Ася Исай – Измена. Подарок для бандита (страница 20)

Аврора упрямо поджимает губы — весь характер на лице написан. Встаёт, отряхивает ладошки. Снова делает шаг. Покачивается, но удерживает равновесие. Ещё шаг. Ещё.

Я затаиваю дыхание. Первые самостоятельные шаги — это всегда волшебство. Неважно, что тысячи детей делают их каждый день. Для нас это — чудо.

— Умница! — восклицает Мирон. — Иди ко мне!

Она топает дальше. Неуклюже, смешно вихляя попой. На середине пути снова падает. Но уже не плачет — упрямо встаёт, продолжает путь. В ней столько упрямства, что иногда становится страшно.

Последний рывок — и она в объятиях отца. Мирон подхватывает её, кружит. Аврора визжит от восторга, цепляется ручками за его шею.

— Молодец, принцесса! Ты большая девочка!

Подхожу к ним, обнимаю со спины. Мирон поворачивает голову, целует меня в висок.

— Нам нужно поговорить, — шепчу ему на ухо.

Он напрягается. Поворачивается резко, в глазах — паника.

— Что-то случилось? Вера? Ты в порядке?

— Тихо, тихо, — глажу его по щеке. — Всё хорошо. Просто... новости есть.

— Какие новости? — он всё ещё напряжён, как струна.

Достаю из сумочки маленькую белую палочку. Две полоски смотрят на нас ярко-розовым цветом. Руки дрожат — так же, как утром, когда я увидела результат.

— Мирон, — голос предательски срывается. — Ты станешь папой. Снова.

Тишина. Он смотрит на тест, не мигая. Аврора в его руках притихла, словно чувствует важность момента.

— Это... это точно? — выдавливает он наконец.

— Три теста. Все положительные. Завтра пойду к врачу, но...

— Боже мой, — выдыхает он.

И вдруг падает на колени. Прямо на газон, не обращая внимания на изумлённые взгляды прохожих. Аврора радостно взвизгивает — для неё это игра. А Мирон прижимается лицом к моему животу, целует через тонкую ткань сарафана.

— Привет, малыш, — шепчет он. — Это папа. Твой папа.

У меня перехватывает дыхание. Слёзы катятся по щекам — гормоны, что с них взять.

— Ты рад? — неуверенно спрашиваю, когда он молчит слишком долго.

Он поднимает голову. В глазах стоят слёзы.

— Я просто... я думал, больше не заслуживаю такого счастья.

— Эй. Мы же договорились. Никаких побегов в прошлое. Только вперёд.

— Только вперёд, — повторяет он, утирая глаза. — Господи, Вера. Ребёнок. Наш ребёнок.

— Наш, — подтверждаю, не в силах сдержать улыбку.

Аврора, которой надоело сидеть на руках, выкарабкивается на траву. Тут же хватает одуванчик, тянет в рот. Мы с Мироном одновременно кидаемся отбирать.

— Нельзя, солнышко!

Она смотрит на нас с таким возмущением, что мы прыскаем от смеха. Вот так, на траве в городском парке, с одуванчиками в волосах и счастьем в глазах, начинается новая глава нашей жизни.