Ася Фуллер – Кот Мурмяу: детектив-неудачник. Съедобное преступление в городе псов (страница 2)
Уже три месяца чёрный кот Мурмяу жил с собаками и работал на собачью полицию. И вот сейчас его, детектива, ждёт новое таинственное дело: кража на улице Стрелки. Как же это волнительно!
– А ты слышал раньше, как эта Ханна поёт? – спросил Мурмяу, когда они с Боксёром свернули на узкую улочку Стрелки, вымощенную гладкими круглыми камнями. Будки тут были дорогими и располагались за высокой зелёной изгородью, из-за которой можно было разглядеть только их вторые этажи. У одних там был маленький балкончик с лежанкой, у других – просто круглое окошко. Рядом с некоторыми домами-будками росли огромные раскидистые ёлки, закрывая верхние этажи от любопытных глаз.
– Не-а, только фотки видел, – беспечно отозвался Боксёр. – Но сейчас услышал – это же сила! Мощь! Ураган! Громко, конечно. Но круто же! Да?
– Наверное, – кивнул Мурмяу, подумав, что коты ничего не понимают в собачьем вокале. Хотя, кажется, капитану и Добсу тоже не понравилось.
– Во, пришли. Как думаешь, там настоящая кража? – быстро сменил тему Боксёр.
Он приоткрыл красную железную калитку с витиеватой цифрой семь и табличкой, на которой значилась фамилия Шпек.
О, как Мурмяу надеялся, что там настоящая кража. Украли… целую кучу монет! Или, может, дорогую картину? Или…
– О, полицейские! – К ним засеменила старушка-собачка. – Какие молодые щенки – и уже полицейские! – прошамкала она ртом без единого клыка. – Вот вы, – старушка показала на Мурмяу загнутым когтем, – так напоминаете мне одного старого друга!
Старая собачка, почти такая же маленькая, как Боксёр, была в толстых очках, переднике и чепце. Длинная серая шерсть почти закрывала мордочку и висящие уши – так что Мурмяу даже не мог разобрать, что это за порода. Да есть ли вообще у этой собаки порода?
– Она не видит, что ты кот! – шепнул Боксёр. – Может, она думает, что я бульдог?
– Пойдёмте, пойдёмте за мной, дорогие. – Старушка махнула лапой. – Вот сюда, на веранду.
Мурмяу и Боксёр прошли по дорожке мимо высоких кустов шиповника и поднялись на залитую солнцем деревянную веранду. На круглом, накрытом клетчатой скатертью столе дымились крендели. Рядом стояли три стула, в дальнем углу – мягкое бархатное кресло, о которое так и хотелось поточить когти.
– Что ж, госпожа Шпек… – Боксёр огляделся и шлёпнулся на стул. – Что у вас украли? Преступление произошло здесь?
– Именно здесь, – кивнула почтенная госпожа. – У меня украли вставную челюсть, – торжественно произнесла она.
О, почему Мурмяу не мог закричать! Вставную! Челюсть!
– Она лежала вот тут. – Госпожа Шпек засеменила по веранде и показала лапой на светлые деревянные перила. – В шкатулке.
– Шкатулка дорогая? – оживился Мурмяу.
– Что вы, что вы! – Старушка махнула лапой. – Совсем нет! Так вот, я приготовила крендели, вышла на веранду, а зубов нет… Под кустами нет… Нигде нет… И вы знаете, я слышала странный шорох! Да, я не вижу, но слышу-то отлично! – быстро добавила она.
– Шорох… Крысиных лап? – предположил Боксёр.
– Нет-нет, у меня во дворе нет выходов на поверхность из крысиных подземелий, – объяснила старушка. – Крысы здесь вообще никогда не появлялись.
Боксёр с Мурмяу осмотрелись. Кот спустился с веранды – он был уверен, что шкатулка с зубами просто упала и теперь лежит где-то в траве. Но нет. Он вернулся, посмотрел на перила, под креслом и под столом. Никаких признаков шкатулки с зубами.
– Что-нибудь ещё пропало? – спросил Боксёр.
– Что вы, ничего! А почему вы не едите крендели?
Мурмяу хотел сказать, что они на работе, но Боксёр уже схватил крендель и принялся с аппетитом жевать.
– Нам нужно идти, – процедил кот и силком потащил друга к калитке. Госпожа Шпек проводила их печальным взглядом.
Как только дверь закрылась, Мурмяу выдохнул.
– Ну чего ты! – Боксёр выдернул лапу. – Крендели-то огонь!
– Вставные зубы! Боксёр! Мы! Полицейские! Ищем вставные зубы! – Мурмяу дёрнул когтем значок детектива на синей ленте. – Ужас!
– Хватит ныть! – Боксёр ловко впихнул Мурмяу в рот кусок кренделя. – Лучше жуй!
До полицейского участка Мурмяу брёл, недовольно пережёвывая крендель. Боксёр отправился домой поужинать – кренделей ему было, конечно, мало.
Вот и любимая полицейская будка. Два этажа, стены, выкрашенные в синий, черепичная крыша, справа – площадка для тренировки бойцовских собак.
Мурмяу кивнул двум гогочущим полицейским лайкам, выходящим из здания, и хотел было протиснуться внутрь.
– Простите! – пропищал кто-то и выскочил перед Мурмяу, преградив ему путь. – Вы же тот самый кот-полицейский, который работает с собаками?
Мурмяу поднял глаза: перед ним был маленький чихуахуа – белый, в коричневых пятнах.
– Угу, – не слишком вежливо буркнул кот и попытался обойти незнакомца.
– Я Чих! – снова пропищал чихуахуа. – И я знаю, что вы можете мне помочь! У меня украли булочки…
– Идите в участок, пишите заявление, – снова буркнул Мурмяу, пытаясь обойти Чиха.
– Я боюсь. – Чих всё ещё его не пропускал. – Там у вас доберманы… И овчарки… И всякие алабаи…
– А я кот – то есть не так страшно?
– Ну да! – Чихуахуа высунул язык. – Эти булочки… Десять лучших булочек… Я так хотел показать их шефу Старки Таксу на городской ярмарке в парке! О, он самый прекрасный повар! А теперь… всё потеряно!
Мурмяу сделал несколько вдохов-выдохов. Вопящая певица, потерянные зубы и десять булочек. Ну и день!
– Напишите заявление, – сказал он уже спокойнее. – И я обязательно займусь вашим делом.
Мурмяу кивнул, вошёл в дверь участка не оборачиваясь и почти врезался в капитана Коржик.
– О, детектив Мурмяу! – сказала она, потирая лапы. – Ты хотел настоящее преступление? Вот тебе настоящее преступление! Шеф Старки Такс пропал!
Мурмяу удивлённо моргнул. Шеф Старки? Повар? Он же только что слышал это имя!
Глава 2
«Гранд Лайкин»
О да, это было самое настоящее преступление. Такое настоящее, что у Пита Мурмяу от волнения распушился хвост.
– Сейчас расскажу подробности. – Капитан Коржик зашла в лифт и махнула лапой Мурмяу.
Они поднялись на второй этаж и зашли в кабинет Коржик. Мурмяу нравилось это место: и прозрачный, заваленный бумагами стол, и бледно-жёлтые стены, и два больших окна с широкими подоконниками. За окнами виднелись река и верхушки лип в Парке имени Бетховена.
– Так, – сказала капитан, присев на деревянный стул и бросив на кипу бумаг фуражку. – Шеф-повара Старки Такса пригласили из собачьей столицы, Гавсбурга, на ярмарку. Он готовит такс-бутеры. Пробовал?
– Ни разу. – Мурмяу покачал головой.
– Этот повар и правда очень известен среди собак. – Коржик протянула свежий выпуск газеты «Лайкин вестник». – На вот, почитай.
– «Старки Такс будет угощать гостей ярмарки в Лайкине фирменными такс-бутерами: огромными поджаренными бутербродами с мясом и десятью соусами. Рецепт повар держит в строжайшем секрете и даже отказывается писать кулинарную книгу», – прочитал Мурмяу вслух.
В газете была огромная, во всю страницу, фотография такс-бутера: на аппетитной пшеничной булочке высился слой мяса, сыра и овощей. Всё это сверху венчала ещё одна золотистая булочка, залитая сливочным соусом.
Даже Мурмяу, не большой фанат собачьей еды, увидев фото, решил: наверняка это ужасно вкусно.
– Старки Такса ищут, – вздохнула капитан, – но пока не нашли. Ни у нас, ни в Чеширске. Мы берёмся за дело. Вызывай Боксёра. Отправляемся туда, где повара видели в последний раз.
– Это куда? – уточнил Мурмяу.
– В отель «Гранд Лайкин».
У Мурмяу перехватило дыхание: в «Гранд Лайкине» он ещё ни разу не был.
Капитан, Мурмяу и нагнавший их Боксёр пересекли реку по горбатому мостику – в Лайкине его называли Борзой мост – и наконец оказались перед двухэтажной бежевой будкой. Золотые буквы «Гранд Лайкин. Отель» блестели на солнце. К прозрачной двери были приклеены три золотые звёздочки.
– Нам сюда, – кивнула капитан Коржик.
Рядом с будкой во дворе стоял крошечный оранжевый автомобильчик, на его пузатом боку была надпись «Трансфер для дорогих гостей».
Мурмяу показалось, что дорогих гостей в отеле вообще никогда не было, – не так уж и много собак приезжали в тихий Лайкин.
Зато под капотом автомобильчика виднелся вход в крысиные подземелья – похоже, в отеле можно было найти что-нибудь вкусненькое.
Стеклянная дверь отворилась сама, и вся троица полицейских прошла внутрь.