Ася Мори – Мы не такие (страница 10)

– Прости, Марин, но я действительно не верю в любовь. – пожимает плечами Карина, небрежно водя вилкой по остаткам салатных листьев в своей тарелке. – По крайней мере в том ее проявлении, в котором это чувство все преподносят.

– Поясни, пожалуйста. – прошу я.

– Хорошо, если вам интересно, то поясню. – закинув ногу на ногу, она окидывает нас пристальным взглядом. Карина аккуратно складывает приборы на тарелку и отодвигает ее в сторону. – Мы впускаем человека внутрь себя так глубоко, как только сами этого хотим. Человек, который не способен совладать со своими эмоциями, слаб во всех сферах своей жизни. Эмоционально слабый и уязвимый человек обречен на проигрыш в любой битве. Если женщина верит в идею безумной любви, то именно это она и создает в своей реальности. Это абсолютная константа – конечная цель, в которой человек растворяется и теряет себя…Я считаю таких людей психически нестабильными. Контроль над эмоциями доступен каждому, но не все готовы приложить усилия, чтобы научиться этому. Для меня, так называемая “любовь” – это взаимовыгодный процесс. То, что я готова отдать своему мужчине, должно быть соизмеримо с тем, что я получу взамен.

– То есть ты готова быть с мужчиной за услугу? – шумно вбирая воздух и раздувая ноздри, уточняет Настя.

Очевидно, подобные откровения со стороны Карины повергают ее в шок.

– Готова, еще как. Если он подарит мне жизнь, о которой я мечтаю, то подобного мужчину я залюблю до луны и обратно так, что он имя свое забудет.

– Очень уверенное заявление от девушки, у которой айсберг вместо сердца. – усмехается Марина.

– Зато в моей жизни практически отсутствуют такие понятия, как стресс и бессонница. Я не помню, когда последний раз плакала из-за мужика. – Отмахивается Карина.

– А ты вообще когда-нибудь плакала? – спрашиваю, не сдерживая ехидства.

– Вообще да, броня давала трещину пару раз, но из-за мужика ни разу не было.

– Я даже не знаю хорошо это или плохо, – задумчиво произносит Настя. – ты же никогда не испытывала чувства, возвышающего до небес от переполняющего тебя счастья.

– Ага, это счастье может с легкостью протащить тебя по всем кругам ада, не так ли? – насмешливо улыбается Карина.

Настя недовольно хмурит брови:

– Человеку дается столько испытаний, сколько он сам готов вынести.

– И как тебе далось испытание после расставания со Световым? – не удержавшись, кривит улыбку Кари.

– Я бы ничего не поменяла, если ты об этом. Я была счастлива с ним.

– Насть, он тебя бросил перед свадьбой! зачем ты его защищаешь? – Карина стискивает зубы.

Обида за подругу проскальзывает в её голосе.

– Я не защищаю его! – вспыхивает Настя, но тут же берет себя в руки. – Да, бросил, но это уже другая история. То время, когда мы были вместе я была очень счастлива. Я познала эту самую абсолютную константу, о которой ты говорила. И считаю, что мне повезло – я испытала это божественное чувство, которое не каждому дано.

– Да и Слава Богу! – отшучивается подруга. – Мне оно и даром не нужно…

Судя по тому, как эмоционально Настя реагирует на слова Карины, что любовь – удел людей с нестабильной психикой, она, похоже, вспомнила историю расставания со своим женихом, после которой у нее и развилась аэрофобия.

– А ты чего притихла? – Марина легонько пихает Лизу в плечо. – Сидит, слушает, а у самой история на миллион. Рассказывай, что у вас с Димой?

Глава 6.1

– А ты чего притихла? – Марина легонько пихает Лизу в плечо. – Сидит, слушает, а у самой история на миллион. Рассказывай, что у вас с Димой?

Лиза вспыхивает багровым цветом, кусает нижнюю губу.

– Ну …мы переспали в новогоднюю ночь…

– Я так и знала! Оседлала жеребца! – хитро изгибает брови Карина, сверкая медовыми глазами.

– Ой, девочки…он такой в сексе. Боже мой, у меня в жизни не было такого любовника…Мы трахались пол ночи, а член у него какой ммм… – Лиза закатывает глаза, её лицо ясно отражает удовольствие после ночи с Макеем.

– Вот это подробности! – ухмыляется Марина и потирает указательным пальцем нижнюю губу.

Меня пробивает адреналиновая дрожь от воспоминаний звуков: шлепков, стонов, взрывающих воображение, и то, как Дима вколачивается в женское податливое тело, горящее от возбуждения. Пусть это было не мое тело, но в моем непослушном воображении все было иначе. Это так порочно, что голова идёт кругом, а низ живота снова покалывает.

Да что же со мной творится?

Как избавиться от навязчивого наваждения, которое никак не хочет оторвать свои крепкие щупальца от моего разум?

– Да, я слышала, как громко вы занимались сексом. – решаюсь не скрывать правду. – Вы продолжите отношения, или все что произошло на Алтае, останется на Алтае?

– Продолжим, да …Наверное. – взгляд Лизы мечется по кухне, избегая прямого контакта. – Он хочет увидеться в Питере, но я сама еще не уверена, хочу ли продолжения.

Ложь! Даже сейчас она врет лучшим подругам. Мы никогда не осуждали ее, не упрекали за неудачи в личной жизни или промахи, ведь каждая из нас не святая, и позади есть опыт неудачных отношений. Но Лиза будто целенаправленно своими руками и действиями ставит себя на ступень ниже, соглашаясь на то, что ей предлагают, вместо того чтобы выбирать самой. Она не ставит условия – их ей вульгарно и требовательно озвучивают.

– Хочешь! Не ври. Кто бы не захотел отношений с красивым классным парнем? – отрезаю самоуверенно.

– У нас роман, который начался на отдыхе и нет гарантий, что в Питере все будет так же сказочно, как тут. – продолжает Лиза, нервно сворачивая салфетку в трубочку.

– Да он же предложил тебе сам свободные отношения, Лиза!

– Не свободные, а без обязательств!

– Разве это не одно и то же?

– Нет конечно! – резко повышает голос. – Это совершенно разные вещи! Он не будет ни с кем другим спать, пока между нами есть какой-либо формат отношений.

– А ты вот прямо взяла и поверила на слово парню, о котором ничего не знаешь?– начинаю закипать, в моих словах сквозит неприкрытый наезд.

– А какие варианты у меня есть, кроме как верить ему на слово? Человек пообещал и я ему верю. Помимо этого, он успел мне рассказать немного о себе.

– Опять какой-то альфасамец решил поиметь безотказную красивую Лизу, а ты и рада! – раздраженно тру лоб, пытаясь успокоиться.

Я давала себе слово не лезть со своими нравоучениями, но не могу промолчать после слов, что она верит обещаниям человека, который утром укатил назад в Петербург, оставив после себя воспоминания о незабываемом сексе.

– Леа, ты опять мамку включаешь! – Карина выпрямляет спину и включается в разговор, стреляя в меня своим хитрым янтарным взглядом. – Из нас всех отдых, прежде всего, нужен был тебе! Торчишь в своем реставрационном ателье с утра до вечера, видишь только объекты да картины для реставрации. – прижимает два пальца к губам, изображая тошноту. – А жизнь мимо проходит. Классная, между прочим, полная удовольствий и приключений. Ты танцевать в клуб когда последний раз ходила? А секс классный у тебя когда последний раз был? Такой страстный, как у Лизы с Димой? Твой Никита женат на работе, ночами постоянно пропадает на дежурствах! Он точно по девочкам? А то я уже не знаю, что и думать… – и не давая ни секунды для ответа, продолжает пальбу по мишени прямо в самое яблочко. – Нам нужна твоя развязная девочка, которую ты заперла на сто замков и которую еще никто никогда не видел! Где она?

Я лишь приоткрываю рот, словно рыба безмолвная, но тут же его закрываю, не найдя подходящих слов. Вот засранка! Отчитала меня, еще и Никиту помоями облила ни за что! Начинаю понимать, почему у нее вечные проблемы с мужиками. С таким отвратительным, острым, как чилийский перец, характером, она любого мужика напополам переломит, переступит и дальше пойдет с гордо поднятой головой, не оборачиваясь. Еще и пнет напоследок. А потом эти сломленные мужики годами себя по частям собрать не могут.

– Ох ничего себе! – изумленная Настя прижимает обе ладони к щекам.

Она у нас самая невинная.

– Это мнение всех или только одного участника “делегации”? – пытаюсь язвить, чтобы заглушить ворох неприятных ощущений, рвущихся наружу.

Держусь за край стола, неосознанно сжимая вилку в руке от нервного напряжения. Сучка, вот же черноволосая сучка!

Все молчат. Карина смотрит на меня с вызовом. Марина вот-вот собирается уже что-то ответить. Лиза краснеет, как переспелый томат. Напряжение, повисшее в воздухе, почти ощутимо на физическом уровне.

Дрянная ситуация.

– Ладно, – стойко выдерживаю взгляд всех четверых. – Значит, развязную девку вам подавай?

– Господи, я вас прошу, давайте только не будем ссориться! У меня итак куча проблем из-за гада Гордеева! Еще с подругами стычек не хватает для полноты картины. – Марина вскакивает и в беспокойном ритме начинает хаотично убирать посуду со стола. Бокалы, декандер, тарелки – все летит в раковину. Останавливается, громко дышит, будто стометровку пробежала, оборачивается ко мне:

– Леа, милая, я тебя очень прошу, только не психуй. В чем-то Карина действительно права. Высказалась она, конечно, резковато, – метает в Карину злобный взгляд. – но в свои 25 лет ты ведешь себя так, будто тебе 40.

– Все сказали? – перевожу взгляд на бледнеющую Лизу. Вдруг у нее тоже найдется что добавить?! – Ты тоже такого же мнения?

Выдерживаю минуту, которая тянется целой вечностью, дробя секунды в наносекунды. Каждая капля из крана отзывается оглушительным ударом железного молота в ушах.