Ася Филатова – Тонкий слой (страница 7)

– Это естественно.

Ярослав замолчал, и Антон решил, что тот слишком долго раздумывает.

– Дело в том, что Ярослав у нас обладает удивительными способностями, – произнес он, наблюдая за недовольным Лаером. – И, при вашем согласии, вполне мог бы приподнять завесу тайны относительно вашего – и, возможно, нашего, – прошлого. Но он, очевидно, этого не хочет.

Ярослав поморщился, но все же пояснил, обращаясь к Софи:

– Существуют приемы, позволяющие воздействовать на память человека. Я немного владею этим.

Ужас в глазах Софи сменился тревогой.

– Это больно?

– Да нет, – беспечно отмахнулся Антон.

– Это опасно, – Ярослав пригвоздил его взглядом. – И я не могу ничего гарантировать.

– Перестраховщик, – Антон нахмурился. Сдавать позиции он явно не собирался. – Но… решать, конечно, тебе.

– Нет, – твердо ответил Ярослав.

В наступившей тишине было слышно, как тикают часы в дальней комнате. Арина склонилась над столом, переставляя посуду. Мозг ее лихорадочно работал.

***

– Давай попробуем, – Антон не оставлял попыток убедить Ярослава. – Это же очевидный шанс! Девчонка может оказаться настоящим кладезем информации.

Ярослав покачал головой. Они разговаривали вполголоса в соседней комнате, пока Арина в гостиной осторожно задавала гостье наводящие вопросы и вообще пыталась как-то ее расшевелить.

– Для чего-то ведь все это нужно! – горячо продолжал Антон. – Ну не просто так у тебя этот дар, не для личного пользования, уж прости. Возможно, чтобы помочь кому-то… Не знаю, может, кому-то грозит опасность!..

– Опасность грозит половине населения земного шара, – прервал его Ярослав, становясь все мрачнее. – Послушай меня, Робин Гуд. Я где-то в глубине души уважаю твое пионерское призвание, но в данном конкретном случае имею огромное желание выставить вас за дверь вместе с этой прелестной дамой, как каких-нибудь свидетелей Иеговы…

Еще минут пятнадцать Ярославу пришлось выдерживать натиск Антона. Тот что-то вдохновенно вещал о знаках Судьбы и взывал к человеческим качествам Лаера.

Ярослав в сотый раз подавил желание закатить глаза и наконец просто спросил:

– Чего ты хочешь?

Антон с горящим взглядом быстро проговорил:

– Раз ты боишься лезть в сознание этой замечательной девы, попробуй с нами. С Ариной. А еще лучше – со мной.

– С вашей памятью я уже ничего не могу поделать, – возразил Ярослав. – Ты меня сильно переоцениваешь.

– А как насчет гипноза?

– Не уверен, что и это хорошая идея, – негромко произнес Лаер. – Гипноз – это не пляски на лужайке, это весьма серьезное вмешательство.

– Когда-то тебя это не останавливало, – прищурившись, заметил Антон.

На его выпад Ярослав лишь вздохнул.

– Вне зависимости от того, что ты обо мне думаешь… И все же. Я никогда не применял к Арине гипноз. Предлагаю другой вариант: оставить все как есть и сделать вид, что ничего не было. А эту милую деву, утратившую память и ориентацию в пространстве, отвезти в отделение полиции, где ей непременно помогут. Хотя бы в сфере установления личности.

Антон усмехнулся и заглянул в глаза Ярославу.

– Неужели тебе совсем не интересно? Это же как завязка нового приключения! Куда делся твой исследовательский запал?

Ярослав покачал головой.

– Я не настолько любопытен, – ответил он. Темные глаза внимательно изучали обветренное, загорелое лицо Антона. – Кроме того, мне, в отличие от тебя, есть что терять.

Показав, что разговор окончен, Ярослав удалился на кухню, под предлогом «загрузить посудомоечную машину». На деле же он свалил чашки в раковину и, нажав кнопку кофемашины, сел на табурет. Из гостиной доносились приглушенные голоса. Не вслушиваясь, Ярослав хмуро смотрел в окно, ничего не видя перед собой и ощущая малодушное желание, чтобы незваные гости убрались подобру-поздорову.

Тихо вошла Арина. Прикрыв за собой дверь, она присела рядом и положила тонкую руку на его плечо.

– Ты чего-то боишься?

– Я ничего не боюсь. Я просто не вижу в этом смысла. – Ярослав упрямо смотрел в окно.

– А я вижу, – Арина запустила пальцы в темные густые волосы. – Может, попробуешь? Мне кажется, в этом что-то есть… И вдруг это как-то поможет этой девочке. Меня-то никто по голове не бил. Пока…

Ярослав не оценил иронии. Однако перевел взгляд на Арину.

– Ты хоть понимаешь, о чем просишь?

Она улыбнулась. В спокойных глазах светилась нежность.

– Мы уже это проходили и ничего со мной не случилось. Помнишь, с Ирой и Колей? Гипнозу я поддаюсь на раз-два. – Она щелкнула пальцами. – Может, ты плохой гипнотизер?..

Ярослав глубоко вздохнул.

– Что ты со мной делаешь… Тогда с Антоном.

Арина покачала головой и невольно обернулась. Сквозь кухонный проем было видно, что происходит в гостиной. Незваная гостья сидела на диване и, кажется, понемногу начинала расслабляться: Арина отметила, что ее поза уже не такая напряженная, а на бледном лице, благодаря стараниям Антона, то и дело появляется робкая улыбка.

– Она четко вспомнила меня. Вы с Антоном пока «в запасе».

***

Погружение Арины в транс со всеми приготовлениями заняло немногим более десяти минут. Антон был очень взволнован, он до последнего настаивал, чтобы неоднозначный эксперимент проходил именно над его организмом, но Арина была непреклонна.

Гостья сидела сама не своя, и, пытаясь унять дрожащие руки, обнимала себя за плечи.

Первая фаза гипнотического сна прошла беспокойно – Арина металась и сбивчиво говорила что-то на индейском наречии. После некоторых усилий со стороны Ярослава, она успокоилась и затихла.

Когда Арина снова заговорила, присутствующие не поверили собственным ушам:

– Je m`apelle Polenn-Mary L`brun. Je suis originarie de Tulon3.

Изменился даже тембр ее голоса. Все видели, что говорит именно Арина, но эти новые интонации, акцент… Казалось, перед ними совершенно другой человек.

Тишину нарушил Антон. Подавшись вперед, он неуверенно произнес:

– Черт побери… Это же французский!

– Неужели? – Ярослав быстро проговорил несколько несвязанных между собой слов, смысла которых никто не понял, и следующую фразу Арина произнесла уже на русском.

***

Полин

Ужасный, ужасный город. Как же я скучаю по ласковому морю, длинным теплым дням, яркому, бесконечно прекрасному небу Франции. Милый Прованс…Что бы там ни было дальше, сейчас я благодарна Судьбе хотя бы за то, что мое детство прошло в этом

прекрасном месте. Теперь же мой обычный пейзаж составляют лишь серые камни мостовой, точно такие же уныло-свинцовые дома напротив и тусклый промозглый туман вечерами. Кто в здравом уме может согласиться на такой обмен? Не знаю. У меня не было выбора. Когда дядя умер, нам с сестрой пришлось переехать к нашей единственной родственнице – тетушке Мари (здесь все зовут ее Мардж), в холодную неприветливую страну, в унылый жестокий город, закопченные крыши которого снятся мне теперь вместо зеленых лугов моей родины.

Ныне же, распахивая ранним утром окно, если позволяет погода, я вижу серую мглу, а сквозь нее – грязную кирпичную стену. Да еще ржавые петли ставен на маленьких узких окнах. Здесь так мало солнца! В Провансе лето длится долго-долго, гораздо дольше трех месяцев, отпущенных ему календарем… Море теплое даже в октябре, а деревья еще зеленые. А на этом забытом Создателем острове меня преследует чувство, что здесь лето можно просто не заметить… Да и бывает ли оно тут, это лето?

Софи все нипочём. Она как будто и не заметила смены декораций – переезд ее нисколько не расстроил, а лишь подарил новые впечатления и надежды. Ее оптимизму действительно можно позавидовать – любые перемены в жизни моя сестра старается воспринимать как нечто новое, неизведанное и потому интересное до крайности. Мы практически на одно лицо, но, увы, на этом сходство заканчивается. Характером и складом ума я пошла в отца, которого совсем не помню. Так мне рассказывал дядюшка… А Софи похожа на матушку, та тоже всегда была удивительно жизнерадостной, и каждый новый день встречала с трепетом, как дитя, ожидая чудес и открытий.

Мне иногда искренне жаль, что я не умею так радоваться жизни, как Софи, вечно просчитываю негативные стороны происходящих событий и порой предаюсь унынию из-за сущих пустяков, даже расстраиваюсь заранее… Чудесно, когда ценишь каждый миг, тогда окружающий мир несмотря ни на что воспринимается незабываемым, волшебным… Софи в этом отношении большая умница.

Впрочем, по ее собственному признанию, Лондон и ей кажется огромным, шумным и немного нелепым.

***

Ярослав вдруг стремительно приблизился к Арине и взял ее за руку.