Ася Петрова – Развод. Его бывшая жена (страница 38)

— Я сразу хочу обозначить, что собираюсь вернуть жену, — начинаю, глядя прямо в глаза.

Он молчит пару секунд, а потом вдруг усмехается. Легко, как будто только что услышал смешной анекдот. Носком туфли пинает лёд у бордюра, оставляя след.

— В таком случае я тоже хотел бы обозначить, что Леру люблю. И ухаживать за ней не перестану.

Голос спокойный, но в нём звучит какая-то уверенность, от которой внутри всё сжимается. Он не переигрывает, не пафосничает — говорит честно и открыто, заявляя о своих интересах на женщину.

Вот как… Слова отдаются в голове эхом, разрываясь, будто кто-то кинул камень в спокойную воду. Впрочем, чего я ожидал? Конечно, он скажет что-то подобное. Только я не думал, что всё настолько серьёзно. Любовь. Не просто увлечение, не просто интерес, а любовь.

Смотрю на него и думаю: а Лера? Она-то что чувствует? От чего её руки дрожали в квартире — от страха перед этой встречей, от волнения за него или за меня? Или это совсем другая дрожь, та, которая появляется, когда в груди у тебя не тревога, а что-то тёплое, почти нежное?

— Максим, — голос Андрея звучит твёрдо, он обходит меня, будто не хочет оставаться за спиной. Встаёт напротив. Выдерживает паузу, чтобы я до конца понял смысл его слов. — Я считаю, что выбор всегда остаётся за женщиной. Мы с тобой сейчас ни к чему не придём. Она умная, Лера точно сделает правильный выбор.

Правильный выбор. Звучит, как будто он уверен, что этот выбор — не в мою пользу.

— Намекаешь на себя? — спрашиваю с лёгкой усмешкой, хотя внутри всё как на раскаленных углях.

— Нет, — он качает головой, лицо совершенно спокойное. — Намекаю на то, что она точно послушает саму себя. Я помогаю ей не для того, чтобы заработать очки, а просто потому, что хочу. Это не соревнование, Максим. Если она решит, что я не тот, кто ей нужен, я уйду. Лезть в чужие отношения — последнее, что мне хочется. Надеюсь, это взаимно.

Его слова бьют точно в цель. Тон — искренний, без пафоса, без попытки показать, какой он хороший. И от этого только хуже. Он действительно не врёт. А я, в глубине души, знаю: на его фоне выгляжу неважно. Потому что, в отличие от него, я уже успел её потерять. Успел сделать ей больно.

— Звучишь как благородный рыцарь, — усмехаюсь, но в голосе нет ни капли насмешки. Почему-то я действительно верю ему.

— Опять же, — повторяет он, спокойно глядя мне в глаза. — Не для очков в свою копилочку.

Он отводит взгляд, мельком поглядывает на часы. Вся его поза — будто человека, который привык все контролировать.

— Я поеду, дел еще много. И да… Хотел кое-что еще добавить, — осматривает меня с ног до головы оценивающим взглядом, — Не знаю, есть ли между тобой и бывшей, кхм, — он осекается, — Первой бывшей что-то еще, но я намерен преподать урок ей за все то, что она совершила. Думаю, ты и без меня в курсе.

— К этой дряни ничего у меня нет, — произношу резко, почти с вызовом, словно пытаюсь убедить не только его, но и себя. — Ошибка. Так бывает… Мы все совершаем ошибки.

Андрей внимательно смотрит на меня, чуть прищурившись, будто изучает каждую деталь, каждую интонацию. В его взгляде нет осуждения, только холодное понимание. Это даже раздражает больше.

— Не осуждаю и не порицаю, — отвечает он после паузы, ровно, без эмоций. — Просто констатирую факт. Ищу на неё компромат. Потом пущу в ход.

— Я тоже своих подключил, — киваю, словно мы заключаем негласный пакт. — Есть знакомые ребята.

Мы жмем друг другу руки, ловлю в окне мелькнувший силуэт. Переживала…

Он идёт к машине, не оглядываясь. Смотрю ему вслед, а внутри снова что-то скребёт. Сначала злюсь — на него, на себя, на всю эту чертову ситуацию, — а потом приходит другое. Тёплое, почти болезненное желание просто поговорить с ней. Узнать, как она. Не выяснять отношения, не упрекать. Просто… быть рядом. Хоть ненадолго.

Его машина отъезжает, красные огни гаснут за поворотом. Я провожаю её взглядом, пока не остаюсь на пустой улице, где только звенящий мороз напоминает о реальности.

После этого возвращаюсь к Лере. Давить не буду. Уже знаю, к чему это приводит. Андрей был прав. Это будет её выбор. Только её.

Однажды я уже пытался сделать выбор за неё. Передавил. И вот, что из этого вышло.

Глава 51.

— Макс, я хотела тебя попросить об одолжении, — голос дрожит, словно натянутая струна. Я упрямо смотрю в окно, избегая его взгляда, который, как я знаю, впивается в меня, прожигая до самого сердца. — Хочу с девочками поехать в отпуск. Нужно твое разрешение на Есю. Надеюсь… ты не против.

— Лерка… — он поднимается со своего места, и я краем глаза замечаю, как его лицо смягчается. Он подходит ближе, будто боится спугнуть. — А давай все вместе поедем? Это же отличная возможность побыть семьей. Девочки будут счастливы…

Его руки ложатся на мои плечи. Тёплые, тяжёлые. Словно уговаривают остаться. Я аккуратно, почти бережно, высвобождаюсь и делаю шаг назад, стараясь не смотреть ему в глаза.

— Я хочу только с дочками.

Мой голос звучит твёрже, чем я себя чувствую. Это не просьба, но и не угроза. Просто желание, в которое я цепляюсь, как утопающий за обломок корабля.

— Ладно… конечно. Я сделаю согласие, — он быстро сдается, но я вижу, как напряглись мышцы на его челюсти.

— Надеюсь, — выдавливаю, чувствуя, как горло пересыхает, — у Лолиты не нужно будет его запрашивать?

— Я решу этот вопрос.

Отворачиваюсь, открываю форточку и ловлю ртом прохладный воздух, но даже он кажется густым, вязким. Эта женщина… Она словно дым. Незримая, но везде. Я знаю, что она всё ещё где-то рядом, в его тени, на его телефоне, в его жизни.

— Реши, пожалуйста. Реши с ней вопрос уже раз и навсегда, — слова срываются с губ, обнажая трещину во мне. — Я так устала, Максим. Ты даже не представляешь…

Мой голос ломается, и я снова отворачиваюсь.

— Лер, — он делает ещё шаг ближе. Я слышу, как он вздыхает, пытаясь подобрать слова. — Я обещаю тебе. Мне нужно немного времени, и её больше не будет. Верь мне, Лер. Прошу.

Говорит тепло, даже как-то нежно, но я больше не чувствую в себе места для этих обещаний. Я пыталась верить. Снова и снова. Но эти слова звучат, как эхо, гулкое, пустое. И я знаю, что ничего не изменится.

— Скажи, что между вами?

Максим бросает этот вопрос в тишину, как камень в воду. Круги расходятся по моему сознанию, оставляя только напряжение. Это то, чего я совсем не хочу обсуждать. Но выбора у меня нет. Надо поставить точку.

— Андрей очень хороший человек, Макс, — начинаю осторожно, будто шагаю по тонкому льду. — И он много для меня сделал. Я как минимум его уважаю.

— А как максимум? — его голос становится ниже, почти шепот, но от этого он только сильнее обжигает. — Ты влюбилась, да? Лер…

Я сглатываю ком, застрявший в горле. Опускаю глаза, чтобы не видеть, как меняется его лицо.

— Это всё не имеет значения, Максим. Понимаешь… — я закрываю лицо руками. Ладони горячие, а кожа будто пылает. — Дело не в Андрее. А в нас, Максим.

Слова вырываются из меня с резкостью. Я смотрю в стену перед собой, будто пытаюсь найти там ответы.

— Я не уверена, что могу снова пустить тебя в свою жизнь. Слишком много "но" между нами. Я пыталась себя убедить, что всё ради девочек. Что когда-то я сильно любила тебя… И, честно, где-то в глубине души всё ещё люблю. Но… этого больше недостаточно. Я выросла из этих отношений.

— Лер, я без тебя не могу, — Максим делает шаг ближе, его голос срывается, как пружина.

— Это неправда. Ты всё это время мог без меня.

— И что это за жизнь была? — он смотрит на меня, как человек, у которого только что отобрали последнюю надежду. Голос ломается. — Не руби. Давай попробуем. Я клянусь, это будут самые счастливые отношения, я всё для этого сделаю.

— Я не хочу! — мой голос вырывается неожиданно громко, глухо отдаётся в стенах. — Не хочу отношений!

Слова рвутся наружу, словно из старой раны, которую вновь сорвали.

— Я хочу быть со своими детьми и не ждать, что в очередной раз мне разобьют сердце. Да, Аксенов, я разучилась доверять. И, наверное, пройдёт много времени, прежде чем я снова смогу. Но давать тебе шанс, заведомо зная, что как только мы ляжем в постель, я вновь буду видеть лицо этой… — я замолкаю, срывая дыхание. Пальцы дрожат.

Закрываю глаза, стараясь успокоиться, глубоко вдыхаю.

— Прости меня. Ничего не выйдет. Не сейчас точно.

Молчание густеет, как туман, пока я не добавляю тише:

— Но я хочу, чтобы ты был папой Софы. Я была неправа, когда лишила тебя отцовства. Она нуждается в тебе, а ты — в ней.

— Только тебе я не нужен, да? — голос сухой, будто ему сейчас не хватает воздуха.

— Мне никто, кроме детей, не нужен, — отвечаю устало, чувствуя, как силы уходят вместе с этими словами.

Глава 52. Андрей

Я долго искал Лолу. Её имя исчезло из всех привычных мест, где она обычно появлялась. Телефон молчал, а её следы в социальных сетях оборвались, как будто она намеренно решила скрыться. Но я был настойчив. В конце концов, нашёл её через одного из старых общих знакомых, который сообщил, что она часто бывает в небольшом кафе на окраине города.

Я стою у двери, чувствуя, как напряжение внутри растёт. Вдох-выдох. Внутренний голос твердит: "Ты должен это сделать".