергаменте сквозь лупу. Она у него была особая – серебряная рукоятка с выгравированными фигурками животных.

Отец никогда не говорил мне о проблемах со зрением, но порою я видел его, читающего тексты или книги с лупой, но не акцентировал на этом внимание, ведь бабушка читала так же.

Но почему меня никогда не интересовало, что именно отец вычитывал сквозь ту лупу? У него были старые книги и дневники, листы пергамента и свитки, и я думал, это был его некий научный интерес к политической истории, чем он, собственно, при жизни и занимался. И почему когда я подходил к отцу, он сразу откладывал эти книги и свитки в сторону, чтобы я их не видел?

Надо же, раньше я совершенно не обращал на это своего внимания. Почему-то теперь мне казалось, что это все связано. И лупа была непростой, иначе зачем человеку с хорошим зрением читать что-то с ее использованием?

– Вы о чем-то задумались? – спросила меня Алиса.

– Мне нужно домой, на юг, – уверенно ответил я. – Кажется, я догадываюсь, как могу прочитать книгу и бумажку твоей сестры. Спасибо, ты мне дала наводку. Сам я сейчас, скорее всего, не додумался бы до этого. Возьму билет на завтра, и примерно через четыре или пять дней вернусь обратно в Диврет.

Глава 16.

Умбра

Во время обеда я не могла проглотить ни куска, мой желудок нервно сжимался всякий раз, когда я вспоминала о ночном посещении Робмунов.

Оба родителя были на работе, поэтому, когда я пришла домой от Алисы, их уже не было. Все утро я терзала себя мыслями, что поступаю совершенно безрассудно, подвергая опасности себя и, возможно, своих близких. А еще я никак не могла понять причину смерти друзей.

Когда я ночью вернулась к Алисе, она сразу набросилась на меня с расспросами, и после того, как я ей все рассказала, она спросила:

– Кто тогда их убил, если Робмуны не убивают всех подряд?

У меня возникал тот же вопрос, и я не имела ни малейшего представления, что могло произойти.

– Либо твой Кас врёт, либо…не могли же Лола, Бренн и Нави быть связаны с Робмунами? – рассуждала Алиса.

– Думаешь, мы бы не заметили, если бы они действительно были с ними связаны? Хотя…я ни в чем уже не уверена.

– Думаю, мы бы точно заметили. Тут скорее дело не в них, а в Робмунах и твоем Касе, который наверняка просто навешал лапшу тебе на уши.

– Все может быть. И вообще, хватит называть Каса «моим». Я ему явно не нравлюсь, и он меня часто раздражает.

– Тогда тем более есть вероятность, что он соврал тебе. Или он просто не хотел тебя пугать, чтобы ты не убежала оттуда и не побоялась становиться Робмуном.

– На самом деле, он наоборот этого не хотел.

– В любом случае, не думаю, что Лола, Нави и Бренн по своему желанию могли бы присоединиться к ним, – уверенно сказала Алиса.

Я старалась думать так же.

Мне просто не хотелось верить, что друзья могли меня обманывать. Да такого просто не могло быть!

Особенно Нави. Он никогда ничего не скрывал от меня. Да и Лола с Бренном всегда говорили все прямо в лоб, не утаивали никаких мыслей и чувств и говорили то, что думали.

Я смотрела в тарелку супа, заставляя себя поесть. Напряжение с сегодняшней ночи не покидало мое тело, все мышцы были нервно сжаты, голова не отдыхала от сомнений и вопросов.

Сделав глубокий вдох, а потом медленный выдох, я расслабилась и успокоилась.

Нельзя все время об этом думать. Нужно чувствовать гармонию мира внутри себя, хоть иногда.

Доев суп, я собиралась пойти к себе в комнату, как вдруг позвонили в дверь.

Я никого не ждала, разве что Алиса могла прийти, но мы виделись всего несколько часов назад, так что вряд ли это была она.

С опасением я открыла дверь и увидела всего лишь почтальона. Вновь возникшее напряжение во мне резко пропало.

– Рирких Умбра? – спросил он. – Вам заказное письмо.

– Спасибо, – удивлённо приняла я конверт, на котором было мое имя получателя и одна марка в углу с волком, воющим на полную луну.

Закрыв дверь, я вернулась на кухню и открыла конверт.

«Надень что-то, в чем не будет жарко. Встречаемся в то же время, в том же месте», – гласило письмо, а внизу была подпись, которую я сразу узнала. Красивые узоры вокруг аккуратно выведенных букв я уже видела однажды, когда мы с Кассиопеем подписывали документы в тюрьме. Тогда я хорошо запомнила его подпись.

Надо отметить, сам текст письма был написан таким же невероятным почерком. Буквы слегка вытянуты и наклонены вправо, и каждая заканчивалась изящными завитками.

Интересно, мы пойдем куда-то, где будет жарко?

Весь день я позволила себе ничего не делать. То читала книжку, то пялилась в телевизор, пока не пришли родители.

– Начал происходить какой-то дурдом в городе, – сказал отец, рассказывая, как прошел его день.

– Опять Робмуны? – спросила мама.

– Нет, наверное… Надеюсь, что нет, иначе это все лишь усложнит ситуацию. Не хочу вас пугать, но на солнечных станциях какие-то перебои в работе. За всю историю таких серьезных проблем не было.

– Из-за чего это? – поинтересовалась я.

– Вот мы и пытались сегодня понять, из-за чего. Занимаемся расследованием этого, – ответил отец, как вдруг раздался звонок телефона. Он у нас был в гостиной, поэтому я, находившаяся ближе всего к выходу из кухни, пошла взять трубку.

– Привет, есть минутка поговорить? – спросила Алиса.

– Конечно. Что-то случилось?

– Тебе никогда Лола не показывала какие-нибудь необычные карты? Например, гадальные. Или просто карты с картинками.

– Нет, – с сомнением ответила я. – А что?

– У Лолы есть три странные на вид карты. А еще бумажка на непонятном древнем языке. Может ли это быть связано с Робмунами?

– Глупо связывать все таинственное и неясное нам с Робмунами, – старалась говорить я тише, чтобы родители не услышали. – Но я постараюсь узнать. А что за бумажка и язык?

– Помнишь племянника Августы? Он тоже расследует что-то, связанное с Робмунами, и у него есть целая книга на этом языке.

– И ты ему показала бумажку Алисы и ее карты? Ты уверена, что ему можно доверять?

– Мне кажется, да.

– Хорошо, – вздохнула я. – Во всяком случае, я потом гляну на эти карты и в течение недели постараюсь узнать что-то от Робмунов. И да, если что, я иду сегодня с Касом куда-то, но он не уточнил, куда именно.

– Будь осторожной и утром обязательно позвони, – попросила Алиса.

Я выполнила просьбу Каса и оделась легко. Конечно, я не надела шорты или юбку, потому что носить слишком открытую одежду девушкам ночью на Каедесе было сущим безрассудством. Штаны из зеленой легкой струящейся ткани, белая укороченная футболка и сандалии с плетенными ремешками показались мне идеальным вариантом. Волосы я скрутила в жгут и закрепила заколкой-крабиком.

Чтобы не разбудить родителей, мне пришлось снова выбираться через окно. Я специально вышла пораньше, чтобы добраться на трамвае, поскольку пешком идти слишком долго, больше часа. Еще не наступил комендантский час, он должен был начаться только через пол часа, поэтому общественный транспорт еще ходил.

На этот раз мне ждать было уже не так страшно, как вчера, но тем не менее я была заинтригована, что меня сегодня может ожидать.

В этот момент меня уже не столь окутывал страх, сколько азарт.

В полночь в эту арку пришел Кас, сам лично. Одет он был как всегда в черную водолазку и куртку с капюшоном, как и до этого.

– А тебе самому жарко не будет? – спросила с издевкой я.

– Я разденусь. Пошли.

Кас отвел меня к какой-то машине, стоявшей на улице неподалеку, в которой уже сидел Рорин. Мы сели на заднее сиденье, и Рорин приветливо сказал мне:

– Добрый вечер. Отличный вечер для посвящения в тайны ордена, не так ли?

– Ро, я сам все расскажу, – напомнил ему Кас серьезным тоном, после чего обратился ко мне: – Пока ты не Робмун, по правилам мне придется завязать тебе глаза.