Ася Невеличка – Поцелуй неуловимого босса (страница 22)

- Что?! – вот умеет он отбить настроение.

- Поживее шевели ногами, Васильева, если не хочешь проделать путь до стоянки на моем плече.

- Это как?

- Это кверху попкой, Александра. Для других зрелище будет незабываемое.

- Я лучше сама.

Машина у него оказалось дорогой, тонированной и вкусно пахнущей. Ректор пригнул меня, выезжая со стоянки и прощаясь с охранником:

- Срочные дела в министерстве.

Потом отпустил и сразу же набрал секретаря:

- Меня сегодня нет и не будет. Не звони и никого не переводи на меня. Все вопросы завтра. Какое совещание? А-а! Да, забыл. Давай перенесем…

Я снова поймала его темный голодный взгляд, посмотрела на острые скулы и стиснутые зубы, на твердую линию губ, прежде чем он ответил:

- Тоже на завтра. Я занят до конца дня.

- До самого вечера что ли? – удивилась я, когда он отключил телефон.

- Да, Васильева. Что тебя удивляет?

- Я думала, мы быстро переспим, и вы меня отпустите?

- Отпущу, Васильева, обязательно отпущу. Как насплюсь с тобой, так сразу и отпущу.

Пообещал ректор и свернул к одному из элитных домов на подземную стоянку.

***

Квартира на восьмом этаже оказалась шикарной. Я даже представить не могла, что простой человек может жить в таких апартаментах. Хотя Максим Денисыч не был простым. Он с порога снял с меня куртку, аккуратно повесил на вешалку, а свое пальто просто перекинул через кресло в гостиной, шарф с шеи отбросил не глядя. Стремительно ушел в соседнюю комнату и вышел оттуда со свернутым рулоном бежевым полотенцем.

- Ванная комната там. Прими душ и выходи.

Меня снова заколотило. Одно дело просто согласиться на акт, другое неловко топтаться перед ректором, прижимая к себе полотенце. Я не так себе это представляла. Хотелось, как тогда в туалете, головокружительных чувств, эйфории, потерянности от его решительных действий. Но никак не сознательного хладнокровного подхода.

- А вы?..

- Утром принимал, - он сверился с часами. – Тридцать пять минут назад. Ты завтракала?

- Н-нет.

- Хорошо, пока споласкиваешься, приготовлю завтрак.

- В костюме?

- Ах, да…

Вот только такие глупые промахи выдавали нервозность Максима Денисыча, а так бы я даже не подумала, что его тоже выбивает из колеи эта ситуация.

- Может, мы поспешили? – рискнула я отменить его решение. – Я же никуда не денусь. Можно в другой какой день…

- Не можно, Васильева. В душ. Живо.

Я почувствовала его присутствие, когда намылила голову каким-то нерусским шампунем и сильно зажмурила глаза, чтобы обильная пена не щипала. Вот тогда стеклянные двери душа разъехались, я услышала шумный выдох и мою талию обхватили его ладони. Он прижал меня спиной к своей груди и руки тут же поползли вверх и сжали груди.

Я как стояла с пальцами запущенными в мыльные волосы, так и осталась, чувствуя спиной и теперь уже задницей возбуждение ректора. Он отнял мои руки от головы, прислонил ладони к стене, убрал со лба пенные волосы. Я почувствовала, как его мыльные от моих волос ладони скользят по телу, медленно, неспешно изучая каждый сантиметр.

И я поверила бы Максиму Денисычу, что он никуда не спешит, а растягивает удовольствие, если бы не тяжелое рваное дыхание у меня над ухом, несдерживаемые движения бедрами, толкающие твердый член между разведенных бедер. Так что его выдержку я оценила.

Вздрогнула, когда мужские ладони вернулись к груди, и ректор поиграл сосками, тихонько сдавливая их, покручивая между пальцами и оттягивая, потом снова сдавливая, тиская и при этом продолжая движения бедрами, имитирующими секс.

От всего этого немного закружилась голова, и я прислонилась лбом к стене, пытаясь остудить горящее лицо. Разряды от его рук, пальцев целенаправленно выстреливали вниз живота, собирая там свербящее томление. Теперь я непроизвольно оттопыривала задницу на его выпады, чтобы почувствовать скольжение члена не только внутренней стороной бедер, но и между ними, прямотам.

Максим Денисыч хрипел, оставляя грудь в покое, пробираясь рукой вниз, поглаживая живот, надавливая пальцем на пупок, и ниже, раздвигая складки и просовывая палец между ними.

Я ахнула и осела, колени подкосились, я забыла про мыло и распахнула глаза. Тут же затерла их руками, пытаясь убрать щиплющую пену, пока ректор не поставил меня под струи душа.

А потом, как только я проморгалась, резко развернул к себе, прислонил спиной к стене, взял рукой под колено и закинул к себе на талию. Я еще ждала прелюдий, но кажется, терпение мужчины истончилось.

Он вошел в меня сразу, на всю длину, и откинув голову, простонал, удерживая нас в соединенном положении. Я еще не могла сообразить нравится мне или нет, больно или терпимо, когда Максим Денисыч начал двигаться, сначала размеренно, выходя на всю длину и толкаясь до упора. Вбивался в меня с тихим рычанием, поддерживая одной рукой за колено, другой за бедро.

А я… Я вдруг поняла, что мне не только совсем не больно, а невыносимо приятно. Все что сейчас происходило со мной, больше не смущало, наоборот, раскрывало полнее, давая почувствовать и свою слабость, и его силу, и свою чувственность и его реакцию на меня.

Из-под полуоткрытых век я наблюдала за меняющимся выражением лица ректора, от сосредоточенного до умоляющего и восхитительно беззащитного, когда ситуация стала критической. Он громко вскрикнул, сделал два коротких выпада и задрожал, прислонившись лбом к стене рядом с моей головой.

Сейчас я чувствовала его горячее дыхание, влажную кожу, поддернутую мелкими мурашками, дергающийся во мне член. И собственное накопленное, но не нашедшее выхода напряжение.

- Споласкивайся и присоединяйся к завтраку. Кофе или какао? – сиплым голосом спросил он, как ни в чем не бывало выходя из душа.

- Какао? – еще получилось удивиться у меня.

- С молоком?

- Ну ладно, - сейчас мне было как-то не до завтрака, но уже не терпелось остаться одной и немного собраться с мыслями.

Вот вроде мы и переспали. Я точно уверена, он кончил. Может, накормит завтраком и отправит в общагу? Что еще мне тут делать?

- Ты мастурбировала раньше?

Вопрос для меня оказался внезапным и куда более смущающим, чем акт. Да, мы занимались сексом, но это же не значит, что ректор может спрашивать меня о таких вот вещах?

- Я… Мне…

- Ты трогала себя раньше? Отвечай?

- Д-да, - я покраснела как помидор.

Вот ему то зачем это знать?

- Хорошо, - вдруг предвкушающе улыбнулся он. – Сейчас себя не трогай. Я хочу сам довести тебя до первого оргазма.

- Не собиралась, - проворчала я, начиная смущаться его взгляда по моему голому телу.

- Я пойму, если ты ослушаешься, Васильева. Так что даю тебе минуту.

Он вышел, а я протяжно застонала, залезая под теплые струи душа. Кажется, сегодняшний день станет самым постыдным моим воспоминанием на всю жизнь. Мне бы его пережить!

Глава 5. Я разрываюсь на тысячи атомов

- Я хочу покормить тебя.

Вилка звякнула о тарелку, полную всякой нарезки и закуски.

- Зачем?

- Просто хочу. Хочу, чтобы ты губами взяла еду и облизала мои пальцы.

Я отодвинулась от его руки, протягивающей мини-бутер с сыром и паштетом. Максим Денисыч продолжал держать закуску на весу, будто не сомневался, что я исполню и это его желание.

- Не будешь? – вкрадчиво спросил он. – Наелась?