Астрид Шольте – Четыре мертвые королевы (страница 62)

– Так я и думала, – беззаботно пожала плечами Киралия, но лицо у нее потемнело. – Что-нибудь еще, моя королева?

– Это все, что ты можешь сказать? – спросила Арабелла, приподняв бровь. Она ожидала, что встреча с человеком, принявшим на себя удар, принесет успокоение, но в итоге ничего не почувствовала. Камешек в ботинке никуда не делся. – Неужели тебе нечего добавить?

– Почему же, есть, – прищурилась Киралия. – Держите стражников при себе.

– Снова угроза?

– Убийца все еще во дворце, – пожала плечами Киралия. – Будьте осторожны, а не то отправитесь к матери.

Арабелла поджала губы, едва сдерживая улыбку.

– Киралия, когда ты уже примешь свою вину?

Киралия ничего не ответила. Тогда Арабелла повернулась к ней спиной и стала подниматься по ступенькам.

– Прощай, Киралия. – «И спасибо тебе». – Да отомстят тебе покойные квадарские королевы, – Арабелла ухмыльнулась, – в квадранте без границ.

Глава сорок третья

Киралия

Чуть позже ко мне заглянул еще один посетитель. Я зашипела на него, как бездомная кошка, которую как-то в детстве я пыталась подобрать у Аукционного Дома.

– Уйди от меня! – завопила я, когда Макель закрыл за собой дверь и сбежал по ступеням. – Стража! – Вот теперь я бы им обрадовалась. – Стража!

– Котик, котик, успокойся, – мягко сказал он, подходя поближе. – Скучала?

– Почему ты все еще здесь? – спросила я. – Ты своего добился.

Королева Маргарита погибла, «Сваи» спасены, его подпольной торговле больше ничто не угрожало.

– А куда мне торопиться? – Макель выпятил грудь. – Моя дорогая подруга королева Арабелла пожелала, чтобы я остался при дворе. Я стану ее наперсником.

Я покачала головой. До сегодняшнего утра я даже имени ее не слышала.

– О да, – сказал он, заметив мое замешательство. – Мы дружим уже много лет.

Он сжал решетку руками, и я ахнула. На них не только не было бинтов: они полностью зажили.

– А-а, заметила? – Он пошевелил пальцами. – Наша расчудесная королева выдала мне дозу ГИДРы. Ежегодную квоту. Ну разве я не везунчик?

Я боролась с желанием закричать. Отец при смерти, Варин к тридцати годам ослепнет и поплатится за это жизнью, а бесценную ГИДРу получил Макель? И где здесь справедливость?

– Хочешь, раскрою тебе тайну? – сказал он. – Тебя все равно скоро повесят, так почему бы и нет?

Я поджала губы. Мне не нужно было ничего, что Макель предлагал даром. Наверняка это очередная уловка.

– Знаешь, почему ГИДРы так мало?

Я ничего не ответила.

– Когда-то ГИДРа была женщиной. Врачом, к слову сказать. Но не простым, а подправленным.

ГИДРа – человек? Но если она могла исцелить любого, почему помогала лишь одному пациенту в год?

– Знаю, о чем ты подумала, – махнул рукой Макель. – Но нет, она вовсе не была похожа на моих подручных. Она другого поля ягода. – Он ухмыльнулся. – Ее гены отредактировали так, чтобы она могла работать с больными, не заражаясь. Как-то раз, извлекая из живота пациента осколок, она порезалась, ее кровь капнула ему на рану, и хоп… – он хлопнул в ладоши, – рана зажила.

Улыбка расползалась по его лицу медленнее, чем протекали мои тюремные будни.

Я стиснула зубы. Я буду молчать. Он не увидит, как мне больно.

– К несчастью, – беззаботно продолжил он, – ее уже давно нет в живых. Но когда она умерла, из ее тела выкачали всю кровь. – Он взглянул на свои руки. – Кровь пытались воссоздать, но все эксперименты провалились. Тогда ее разбавили, чтобы получилось больше доз. Почти все запасы израсходованы, а воровке, да еще и убийце, никто помогать не станет.

Я попятилась и уперлась спиной в стенку.

– Милый наряд, – сказал он, окинув взглядом мои лохмотья. – Только лицо у тебя больно бледное.

– Оставь меня в покое, – сказала я. – У меня есть дела поважнее.

– О, это уж точно. – Он вздохнул и ослабил воротник. – Моя милая Кира, как бы мне хотелось, чтобы все обернулось иначе…

– Иначе? – рявкнула я. – Ты меня подставил! Ты дергал за ниточки, а всю грязную работу, как обычно, выполняли твои подручные. Сегодня я умру вместо тебя.

– Вместо меня? – Он ткнул себя пальцем в грудь. – О нет, я не убивал королев. И подручные тоже. Они в Тории, приглядывают за Аукционным Домом. Если ты так ничего и не поняла, буду яснее. – Он указал на меня. – Их убила ты.

– Макель, кончай вешать лапшу на уши. Кроме нас тут никого нет.

– Котик, ты ошибаешься. Причем во многом. Я правда жалею, что так вышло. Я не хотел, чтобы тебя поймали. Это заслуга твоего дружка. – На последнем слове в его глазах появился стальной блеск. По его лицу проскользнула тень ненависти, и на мгновение под маской очарования я разглядела его истинную сущность. – Он сдал тебя инспектору еще до моего прибытия, и мне пришлось срочно менять планы.

– Значит, ты признаешься? – Наконец-то хоть кто-то говорил правду. – Ты спланировал покушения и подкупил Варина?

– И да, и нет. – Он склонил голову набок. Вместо котелка он нахлобучил золотой цилиндр, который ни капельки ему не шел. – Я приложил к этому делу руку, но Варина не подкупал. И уж точно не хотел, чтобы ты попалась. Я вложил в тебя слишком много времени и денег. Нет, даже после нашей маленькой ссоры я не желал тебе смерти.

Он оглядел руки, будто ища изъяны.

– Я… – У меня дрожали коленки. – Что ты хочешь сказать?

– Кира… – Мне уже невыносимо было слышать из его уст свое имя. Я не хотела, чтобы последним человеком, назвавшим меня по имени, был Макель. Кто угодно, только не он. – Ты мастер своего дела, но скрываться с места преступления так и не научилась. – Он поднял указательный палец. – Вспомни, чему я тебя учил.

Туда быстро, обратно еще быстрей.

– Нет, – прошептала я. – Я никого не убивала.

Но Макель не лгал. Это было видно по его лицу.

– Мне нужен был убийца, но найти хорошего наемника нелегко, – сказал он. – Мне не хотелось делиться замыслами с незнакомцем, мне нужен был человек преданный. Год назад меня осенило: идеальный убийца у меня уже есть! – Год назад. Именно тогда Макель изменился. Отдалился от меня. – У меня уже есть человек, способный тайком провернуть четыре убийства. Моя дражайшая Кира. Моя лучшая воровка. Я прекрасно тебя обучил.

– Но я никого не убивала…

Не смогла бы. Не согласилась бы. Это просто немыслимо!

– Убивала, котик, просто ты этого не помнишь. Знакомые вещицы? – спросил он, протягивая что-то на ладони.

– Коммуникационные чипы, – пробормотала я.

– Это не просто чипы, – покачал головой Макель.

– А что же это? – спросила я, хотя боялась услышать ответ.

– Настоящее сокровище. – Он взял один чип двумя пальцами и поднес к глазам. – Это новый, усовершенствованный вид чипов. Из-за нежелательных побочных эффектов продавать их запретили. – Он пожал плечами. – Но ты же помнишь моих друзей-пограничников? – Едва ли можно назвать друзьями тех, кого держишь на крючке при помощи шантажа. – Они были счастливы сообщить мне, что партию этих самых чипов заказал один лудский чиновник. Он хотел проверить, можно ли использовать их на рынке развлечений. Мне оставалось лишь перехватить посылку.

Так значит, насчет убийства настоящего заказчика Макель не шутил.

– Я поручил тебе украсть чипы, и ты прекрасно с этим справилась, – продолжал он. – Чтобы я не добрался до них, ты решила их проглотить, и это было поистине гениально. Я планировал накормить тебя ими насильно или спрятать их тебе в еду, но все обернулось куда удачнее: ты приняла чипы добровольно и даже не догадалась, что этого я и хотел.

– Ничего не понимаю, – сказала я.

– Бедняжка Кира. Разве ты не видишь? На чипах был план покушения. Мой план. Когда ты вручила их мне, они были пустыми. Совершенно безвредными. Но стоило мне записать на них свои мысли… – Он оскалился, и у меня внутри все похолодело. – Узнав, что вы решили встретиться с заказчиком, я нанес визит в Дом Согласия, чтобы подтолкнуть тебя в нужном направлении. Ты думала, что пришла во дворец по своей воле. Что сама приняла решение.

Из-за Макеля я украла чипы, из-за него же их и проглотила.

Макель. Макель. Макель. За всем этим стоял он.

– Что делают эти чипы? – едва слышно проговорила я. Бежать от правды не было смысла.

– Подчиняют разум, – ответил он, не сводя с меня глубоко посаженных подведенных кайалом глаз. – Но чтобы они подействовали, – он перебросил чип из одной руки в другую, – ты должна была совершить три вещи. Дотронуться до орудия убийства. – Он провел пальцем по своему запястью. – Попасть на место преступления. – Он обвел руками дворцовые стены. – И увидеть жертв. – Он с усмешкой поднял четыре пальца и пошевелил ими. – После этого тебя было уже не остановить. – Он загнул пальцы один за другим. – Ты – мой идеальный убийца.

Подчиняют разум…

Я уставилась на свои трясущиеся руки.