Ася Соболева – Луна осветит реку (страница 14)
Давно мне никто не готовил завтрак. И в принципе еду. Единственное, что я мог съесть по утрам – пару печенек или сушек, а все из-за отсутствия аппетита. Да и остальные приемы пищи не вызывали у меня восторга или радости, приходилось заставлять себя есть. Но сейчас я действительно чувствовал голод и с радостью желал съесть то, что приготовила нам Алиса. Когда она первой попробовала то, что приготовила, кажется, сама удивилась, что было вкусно.
– Сегодня возвращается моя подруга, – сказала она. – Она…была на исправительных работах. Когда ее забрали туда, ее родители мне сообщили об этом. На самом деле, ее поймали из-за меня. Она меня тогда успокаивала после прослушиваний…
– Не вини себя, – посоветовал я ей. – Все же в порядке. Ее могли и не поймать, но я считаю, что если ее и поймали, судьба так распорядилась не просто так.
– Да, наверное, вы правы…
– Кстати, спасибо еще раз за завтрак. Очень вкусно.
Она мило улыбнулась, и в груди у меня что-то замерло.
– Просто хотела отплатить завтраком вам за доброту. Пока я готовила, обдумала все, и вы действительно правы. Не нужно мне идти в ту группу. Я найду другой способ показать миру песни моей сестры.
– Рад, что ты это поняла, – безэмоционально ответил я. Уж не знаю, заметила ли она перемену в моем настроении и появившуюся серьезность в моих глазах, но мне не нравилось, что ее судьба была мне неравнодушна.
После завтрака мы вышли на улицу, Алиса – домой, а я в библиотеку. День обещал быть ясным, но жары не было, чему я очень радовался. Мы шагали по улицам молча, пока не дошли до трамвайной остановки, где Алисе нужно было сесть на транспорт.
– Еще раз спасибо за разговор ночью, – сказала она, прощаясь. – Мне это было нужно.
– Пожалуйста, – сказал я ей. – Будь осторожна и выбирай самый благоприятный путь к исполнению своей мечты.
Она осталась на остановке, а я пошел вперед по улице, но что-то заставило меня обернуться и посмотреть на нее.
Сам не знаю, зачем я это сделал.
Дорога вела меня к библиотеке, у меня была важная задача. Я нес в рюкзаке книгу, чтобы показать ее библиотекарю и, может, попробовать найти какой-нибудь древний словарь.
В библиотеке почти не было людей, из-за чего каменные балконы и мосты между разными сторонами помещения и свисающие с них зеленые растения казались дикими.
Я подошел к библиотекарю, это была молодая девушка, раскладывавшая по полкам книги. Протянув ей открытую книгу, которую мы нашли в Ячейках Памяти, я спросил:
– Не подскажите, есть ли у вас словари с этим языком? Или другие книги на нем?
Девушка несколько секунд всматривалась в непонятные буквы в книге, после чего позвала другую работницу, старушку.
Та, увидев мою книгу, сразу побледнела в лице. Что ее могло так напугать?
Я насторожился.
– Откуда у вас эта книга? – спросила старушка.
– От родственников. Вы знаете, что это за язык?
– Молодой человек, советую вам прятать эту книгу. На нее могут охотиться. Это древний язык. Я видела его лишь однажды, когда нам показывали в Историческом Музее Каедеса несколько сохранившихся документов, которым больше тысячелетия. Язык нигде не изучают, поговаривают, это язык святых. Запрещенный людям язык, который они не могут понять. Но это лишь легенда. В библиотеке подобного нет, только в музее. Большая вероятность, что вы не поймёте это.
– Ладно, спасибо, – задумчиво сказал я, отойдя в сторону.
Появлялось еще больше вопросов. Логичное действие – пойти в музей. Главное, не привлекать к себе лишнее внимание. Если это такая редкая книга, тогда понятно, что на нее могут охотиться коллекционеры редких старинных вещей.
Или не только коллекционеры?
Я не спешил уходить из библиотеки, меня привлекало и тянуло это здание. Может потому, что оно сильно отличалось от всех других.
Был всего лишь полдень, я никуда не торопился, поэтому попросил книги с биографиями, где могла быть информация о моих родственниках.
Один из читальных залов, где я решил посидеть, находился на первом этаже. Создавалось ощущение либо будущего, либо далекого-далекого прошлого. Над залом возвышался высокий потолок до самой крыши, несколько метров над землей выступали каменные балконы.
Сами столы и стулья были из гладкого тёмного камня округлых форм. Такое я видел впервые.
Мне принесли четыре книги. В двух из них была одна и та же информация о моих предках, участвовавших в правлении Каедесом. Подробно были расписаны все их заслуги, образование, карьерный путь и семейное положение. И ничего того, что меня интересовало.
В другой книге были собраны биографии художников. Я нашел Цефея Дэллет. Что я хотел найти, я не знал, но информация меня не удивила.
Родители – Аристей и Клеона. Учился Цефей в математическом лицее, но всегда увлекался живописью. Тем не менее, строил карьеру не только как художник, но и как искусствовед. На двадцать пятом году жизни женился на девушке по имени Кристиана, а спустя четыре года у них родилась дочь Лиа. Скончался он в глубокой старости.
Внизу было небольшое дополнение в виде сноски об отце Цефея. Аристей был астрономом, известным ученым и профессором, но в двадцать два года резко прервал свою карьеру, хоть у него были большие амбиции. Сделал он это ради другого дела, какого – не уточнено. Больше о нем ни слова.
В читальном зале было не особо много людей, помимо меня лишь парень с девушкой, оба младше меня. Кажется, студенты. Они делали какое-то домашнее задание, параллельно болтая шепотом о чем-то. Краем уха я уловил их разговор:
– У нас стали чаще покупать телескопы и блокноты с чёрными листами, – сказала девушка. – И бабушка говорит, по телевизору то и дело пугают более частыми появлениями Робмунов.
– Боишься, что они к вам в магазин приходят, а вы упускаете преступников?
– Да. Им наверняка нужны телескопы, если они связаны с луной и космосом. А на чёрной бумаге удобно рисовать луну и созвездия. Но никаких признаков у покупателей, что они Робмуны…
Меня посетила глупая мысль, но сейчас самое сумасшедшее могло мне помочь в поисках. Я мог пойти в подобный магазин, дождаться покупателя, которому бы понадобились эти вещи, и проследить за ним.
Нужно было действовать, чтобы найти Робмунов. Идея отыскивать их ночью, когда совершаются убийства от их рук, дело рискованное. Патрули могут меня схватить. Тем не менее этот вариант я не исключал, а оставлял на крайний случай.
Я не заметил, как ко мне подошла старая библиотекарша с еще одной книгой.
– Тут тоже есть про Цефея Дэллет, вам может быть интересно, – сказала она.
– Спасибо, – взял я в руки книгу под названием «Искусство вечно. Шедевры Каедеса».
В оглавлении было много сочинений известных личностей о великих творениях, описание памятников, картин, книг, музыкальный произведений.
Про «Луна осветит реку» было одно сочинение искусствоведа, жившего около ста лет назад.
Он не описывал саму картину, лишь рассуждения о ней.
То, что мне нужно.
Я видел картину не один раз, но у меня таких ощущений не возникало. Однако эти слова подтверждали, что картина обладала тайной, доступной не каждому встречному.
Только зачем она понадобилась Робмунам?
Никто не знал их численность, но это было не пять и не десять человек. Где в большом охраняемом Диврете собирались Грабители Лунного Света? Было известно, что они находятся лишь в столице, в других городах их нет, разве пара человек. Поэтому искать их имело смысл лишь здесь.
Они были ходячей легендой. Про них везде ползали слухи, о их существовании знал каждый житель Каедеса, но никто их никогда не видел.
В книгах я чего-то особо важного для себя не подчеркнул, как мне показалось, поэтому пошел сдать книги и двигаться дальше.
Глава 12.
Умбра
Рисование было моим любимым занятием, но вот уже много времени я не держала в руках бумагу, карандаш и краски. Не было идей, что изобразить на бумаге, и не было желания даже притрагиваться к этим предметам.
Но что-то заставило меня этим утром взять в руки простой карандаш, ластик и новый, еще пустой блокнот, который мне подарила Алиса на прошлый день рождения.
Вчера мы созвонились с Алисой и договорились встретиться вечером. Власти Каедеса не были совсем жестокими и бесчеловечными, поэтому раз в две недели была ночь, в которую не соблюдался комендантский час, и в эту ночь работали различного рода заведения для отдыха и веселья. Поэтому мы обе определились, что нам нужно отдохнуть таким образом.