Ася Петрова – Паутина измен (страница 41)

— Да… Андрей тебе не рассказывал? Тогда в квартире, Костя выстрелил мне в живот. Там был наш ребенок. Девочку спасти не удалось. И я больше не могу иметь детей.

Я не знаю, специально ли она давит на жалость, но меня пробирает до костей. Мне больно. Не за нее, а за то, что пострадал маленький невинный человек, пускай и не родившийся еще, но у которого был шанс на жизнь.

— Костя знал?

— Нет. Но даже если бы знал… Ему плевать всегда было на меня. Он лишь красиво говорил, а я думала любит. Ева, я же ради него все делала. Настолько ослеплена была этой любовью. А он тебя хотел…

— Нет, Марин. Такие как Костя не способны любить. И меня он хотел лишь для того, чтобы сделать больнее Андрею.

— Возможно. Но он столько раз сравнивал меня с тобой. Всегда в твою пользу.

Где-то в глубине души мне становится жалко ее. Но это был ее выбор.

Если бы Андрей оказался плохим человеком, и просил делать все эти гадости… То даже несмотря на мою большую любовь к этому мужчине, я не стала бы так поступать. Никогда.

Тем более с близкими мне людьми. А мы с Мариной были лучшими подругами… По крайней мере я так думала.

— Прости меня, Ева. Я здесь только для того, что вымолить прощение.

Это тяжело. Правда.

Тяжело простить человека после такого. Но я нахожу в себе силы. Мне ее извинения лучше не сделают, я и так счастлива. А мои слова прощения возможно облегчат ее и без того несладкую жизнь.

— Я прощаю тебя, Марин. И желаю тебе счастья. Настоящего.

— Спасибо, Евчик, — она кидается ко мне с объятиями, но я останавливаю ее одним жестом руки.

Той доверчивой и открытой девочки больше нет. Есть я.

Мудрая, опытная и повзрослевшая женщина. Мать и будущая жена.

— Не стоит, — качаю головой, и Марина останавливается.

Я обхожу ее, пойду навстречу к отцу сама. Пора к алтарю, где меня ждет любимый мужчина.

— Ева, — Марина снова окликает меня.

Я раздраженно выдыхаю, но останавливаюсь, ожидая ее.

— Костя умер в колонии. Не выдержал.

Я не спрашиваю подробностей. Уверена, что Андрей в курсе, а мне плевать. Жестко? Возможно.

Но мне правда плевать.

Он страшный человек. И я не хочу даже слышать и вспоминать о нем.

— Пусть земля ему будет пухом.

Киваю напоследок и ухожу прочь.

В глубине сердца бурлит эмоциональный коктейль: радость, счастье, нервозность и трепет. Вдыхаю глубоко, стараясь настроиться на позитив, вспоминая мгновения, когда я и Андрей поняли, что судьбой суждено быть вместе.

Проверяю еще раз свадебный букет — белые розы, как символ чистоты и красоты.

За окном весенний день сияет ярким солнцем, птицы щебечут, а прохладный ветерок ласкает лицо. Я нахожу взглядом отца, который ждет, чтобы провести меня до алтаря.

Отец берет меня за руку.

— Не держи на меня зла, дочка. Я желал тебе только счастья, — сегодня что? День извинений?

На папу я не злюсь. Он такой человек. Мне просто нужно принять его таким, но это не значит, что я стану такой по отношению к своим детям.

— Пап, я тебя никогда не понимала. Да и вряд ли пойму. Но где-то в глубине души маленькая девочка любит своего отца. И только благодаря той маленькой меня наши отношения держатся.

Он понимающе кивает, целуя мою руку в его изгибе локтя.

Музыканты начинают играть. И мы наконец делаем первые шаги.

Я иду к своему счастью. Новому. Выстраданному. Но такому желанному.

Музыка заполняет каждый уголок сада, внося волшебство в воздух. Гости пристально смотрят, восхищенные красотой и изяществом моего платья. Я вижу вдалеке горящий взгляд любимых глаз.

Сдерживаю счастливую улыбку.

Отец доводит меня до алтаря и передает в руки будущему мужу. К бывшему будущему мужу.

Вот такая мы веселая семейка.

Андрей не сдерживается и опускает свои губы на мое щеку, крепко сжимая ладонь.

— Черт, ты слишком красивая, маленькая, чтобы терпеть весь вечер.

Хитро, как лисичка, улыбаюсь. Сам хотел воздержания… Теперь терпи.

— Готовы ли вы, Андрей, взять в жены, эту прекрасную, верную и любящую девушку?

— Да, — без запинок отвечает, гордо вздернув подбородок.

Женщина поворачивается в мою сторону

— Готовы ли вы, Ева, стать женой этого сильно, верного и любящего мужчины?

И я на секунду замолкаю. Гости сзади, словно чувствуя мое волнение, тоже затихают.

Я знаю ответ на этот вопрос. Просто сделать этот шаг оказалось труднее, чем я думала. Ощущаю, как тело Андрея напрягается.

Неужели он думает я откажусь? Никогда в жизни. Я не смогу отказаться от нас, слишком люблю его. Нашу семью.

Это просто волнение.

Прокручиваю в голове только самые счастливые и важные наши с ним моменты. Выдыхаю воздух из легких.

— Да! — четко и громко произношу.

— Объявляю вас мужем и женой. Можете обменяться кольцами.

И все как в тумане. Не помню, как надеваю кольцо на палец мужа. Как он сминает меня в объятиях, обещая ночью наказать.

Как целует жадно, наплевав на гостей и рамки приличия.

Как Дима счастливо подбегает, запрыгиваю к отцу на руки. Целует нас в щеки.

Милана ведет себя спокойно, посапывая в коляске и пропустив всю выездную церемонию.

Наконец… Теперь мы снова муж и жена.

— Любимая жена, женщина моя красивая самая, — Андрей падает на стул рядом со мной, крепко сжимая в объятиях.

— Со всеми гостями поболтал? — улыбаюсь ему.

Вечеринка в самом разгаре, гости веселятся. Шампанское льется рекой, все смеются и участвуют в странных конкурсах.

— Да. Всем время уделил, теперь можно и уединиться.

— Ээээ, нет, — играю с ним, — Еще рано.

— Ева, — рычит в ухо, — Я тебя украду сейчас. Не могу больше терпеть.