Ася Мори – А я тебя больше нет (страница 11)
Опешив от подобного ответа, я разворачиваюсь и беззвучно ухожу в комнату. Застрявший в горле ком метафорично превращается в липкие щупальца, которые стискивают его изнутри.
Уймись?.. Неужели он мне только что сказал «уймись»?
Что же с тобой происходит, родной?
Возвращаюсь в кровать и плотно заворачиваюсь в одеяло, точно в защитный кокон. Кир слишком холоден сегодня, а мне нужна хотя бы толика нежности и тепла.
Пролежав в таком положении какое-то время, я незаметно проваливаюсь в сон.
– Я так люблю тебя, Ри, – любимый голос пробивается сквозь сонное марево. – Прости, если обидел. Просто я устал… мне не хочется тащить работу домой. Я хочу уберечь вас с детьми от ненужных проблем…
Такие необходимые руки обвивают меня нежно, как пушинку. Затем Кир подтягивает мои бедра ближе к себе. Я безошибочно улавливаю, как его горячее возбуждение в боксерах упирается в меня, и от этого жаркого прикосновения по спине пробегает волна дрожи.
– Я тоже тебя люблю, – шепчу, поворачиваясь к нему лицом и мягко прикасаясь губами к его. Получаю в ответ глубокий и страстный поцелуй.
Я привычно вспыхиваю… как спичка.
– Ты хочешь?.. – бормочу уже наготове.
Опускаю руку вниз и притрагиваюсь к мужскому возбужденному члену, который оживает от моих ласк еще больше. Внизу живота мгновенно растекается огненная лава.
– Очень хочу, любимая, – притягивает мою спину к каменному торсу крепче, – но мне вставать в пять утра, поэтому придется отложить секс-марафон до выходных.
– Мы можем один разок… – хихикаю томно, завлекая мужа в сети похоти.
– С тобой, кошечка моя неугомонная, одним разочком не отделаешься. Подожди несколько дней, и я весь твой.
Кирилл
–Все! Можно вздохнуть спокойно и расслабиться. Два отказника, которые нас тормозили, подписали контракты. Как Эльза и обещала. – Мажорчик Платон бросает выразительный взгляд на скромную барышню.
Сегодня на ней облегающее платье в цветочек, наглухо закрытое в самых критичных местах. От нее снова тянется знакомый сладкий шлейф, от которого у меня словно срабатывает рефлекс. Воспоминания, как по команде, отбрасывают меня на одиннадцать лет назад.
Что за чертовщина со мной происходит? Как назло, еще и резкая головная боль решила меня не щадить и нахлынуть на стыке брифингов.
Отгоняю от себя хаотичные мысли, которые прямо не хотят складываться во что-то осознанное.
Перевожу свой взгляд с одного на другого.
Теперь же я подмечаю, какими плотоядными глазами Платоша таращится на фигуру девушки, будучи абсолютно уверенным, что никто не замечает его коротких, но многочисленных взглядов. Эльза регулярно краснеет и теряется рядом с ним. Дразнящая симпатия ощущается даже на расстоянии.
Образ жизни Елизарова больше похож на образ жизни хищника. С ним приятно иметь дело, когда этот зубастый зверь находится в спячке. Но если его раздразнить палкой, то он превращается в дикое животное.
Это напоминает мне скалящихся демонов, которых я когда-то давным-давно похоронил глубоко в себе, закопав заживо. В тот момент, когда встретил Рину.
Расчетливый и ловкий Платон ни на секунду не расслабляется. В любой момент готов догнать свою жертву, растерзать и, если понадобится, хладнокровно добить. Этот гад не по зубам фарфоровой девочке.
Но какое мне дело до их отношений? Пусть делают что хотят, лишь бы их связь никак не сказывалась на качестве совместной работы.
– Эльза, вы большая молодец. Вы помогли ускорить осуществление нового перспективного проекта, – отвечаю без промедления.
Внезапно ритмичная мелодия разрывает деловую атмосферу митинга. Одариваю Елизарова недовольным взглядом.
– Черт, – бормочет Платон.
Пару секунд он смотрит на экран телефона, хмурится. Затем бросает на меня извиняющийся взгляд:
– Это что-то срочное по проекту. Один из поставщиков звонит. Я выйду переговорить буквально на несколько минут, хорошо?
– Давай, только не тяни. Нам нужно закончить собрание ровно в четыре.
– Без проблем, – прилетает от Платона, который уже подскочил с кресла и сиганул к двери.
– Кирилл Александрович, я бы хотела поблагодарить вас за то, что цените мои старания, – скромно проговаривает Эльза, как только за Елизаровым закрывается дверь кабинета.
Взгляд девушки устремлен мимо меня, она сознательно избегает зрительного контакта. Ее рука резко поднимается вверх, к ключице. Розовые пальчики цепляются за цепочку, спрятанную под воротом платья, и чуть дергают ее. Будто этот невинный жест придаст ей уверенности и поможет подавить лишнее волнение.
Она крутит между пальцами маленькую фигурку, чем-то напоминающую бабочку. Перед своим выпускным я подарил Марине кулон в форме оранжевой бабочки геликониус с крошкой изумрудного цвета в крыльях. С лепидоптерологией[1]я, мягко говоря, ничего общего не имею, но имя этой бабочки запомнил навсегда. По своей невероятной красоте она напоминает мне Рину.
Бархатно-огненная бабочка с широким размахом тонкого крыла и гладкими черными полосками похожа на тигрицу, коей моя Рина и является. Нежное создание, сотворенное из пламени, – она олицетворяет в полете дерзость и неуловимую свободу. Она недосягаема. Именно такой Рина и была в день нашей первой встречи. Девчонка не поддавалась моим чарам и напористым попыткам приблизиться к ней. Старательно обыгрывала меня, зная будто наперед, что я собираюсь предпринять. Она смотрела сквозь меня, как на ничтожество, вторгшееся на личную территорию знойной королевы. А я пылал.
Каждый день больше года лет меня лихорадило. Скручивало бешеным желанием добраться до своей огненной бабочки и приручить ее. Сделать частью себя.
– Не стоит, Эльза. Как оказалось, вы прекрасный работник. Платон вас очень хвалит, – намеренно подчеркиваю симпатию коллеги к девушке.
Зачем я это делаю? А вот хрен его знает.
В висках снова стучит, и пальцы автоматически тянутся сделать пару круговых успокаивающих движений.
– Вас мучают мигрени? – в женском голосе сквозит забота.
– Бывает, – отрезаю коротко, без грубости.
Мне не нужно сочувствие и повышенное внимание. Я не испытываю ни малейшего желания, чтобы кто-то из персонала знал о моих слабых точках. В том числе о мигренях, которые мучают с детства. Вполне хватает того, что Фейгин в курсе моего недуга и с завидной регулярностью подкалывает, называя старым пердуном.
– Вы не виноваты в том, что головные боли вас тревожат. Но я знаю отличный и редкий способ, который поможет хотя бы ослабить резкие боли. Я могу поделиться с вами этим секретом, если вы не против.
В следующую секунду Эльза оголяет левую сторону шеи, откидывая собранные в хвост темные пряди на другое плечо. В ноздри резко проникает густая волна фруктового запаха, исходящего от ее волос.
– Вот, смотрите… – Чуть наклоняет голову вбок и подается вперед. Она не спеша проводит пальцами от ушей по направлению к затылку. – Сначала нащупайте ямочку чуть выше линии роста волос. Затем медленно надавите на углубление и уверенно массируйте минуты три-четыре. Главное, выполнять с двух сторон одномоментно.
На последнем круговом движении дверь кабинета распахивается, и Платон быстрым шагом направляется к креслу.
– Надеюсь, вы тут не скучали без меня, – усмехается, нагло играя бровями.
Уверен, он с большим удовольствием подмигнул бы Эльзе, но корпоративная этика удерживает его от романтического порыва.
– Скучали, Платон Дмитриевич, – отвечаю с не менее насмешливым выражением. – Ждали вас, чтобы закончить собрание. В четыре у меня митинг с отделом безопасности.
– Тогда позвольте нам откланяться, – шутливо бурчит Елизаров и, отвесив легкий поклон, разворачивается к двери, уводя с собой Эльзу. Она лишь сдержанно кивает мне.
Оставшись наедине с собой и своей головной болью, я повторяю движения, которые показала девушка. И, к моему приятному удивлению, через несколько минут мигрень действительно начинает отступать.
[1] Лепидоптерология – раздел энтомологии, изучающий бабочек.
Глава 8 Марина / Кирилл
Марина
– Мне не нравится запах мяса…
Принюхиваясь к свежему блюду на аккуратной тарелке, Карина морщит нос в диком пренебрежении. Янтарный взгляд шерстит по залу в поисках несчастного официанта.
Бедный парень. Мне заранее его искренне жаль. Она из него сделает отбивную…
Если парнишка-официант попадет под гневную руку Карины, это может стать серьезным испытанием для его нервной системы. Подруга в принципе людей не жалует, а уж если ей попадется некачественная еда (по меркам черствой королевы с такими же замашками) и пресмыкающееся в рабочей форме с блокнотиком и ручкой, то это смертельное комбо.
– Кари, не начинай… – пищит Настя, нервно теребя кончики светло-русого каре.
– Вас этот инцидент не затронет, – гневно отрезает Кари. – Молодой человек, у вас проблемы со зрением или ВЫ намеренно меня игнорируете?!
Молоденький официант замирает. Поднос в его руках загружен под завязку. Его кадык заметно дергается. Парень шумно сглатывает и торопливым мелким шагом ступает в нашу сторону.
– Я могу чем-нибудь помочь? – глухо хрипит официант дорогого мясного ресторана.
– Не уверена, но можно попробовать. Вот это невозможно есть. – Ткнув длинным бордовым ногтем в кровавый кусочек мяса, Карина обнажает ряд белых ровных зубов в недоброй ухмылке. К слову, очень дорогих зубов, оплаченных одним из ее многочисленных поклонников. – Мясо далеко не первой свежести. Вы его где заказываете? На базе для малоимущих?