Ася Петрова – Развод. Его бывшая жена (страница 24)

— Пап! — она складывает руки на груди, закрываясь от меня, — Нет у меня никого, слышишь? Я была у мамы, играла с мелкой! Отстань от меня!

Она залетает внутрь своей комнаты, хлопает дверью перед моим носом, а я утыкаюсь лбом в деревянную поверхность, где наклеен большой плакат с надписью “Запрещено входить”. Надпись обведена в красный круг, как знак стопа.

И я, конечно, не позволяю себе нарушить пространство подростка. Тем более деовчки. Будет много обид, ругани, а знаю Есю, она еще и убежать из дома может.

Устало падаю на диван, кручу в руке смартфон, долго решаюсь, позвонить ей или нет. А если номер поменяла? Если просто не возьмет трубку?

Много “если” между нами… Но дочь важнее, поэтому все же набираю номер Лерки. По иронии судьбы, она все еще записана в контактах, как жена.

Берет трубку не с первого раза, но я настойчиво пытаюсь дозвониться. Убеждаю себя, что все это ради дочери, но внутри клокочет мысль, что на самом деле голос услышать ее хочу. Просто поболтать с ней. Спросить как дела, как поживает ее ребенок, как муж. Последнее особенно узнать хочу.

Знаю, что они счастливы, что родила от него. Лерка хоть и любит Есю как свою, но всегда мечтала о ребенке, мы много об этом говорили во время брака, много и часто обсуждали. Если мальчик родится, то назвали бы его Кирилл, если девочка, то София.

— Максим? — она без приветствия отвечает. Слышу удивление в ее голосе. Конечно, последний раз я звонил ей с этого номера около трех лет назад. Словно это было в другой жизни.

— Лера, привет. Как твои дела?

— Хорошо, спасибо. Ты для этого звонишь?

— Нет, — прикрываю глаза, откидываясь на спинку дивана, изгиб шеи удобно устраивается на мягкой поверхности. Сердце активнее качает кровь, бьется со всей силы, мне даже кажется, что Лера слышит его стук, — Скажи, а Еся у тебя была сегодня?

— Да, у меня. Прости, что поздно ее отпустила, но Андрей ее довез в целости и сохранности.

Говорит без заминки, не врет. Мои губы кривятся в усмешке. Значит дочь все-таки сказала правду, а я просто параноик, который накручивает себя.

— Все в порядке? — снова ее нежный голос на том конце, — Еся дома?

— Дома. Думал, что врет.

— Почему ты так думаешь, Максим? У нас взрослая, ответственная дочь. Разве она давала повод усомниться в этом?

У нас… В тот то и дело, Лерка, что у нас. Только нас больше нет, тебя рядом нет. Я все испортил.

— Характер свой часто демонстрирует, хамит. Я стараюсь доверять ей, Лер. Просто не всегда получается.

— Она не такая, слышишь? Не такая, как она. Она не бросит тебя, Максим, потому что по-настоящему любит, — бьет в самое яблочко, — Мне нужно бежать, дочь проснулась. И это, если нужен будет совет насчет Еси, ты звони. Все-таки я переживаю за нее теперь тоже, накрутил меня.

— Правда можно звонить? — цепляюсь за этот шанс, как за спасательную соломинку.

— Можно.

Она кладет трубку, даже не прощается со мной. А мне и не надо, спасибо за то, что хотя бы такой разговор у нас состоялся. Впервые за такое долгое время.

Только блокирую телефон, как на него падает смска. Неприятная и раздражающая. Как обычно, раз в месяц, по классике жанра. А все равно цепляет и злит до жути.

“Скинь деньги, пожалуйста.”.

Перевожу нужную сумму и ставлю телефон в авиарежим, чтобы до утра никто не смог меня больше потревожить. Хотя кроме работы и Еси у меня никого нет.

Глава 32.

— Ты сходишь со мной поужинать, Лер? — Андрей ловит мой взгляд, улыбается открыто и искренне, в уголках глаз появляются маленькие паутинки морщинок. Он очень хороший человек, замечательный мужчина. Чуткий и внимательный, — На днях открылся итальянский ресторан, мой хороший друг там шеф. Он ждет меня на презентацию ужина, но просил прийти со спутницей, а не как обычно… — хмыкает.

— А как у тебя обычно, Андрей?

— Я не люблю брать женщин на такие мероприятия, они обычно жужжат под ухом весь вечер и не позволяют расслабиться.

— Не боишься, что я тоже жужжать стану? — я знаю, что Андрей никогда не был женат. Мы мало говорили о его личной жизни, но из того, что я знаю… То у него случилось полное разочарование в любви и женщинах. Такое бывает. Но почему-то именно ко мне он прикипел, я вижу взгляды, широкие жесты, но если дам ему зеленый свет, не убедившись в том, что чувствую я на самом деле, то его сердце вновь будет разбито. А я не хочу так подло поступать с таким хорошим человеком.

— Ты не станешь, — откидывается на спинку кресла, вытягивая ноги вперед. Устал, сильно устал, это видно. Мы уже третью неделю не поднимает голову от компьютера, работы архи много, так всегда перед открытием новой точки. Но мы в этот раз превзошли себя… Я просто как-то за обедом кинула коллегам из маркетингового отдела идею о том, что было бы круто открыть небольшой магазин именно с семенами и подготовкой к сезонным урожаям. Сделать дочернюю компанию, направить этот проект в сторону эко с натуральными удобрениями. И они зацепились за мои слова, тут же побежали к Андрею. И ему понравилось. А ведь идея была сырая, она просто появилась в моей голове без какого-либо плана, но вот, мы уже сидим и реализуем ее.

— Я подумаю, Андрюш. Если Еся согласится с Софой остаться, то конечно, почему бы и нет. Тем более я тысячу лет никуда не выбиралась, будет повод выгулять новое платье.

— Лер, — он встает с рабочего места и подходит ближе, — А можно я сегодня напрошусь к вам домой на ужин? Мне так хочется домашней еды.

Он может себе позволить поесть в любом ресторане города, даже там, где готовят также, как и дома. И это просто повод провести побольше времени со мной и Софой. Моя малышка ему очень нравится, да и Андрей ей импонирует. Она всегда с охотой идет к нему на ручки.

— Я ничего не готовила, — пожимаю плечами, тут же ловя грусть и разочарование в его глазах. Внутри сердце дергается с укором, нельзя так, он многое для меня сделал и продолжает делать, — Поэтому нужно будет заехать в магазин после работы. Чтобы ты хотел на ужин?

Он садится на край моего стола, протягивает руку, чтобы убрать волосы мне за спину и оголить тонкую шею, где волнительно пульсирует вена, гоняя кровь туда-сюда.

— Свинину по-деревенски с картошечкой. Я тогда попробовал и забыть вкус не могу.

— Отлично! — хлопаю в ладоши, — Будет сделано.

Вечером Еська решает тоже заглянуть в гости, у нас выходит настоящий семейный ужин. Все весело обсуждают, как прошел день, делятся успехами и трудностями. Андрей с воодушевлением рассказывает, что мы уже закупили партию товаров для нового магазина, а дочь делится тем, что можно улучшить по дизайну.

Я внимательно за ней наблюдаю, за ее жестами, мимикой, пытаюсь уловить изменения. А они точно есть.

Укор совести не покидает меня с того момента, как я соврала Максиму. Я просто не хотела, чтобы он устраивал разбор полетов, а он мог. Поэтому прикрыла дочь. Но это не значит, что я спущу ей с рук эту ситуацию. Нас ждет серьезный разговор.

Андрей забирает Софу на прогулку, а мы остаемся с есенией убирать со стола. Она собирается поступать в художественный колледж, поэтому все ее разговоры сводятся к тому, что она без умолку трещит об экзаменах и подготовке к ним. Мне нравится ее рвение к учебе, но покоя не дает то, что она врет… И мне, и Максиму.

— Есь, — останавливаю ее, — Кто этот мальчик?

— Какой мальчик, мам? — вижу боковым зрением, что ее рука дергается, она откладывает протертую насухо тарелку на стол. Взгляд мечется.

— Ты отцу соврала, мне не нужно. Я прикрыла тебя, но это первый и последний раз. И мне бы хотелось услышать правду.

— Он тебя звонил? Рально позвонил?

— Да, позвонил.

Она с шумом выдыхает воздух через ноздри, прикусываю нижнюю губу, со всей силы впиваясь белыми зубами в нежную кожу.

— Я люблю его, мам. И чтобы вы там не сказали, у нас все серьезно. Он очень хороший человек!

— Почему ты кричишь, Есь? — хватаю ее за плечи, — Разве я против? Но мне важно знать, кто он, сколько лет, как зовут. Чтобы я понимала, с кем ты гуляешь, чтобы я была в курсе, что с тобой все в порядке.

— Нет, я не скажу. Вы с папой меня убьете. Вы не поймете.

— Разве такое когда-то было?

— Мам, — она вырывается из моих рук, — Просто не нужно туда лезть, умоляю. Он не обидит меня.

Внутри меня прорастает тревога плотными корнями, стягивает все мое нутро. Нет возможности ни пошевелиться, ни сделать полноценного вдоха.

— Есения… Что это за мальчик? Почему ты скрываешь?

— Мне пора, — она выбегает из кухни. Я следом. Сердце грохочет.

Дочь быстро надевает на себя куртку, криво завязывает поверх шеи шарф.

— Я никуда тебя не пущу, пока мы не поговорим! Есения!

— Мам, прости, но это не твое дело! Не вмешивайтесь! Ни ты, ни папа.

Выскакивает на лестничную площадку, резво жмет по несколько раз на кнопку лифта, понимая, что он не приедет быстро, летит вниз по ступеням.

Мне очень больно, что между нами нет доверия. Почему она боится рассказать?

Кричу ей вслед, прошу вернуться, но она исчезает между лестничными пролетами.

Глава 33.

— Держи, попробуй, — Андрей протягивает мне какую-то композицию на шпажке, я приоткрываю рот, пытаюсь распробовать вкус, и когда до меня доходят нотки сладкого инжира, солоноватого вяленого мяса, я прикрываю блаженно глаза, следом во рту раскрывается вкус сливочной моцареллы, — Ну как?