Ася Невеличка – Поцелуй неуловимого босса (страница 21)
- Тогда, может, не надо? – неуверенно предложила я. – Раз от нашей с вами связи только проблемы?
- Ну почему же? Мы можем обойти эти проблемы и сделать все тихо…
Я скривилась, а он тут же добавил:
- …И романтично.
- Я не понимаю…
- Я буду ухаживать за тобой в своем кабинете. Как тебе такая идея?
- Не нравится.
- Я что-нибудь придумаю. А теперь…
- Что?
- Иди поцелуй меня?
- Что-о?!
- Черт, я всё утро ждал, чтобы не наброситься. И сейчас еле сдерживаюсь. Мы одни, как видишь. И я хочу задаток. Скажем, печать предварительного согласия.
- Но я не соглашалась!
- Ладно, я сам.
Он стремительно преодолел разделявшее нас расстояние, сдернул меня со стула и жадно впечатался в губы поцелуем. Провел по ним, облегченно вздыхая, и тут же просунул между губ язык, заставляя раскрыть рот шире и не сопротивляться глубокому голодному поцелую.
С минуту я стояла ошарашенная, пока не начала осознавать, что одновременно с наглым исследованием моего рта, ректор бессовестно лапает задницу, подталкивая к себе, прижимая меня к бедрам с заметным напряженным членом.
- Господи, Васильева… Я торчу на тебя, как пацан! – и в голосе столько муки, страсти, злости. – После пар жду в своем кабинете.
- Зачем? – испуганно выдохнула я между злых поцелуев, больше похожих на укусы.
- Как зачем? Буду влюблять. И чем быстрее, тем лучше. Нам остается только надеяться, что ты влюбчивая, как кошка, да, Васильева? – усмехнулся он, резко отстранил меня и, не оборачиваясь, вышел из аудитории.
После пар я, понятное дело, к нему не пошла, а поспешно сбежала в общежитие, закапываясь в учебниках и отвлекаясь зубрежкой.
Соседки мои, Любка с Алкой, шумно ввалились в комнату все еще обсуждая внеочередные покупки, совершенно не снижая голос, даже не замечая, что я пытаюсь учить.
- Так он купил?
- Купил! Представь? Хотела бы я увидеть эту сучку.
- Вряд ли увидишь. Явно дорогая штучка. Обычной давалке такие цацки не покупают.
- Да он после развода вообще от всех шарахается, а тут подарок, цветы… Сань, ты чего в темноте сидишь? Ужин сварганила?
- Какой ужин, её же гранит науки кормит. Погрызет камень и сыта.
Соседки загоготали, а я отвернулась к стене, включила светильник и снова открыла лекции на странице с формулами.
- Ну чего? Макарошки с сосисонами?
- Ага, пойду воды в кастрюлю наберу.
Дверь открылась и донеслось сдавленное «ой».
- В этой комнате кто живет? – донесся голос ректора, я вздрогнула и подскочила, машинально разглаживая волосы и поправляя затасканную домашнюю футболку.
- Э-э… Ковшова, Васильева и Снежинская, - сбивчиво отчиталась комендант общежития, а я напряглась, услышав со спины приближающиеся шаги.
- Васильева? Я думал ты еще на паре, - донесся до меня ехидный голос Максима Денисыча.
- Я занимаюсь. Дома.
- На постели? – его голос снизился до интимного и я всполошилась, замечая, как к нам подтягиваются соседки и комендантша.
Еще этого только не хватало!
- Стол занят. Ужином. Девочки готовят.
Ректор огляделся, сморщился. Алка потрясла кастрюлей, подтверждая мои слова про ужин.
- А почему в общежитии только один стол? Где студенткам делать курсовые?
- Так, Максим Денисович, а куда его всунуть? Тут же три кровати, раздевальный шкаф, да стол. Больше ничего и не всунешь!
- Если захочешь, очень даже всунешь. И высунешь.
И снова этот намек на низких вибрирующих тембрах.
- Тогда почему в комнате по три студентки? Заселяйте по две и для каждой ставьте стол. Ведь если убрать одну койку – стол влезет?
- Да, Максим Денисович.
- Вот и выход.
- А как же… Остальных то куда?
- Расформировывать. Обдумайте и посчитайте, сколько высвобождается студентов, данные подайте завхозу и мне. Я дам распоряжение на расселение. Остальным обеспечьте условия для проживания и учебы.
- Слушаюсь, Максим Денисович.
Я несмело скосила взгляд на сердитого ректора и обомлела, поймав его, голодный и злой. Но смерив меня от макушки до носков с зайчиками, Максим Денисович развернулся и вышел, вытягивая за собой всех, и соседок и служащих.
А я навзничь рухнула на постель, словно с меня сдули воздух.
- Ну ты навела шороху, Санька, - присвистнула, возвращаясь, Людка. – Треть студентов выперла на улицу, заучка! На твоем месте я бы после нового года поостереглась выходить на улицу без сопровождения!
После этого предупреждения утром я стояла перед дверью приемной и с нетерпением ждала ректора.
- А, Васильева? Заходи.
- Я согласна!
До этого неторопливо вешая пальто на вешалку, ректор оглянулся, удивленно приподнимая бровь.
- Согласна? С чем?
- Согласна на акт. Только не выселяйте никого из общежития, пожалуйста!
Ректор застыл, потом достал из шкафа пальто, снял его с вешалки и поспешно накинул на себя.
- Вот как? Хм… Неожиданно. Ладно, идем.
- Куда?
- Едем ко мне, домой.
- Зачем домой? Может быть лучше тут? – я обвела рукой кабинет, наткнувшись взглядом на диван.
- Для первого раза здесь не удобно, - резко бросил он, подхватывая меня под локоть.
- У меня в туалете был первый раз, вас это не смущало, - съязвила я и тут же ойкнула от впившихся мне в руку мужских пальцев.
- Спасибо, что напомнила, значит, сегодня можно уже не осторожничать.