Ася Демиденко – Титул: Баба Яга (СИ) (страница 36)

— Валяй! Ик! — совсем не элегантно отмахнулась всеми уважаемая мать. — А то, ишь, распоясался! Тоже мне! Великий и ужасный! — женщина влила в себя пол стакана и, поморщившись, продолжила изливание недовольства своим самым старшим сыном. — Давно пора было его к маме в профилактических целях отправить. Полюбовался бы на кандалы, может бы и из головы вся, ик, дурь повылетала!

Как-то незаметно трёхлитровая бутыль опустела. Отправив домового за второй, ссылаясь на то, что он сидит ближе всех к печи, кот с женой Кощея Бессмертного уже вовсю распекали нынешнюю молодежь.

— Они в последнее время чересчур самостоятельные стали, — заплетающимся языком сказала Марья. — Совсем нас с отцом слушаться перестали. Даже Злата… Ай-й, сейчас не о ней! — махнула она рукой. — А о этих балбесах! ИК!

— А моя, думаешь, не такая? — пьяно возмутился чёрный котяра. — Я ж, как лучше, а она?! "Пошёл вон!", "Иди отсюда!", "Я сама справлюсь!", — гнусавым голосом кот перекривлял Бабу Ягу. — А что в итоге? В итоге-то что?! Ай-й-й! Я ей говорил, чтоб не ходила с ними? Говорил! А она? Послушалась? Конечно нет! — уперев передние лапы в столешницу, вещал пьянючий в драбадан кошак.

— Так, главное, в наше время такого не было! — подпирая ставшую чугунной голову, еле ворочала языком первая леди Лукоморья. — Как батька сказал, так и делали!

Откуда Марья Моревна знала своего отца — не известно, потому как даже её мать толком не может вспомнить, кто это. То ли богатырь, то ли маг, то ли мастер…

После появления Василича с вторым экземпляром жидкого горючего, смысла подробно описывать их диалон уже нет.

Чувство координации покинуло их первым, так как после первого же полстакана они сидели в обнимку, подпирая друг друга, чтоб избежать позорного для Её Величества падения. Второй их покинула память. Частично. Или это было здравомыслие? Ну, я больше не знаю, как объяснить то, что начались провозглашаться тосты за молодоженов, за внуков и за крепость кроватей.

Ближе к полуночи, когда царица мирно посапывала на печи, укутавшись в жилетку из заячьих шкурок, а кот с домовым перекидывались в харьковский деберц, дверь в избушку отворилась. Точнее выбилась с ноги из задвижки, а на пороге появился сам Повелитель Всея Лукоморья Царь Кощей, облаченный в чёрный мундир и сверкающую рубинами корону. Грозно сведя светлые брови на переносице, он гаркнул на не обративших на него ровным счётом никакого внимания игроков.

— Где?

— Там! — слаженно ткнули собутыльники на печь в углу светлицы. И вернулись к своим картам. Алкоголь и стоящий на кону Волшебный гребешок (то, что он принадлежал Насте, их не останавливало) немного приглушили уважение и трепет перед их царём.

Склонившись в проходе, чтоб не зацепить макушкой дверные балки, Кощей вошёл в избу и могучими шагами направился к своей благоверной. В темноте опасно блеснули карие глаза, не предвещая ничего хорошего, и мужчина взвалил на плечо размякшее тельце жены.

— Ой, Богдашка-а… — глупо улыбаясь, протянула Марья, пытаясь обнять за шею любимого мужа. В чём не очень-то и преуспела, так как Кощей ловко уворачивался от загребущих ноготков супруги.

— Богдашка-Богдашка, — недовольно пыхтя, он поудобней подбросил тело.

— Ты за мной пришёл? — счастливо щебетала уже неадекватная Марья.

— За тобой, дорогая, за тобой, — мрачно кривя губы, заверил её Богдан и вынес всё так же на плече на улицу.

— Мы домой? — заинтересовано отозвалась она из-за широкой спины.

— Не-а, — мотнул головой. — Гулять.

С исследовательским интересом изучая спину мужа и всё больше спускаясь вниз по позвоночнику, Марья как-то не обратила внимание на то, как они углубились в Лес. А вот зато Богдан прекрасно знал, куда он тащит жену-пьяницу, и уже предвкушал воспитательные меры, которые он предпримет в её отношении.

Внезапно они выскочили на территорию Лесного Озера. Кощей широко осклабился: сейчас кому-то будет о-о-очень стыдно.

Свернув по неприметной тропе, протоптанной в снегу и озарённой лунным светом, они вышли к двум параллельно бегущим речушкам, глубиной максимум по пояс. Между ними стоял указатель: слева — Мёртвая вода, справа — Живая вода.

С каким-то садистским удовольствием макнув головой трепыхающуюся черноволосую женщину в левую речку головой, он сразу же сбросил её с плеч в правую, целиком. Умостившись на узком мостике между речками и свесив по правую сторону ноги, он имел счастье лицезреть отплёвывающуюся от воды, матерящуюся, насквозь промокшую, но зато трезвую, как стёклышко, Царицу Лукоморья.

— Ну, что, любимая? Полегчало? — наиграно-сочувствующе спросил Кощей, не спеша протягивать руку помощи.

— Я убью тебя!

Угроза прозвучала бы устрашающе, если бы капающая с носа вода выглядела не так комично. Утерев лицо рукавом, Марья обижено уперла руки в бока и приказала:

— Вытащи меня немедля!

— Шишь тебе! — продемонстрировал мужчина упомянутый жест резко сникшей супружнице. — Будешь сидеть, пока не осознаешь всей нелепости своего поступка, — заявил Кощей Бессмертный, уворачиваясь от летящих в него брызг. — Но-но! — пригрозил он пальцем фыркающей, как ёж, любимой. — Ты мне лучше расскажи, какого чёрта лысого ты напилась? Ладно, на то, что вы переполошили половину царства и подожгли дворец багдадского султана — я глаза закрою. Хоть ко мне уже пришло множество жалоб на Бабу Ягу и её Избу, а она, как тебе и самой известно, спасательница ты моя, уже больше месяца находится вне границ государства, в компании двух крайне безответственных личностей. А ну, припомни мне, не их ли ты бросилась со всех ног возвращать около трёх недель назад? — Богдан бросил красноречивый взгляд на скрывшуюся по нос в воде Марью. — Что-то я сегодня не видел своих сыновей сегодня за ужином. Как и свою жену. И что я узнаю от Почтальона? Дети в Замке Снов, а это, к твоему сведению, единственное место в мире, где находится жертвенный алтарь, напрямую связанный с Тьмой. А жена, так та вообще отличилась: вусмерть нажралась с говорящим котом и домовым. Ну, как, Марья, что мы будем делать дальше?

— Прости, а? — посмотрев щенячьими глазами, тихо попросила Марья. — И вытащи меня, пожалуйста, декабрь как-никак на улице.

Оттаяв под жалостливым взглядом жены (хоть и понимал, что это она ненадолго угомонилась), Кощей вытащил её из воды, обхватив за всё такую же тонкую талию, какой она была и в день их первой встречи.

Высушив её волосы и одежду, Богдан поспешил заключить Марью в объятья, пока она не заметила, в какую пушистую мочалку превратилась её коса.

— Ты больше не злишься? — наивно полагая, что муж успокоился, спросила неугомонная царица.

— Злюсь, ещё как злюсь, — заверил он её, целуя в нос.

Она по-девичьи хихикнула, обвивая шею дорогого супруга руками.

— А, что это вы, дяденька, здесь делаете такое с тётенькой? — спросил белобрысый мальчонка, стоявший около мостика, склонив головку набок.

"Дяденька", как и "тётенька", закашлялся, чтоб скрыть смущение. Он никак не ожидал встретить молодого лешака посреди ночи на окрестностях Озера.

— Эмм… — Кощей начал быстро прокручивать всевозможные варианты ответа. — Понимаешь…

— Гуляем! — выпалила Марья, сама шокированная своим ответом.

— Именно! — широко улыбнулся Богдан, про себя облегченно вздыхая.

— Уверены? — гаденько ухмыльнулся пацанёнок. — А мне показалось, что милуетесь. Или я помешал чему-то большему? — заговорщически подмигнул он опешившему мужчине.

— А не маловат ли ещё о таких вещах знать? — растеряно спросил царь у мальчика. Его сыновья в таком возрасте ещё даже не подозревали о межполовых отношениях.

— Неа! — нагло улыбнулся Лёшка, а это был он, окидывая царицу взглядом и давая ей оценку. — Ну, ничё такая. Фигуристая. На восьмёрочку потянет. Ну, бывай, мужик! Удачи! — потрясши сложенными руками над головой, Лёшка оставил царскую чету, затерявшись среди деревьев.

Где-то с минуту они молчали, пытаясь отойти от шока.

— Что это было? — обалдело глядя вслед уже простывшей в темноте фигуре мальчика, спросила Марья у пребывающего в таком же состоянии мужа.

— Без понятия, — потряс головой Кощей. — Предлагаю пройтись, проветриться. Тут всё равно уже не далеко.

— Не имею ничего против.

Взявшись под руки, они пошли в обратном направлении и вскоре вышли к огненной реке Смородине. Сегодня речка была на удивление спокойной. Огненной её называли потому, что в случае необходимости она воспламенялась. Какой необходимости до селе не известно. Обычно это были произвольные частичные возгорания. А так это была обычная, глубоководная река. С холодной водой.

Идя вдоль берега, супруги молчали. Было не понятно о чём они думают. То ли о недавнем инциденте, то ли о детях, то ли ещё о чём-то. Наконец, первой заговорила Марья.

— Богдан, а почему тот замок называют Замком Снов? — глядя под ноги, она задала не дающий ей почему-то покоя вопрос.

— Об этом мало кому известно, — Кощей поморщился, как бы выражая своё "счастье" от владения этой информацией. — Это всё происходит от того, что замке находится практически открытый источник Тьмы. Она заранее знает, кто будет следующей жертвой, и посылает ей, жертве, сны. Это могут быть и просто сны, и кошмары, но реже сны-видения. Проще говоря — вещие сны. Какое у них содержание и когда они исполнятся не известно никому, кроме самой жертвы.