Ася Шенко – Диагноз: Любовь (страница 3)

После оформления всех бумаг и прощания с городом, который теперь вызывал лишь болезненные воспоминания, Вера собрала свои скромные пожитки. Последним, что нужно было сделать, было добраться до вокзала. Матвей предложил подвезти.

Машина тихо скользила по пустынным улицам города. За окном проплывали знакомые, но теперь чужие пейзажи – парк, где они гуляли с бабушкой, старое здание университета, куда она так и не поступила, дома, где она провела всю свою жизнь. Все казалось призрачным, нереальным.

В салоне машины царила тишина. Не та напряженная тишина, что была в больнице, а какая-то другая, наполненная невысказанными словами, скрытыми эмоциями. Вера чувствовала, как Матвей периодически бросает на нее взгляды. Она тоже смотрела на него. Его лицо, освещенное тусклым светом уличных фонарей, казалось еще более красивым, чем раньше. Он был старше ее, опытнее, успешнее. И он был так добр к ней.

-Вы уверены, что хотите этого, Вера? – наконец нарушил молчание Матвей. – Столица – это совсем другой мир. И медицина – тяжелый путь.

-Я знаю, – твердо ответила Вера. – Но я должна. Для бабушки.

Матвей кивнул, его взгляд стал более мягким.

-Я понимаю. Если вам что-нибудь понадобится… любая помощь… не стесняйтесь обращаться. У меня есть контакты в Москве.

Он протянул ей свою визитку. На карточке было его имя, должность – «Хирург», и номер телефона. Вера осторожно взяла ее, чувствуя, как ее пальцы касаются его. От его прикосновения по ее руке пробежала легкая дрожь.

-Спасибо, Матвей Сергеевич – прошептала она.

-Зовите меня Матвей», – сказал он, и в его голосе прозвучала легкая улыбка.

Вокзал встретил их пронизывающим ветром и суетой. Поезд стоял на перроне, готовый унести Веру в неизвестность. Они стояли рядом, и Вера чувствовала, как неловкость снова нарастает. Прощание казалось трудным.

-Ну вот, – сказала Вера, пытаясь придать голосу бодрость. – Приехали.

Она опустила глаза, не в силах смотреть на него. Вся эта недавняя история с бабушкой, его помощь, его забота – все это казалось таким сюрреалистичным.

-Вера…– Матвей произнес ее имя так тихо, что она едва расслышала.

Она подняла голову. Он смотрел на нее пристально, его глаза цвета грозового неба изучали ее лицо. И в этот момент что-то изменилось. Исчезла вся та неловкость, вся та дистанция. В его взгляде было что-то такое… сильное, страстное, что заставило ее сердце бешено забиться.

Он медленно, словно боясь спугнуть, протянул руку и коснулся ее щеки. Его пальцы были теплыми, но Вера почувствовала, как по всему телу пробежал холодок. Она замерла, не смея пошевелиться.

Затем, совсем неожиданно, он наклонился к ней. Его губы коснулись ее губ. Это было мягкое, нежное прикосновение, но в то же время такое глубокое, такое чувственное, что у Веры перехватило дыхание. Это был ее первый поцелуй. Первый поцелуй настоящего мужчины, который был старше, опытнее, который знал, чего хочет.

Поцелуй длился всего несколько секунд, но для Веры он растянулся на вечность. Она чувствовала его дыхание, тепло его губ, биение его сердца, которое, казалось, вторило ее собственному. Когда он отстранился, Вера стояла, как вкопанная, чувствуя, как ноги подкашиваются.

Матвей смотрел на нее, его глаза горели. -Прости, – прошептал он. – Я не мог иначе.

Он отступил на шаг, словно осознав, что перешел черту.

-Уезжай, Вера. Начни свою новую жизнь. И будь счастлива.

Он повернулся и быстрым шагом направился к своему автомобилю, оставив Веру одну на перроне, с оглушенным сердцем и первым, незабываемым прикосновением губ. Она смотрела ему вслед, чувствуя, как ее мир, который только что казался таким определенным, вновь окутывается тайной. Поцелуй Матвея был как знак. Как обещание. Или как прощание. Она не знала. Но одно она знала точно – ее жизнь уже никогда не будет прежней.

Глава 3 Город Больших Надежд

Москва встретила Веру Афанасьеву оглушительным ревом, бесконечным людским потоком и серым, низким небом, которое, казалось, давило своей монументальностью. Выйдя из вагона поезда, она на мгновение замерла на перроне, оглушенная ритмом огромного мегаполиса. После тихой, застывшей в своем горе провинции столица казалась иным измерением, где время не шло, а неслось вскачь, сметая всё на своем пути.

В руках у Веры был лишь один потертый чемодан — в нем уместилась вся её прошлая жизнь: немного одежды, любимые книги бабушки и та самая визитка Матвея, которую она сжимала в кармане пальто, словно талисман. Прикосновение его губ все еще горело на её коже, фантомное ощущение тепла и защиты, которое он подарил ей там, на перроне их маленького города. Но Вера заставила себя глубоко вдохнуть и отогнать эти мысли. Она приехала сюда не за мечтами о любви, а за тем, чтобы выполнить последнее обещание, данное самому дорогому человеку. Она должна стать врачом.

Метро показалось ей подземным лабиринтом, холодным и равнодушным. Пересадки, бесконечные эскалаторы, сотни лиц, проносящихся мимо — никто не смотрел друг другу в глаза. Вера чувствовала себя крошечной песчинкой в этом механизме, но внутри неё жил железный стержень, о котором говорил Матвей. Этот стержень не давал ей сломаться под тяжестью одиночества.

Первым делом она направилась к главному зданию медицинского университета. Величественные колонны, старинная кладка и огромные дубовые двери внушали трепет. Здесь пахло наукой, старыми книгами и тем самым специфическим госпитальным запахом, который за последние недели стал ей почти родным. Вера прошла в холл, где на огромных информационных стендах пестрели списки, графики и объявления.

Она искала расписание вступительных испытаний. Глаза бегали по строчкам: биология, химия, русский язык… Сердце замирало при мысли, что через считанные недели решится её судьба. Сможет ли она? Хватит ли ей знаний, полученных в провинциальной школе, чтобы составить конкуренцию этим уверенным в себе столичным ребятам, которые стайками стояли в коридорах, обсуждая зачеты и профессоров?

— Опять перенесли консультацию по анатомии… Да что ж за день такой! — раздался рядом звонкий, полный отчаяния девичий голос.

Вера обернулась. Рядом со стендом стояла невысокая девушка с копной рыжих кудрявых волос, выбивающихся из-под вязаной шапки. Она яростно тыкала пальцем в какую-то бумажку и выглядела так, будто готова была расплакаться.

— Извините, — осторожно обратилась к ней Вера. — Вы не знаете, это окончательное расписание для абитуриентов?

Девушка повернула голову. Её лицо, усыпанное веснушками, мгновенно сменило гневное выражение на любопытное. Она окинула Веру быстрым взглядом, задержавшись на чемодане.

— Абитуриентка? Поступать приехала? — спросила она, шмыгнув носом. — Да, это оно. Но ты лучше сфотографируй, тут каждый день что-то меняют. Я Лена, первый курс. Мученица науки.

— Вера, — представилась она, чуть улыбнувшись. Искренность новой знакомой немного разрядила обстановку.

— Слушай, Вера… — Лена вдруг замолчала, прищурилась и внимательно посмотрела на неё. — А ты где остановилась? У родственников? В гостинице?

Вера замялась.

— Честно говоря, я только с поезда. Планировала сначала узнать всё в университете, а потом искать какое-то жилье. Думала про общежитие, но не знаю, дают ли его абитуриентам так сразу.

Лена буквально подпрыгнула на месте, схватив Веру за локоть.

— Вера! Это судьба! Понимаешь, настоящая медицинская судьба! У меня катастрофа вселенского масштаба. Я снимаю комнату в паре станций отсюда, квартира маленькая, но уютная. И моя соседка, Катька… её отчислили! Представляешь? Завалила анатомию трижды! И ладно бы просто уехала, так она вчера собрала вещи и исчезла, не заплатив за следующий месяц. А хозяйка у нас — кремень. Если завтра не принесу полную сумму, я окажусь на улице вместе со своими атласами.

Вера слушала, немного ошарашенная таким напором. Всё происходило слишком быстро.

— Ты предлагаешь мне… снять комнату вместе?

— Да! — Лена умоляюще сложила руки на груди. — Комната на двоих. Мы разделим аренду пополам. Это выйдет дешевле любого приличного хостела. К тому же, я первокурсница, я тебе всё расскажу: к каким преподам подлизываться, где лучшие методички, как не сойти с ума в первую сессию. Пожалуйста, скажи «да». Ты выглядишь приличной девушкой, не то что Катька со своими бесконечными гулянками.

Вера задумалась. У неё были небольшие сбережения — всё, что бабушка откладывала «на черный день» и на её учебу. Этих денег должно было хватить на первое время, если экономить на всём. Предложение Лены казалось спасательным кругом в этом бушующем океане неизвестности. Одной в чужом городе было страшно, а Лена, хоть и была шумной, вызывала симпатию.

— А далеко от метро? — спросила Вера, уже понимая, что согласится.

— Семь минут бодрым шагом! — просияла Лена. — Квартира, конечно, не дворец, но там тепло, есть плита и старый холодильник. А главное — там тихо, можно зубрить ночами. Пойдем, я тебе её покажу! Если не понравится — я не обижусь, честно. Но, Вера, ты меня просто спасешь.

Вера посмотрела на свои руки, всё еще хранившие память о холодных ладонях бабушки, а потом на оживленное, полное жизни лицо Лены. Она поняла, что это тот самый случай, когда нужно просто шагнуть в открытую дверь.

— Хорошо, Лена. Пойдем посмотрим.