Astra Maore – Любимая для эльфа 3 (страница 27)
Лукас не желал уходить от аллегорий:
— Маю играет с огнем. То ли она безнадежно глупа и не понимает, что пляшет на крышке кипящего котла, то ли это все ей безумно нравится. Мне же придется разгребать противоправные нарушения.
Перед мысленным взором Тамико проплыли моменты, когда Маю говорила, что Макс был с ней груб.
— Насколько серьезные?
Лукас вздохнул:
— Минимум, он ее где-нибудь запрет. Максимум, его любовь обратится ненавистью и желанием сделать непокорную женщину своей раболепной игрушкой. Кажется, Магнус когда-то проделал это с нами, за что и поплатился в глобальном смысле. Но я абсолютно не уверен. Возможно, все было ровно наоборот…
Тамико испугалась:
— Это можно как-то предотвратить?
Лукас мотнул головой:
— Неа. Слишком много его кровушки Маю выпила. Можно только смягчить. А если она будет жаловаться, любой из нас, его братьев, встанет на сторону Макса. Я тоже.
Тамико обуяла решимость:
— А если я пойду и поговорю с ним?
— Лишь упрочишь его желание так поступить. В конце концов, Маю получит урок обращения с огнем.
Тамико хотелось выругаться, но сквернословие не было в почете у анамаорэ, и Тамико создала и с грохотом лопнула немного материи, чтобы хоть как-то сбросить возникшее напряжение.
Лукас продолжал меланхолично всматриваться в будущее.
Глава 579. Холодный ум
Эротичность, точно надпись на песке, смытая волной, покинула общение Анели и Оливера.
Анеля с тоской понимала, что романтические отношения с высоким темноволосым мрачноватым Оливером опять остались в далеком прошлом.
В то же время их дружба, противоречивая и странная, сдобренная изрядной порцией влюбленности, оставалась в силе. Оливер берег чувства Анели, скрывая обстоятельства, занимающие его мысли и лишающие покоя его чувствительную душу.
Расставание с Жизелью не состоялось — Жизель заявила, что пока «не отпускает» Оливера, одновременно давая Оливеру право на свободную жизнь. Беда заключалась в том, что аналогичное право Жизель хладнокровно оставила за собой и вовсю им пользовалась.
Оливер не представлял, зачем именно Жизель встречалась с Леоном — экзотичным не-анамаорэ и высшим жрецом Магнуса в полном расцвете сил — и ревниво додумывал, что причина их свиданий однозначная. Жизель пользовалась служителями бога раньше, что могло остановить ее теперь?
Оливер ощущал, что лишается привычной опоры в душе. В отличие от напоказ веселой Анели, мечтавшей обнять его и присвоить себе навсегда, Жизель расчетливо распоряжалась их отношениями.
Она еще больше работала, стала чаще посещать различные официальные вечеринки, не предоставляя Оливеру шансов побыть вдвоем и мягко ускользая из его рук.
Оливер с необычайным воодушевлением вспоминал дни, когда всем, что Жизель хотела, был он, и Жизель вовсе не стеснялась демонстрировать свои намерения.
Маю не входила в число лиц, чей характер Лукас должен был представлять назубок, но интуитивно он угадал возможную причину ее поведения.
Обладая живым холодным умом и незаурядным любопытством, Маю, в сущности, ставила над возлюбленным бессознательный эксперимент, определяя пределы, до которых Максимилиан мог бы дойти.
В целях этого изучения Маю была готова даже пожертвовать собой — ярость и страсть не были тем, чего Маю боялась, благо она считала отвагу и рассудительность своими лучшими друзьями.
Пожалуй, Маю опасалась лишь, что Макс применит «пытки» наподобие божественных — тогда она выиграла, но захоти Магнус удовольствиями сломить ее волю до конца, Маю не представляла, кем она была бы теперь.
Лукас смеялся до слез, застав жену за метаморфозами — фигуристая и крепкая Тамико решила зачем-то зрительно увеличить себе мускулы. Нельзя было сказать, что Тамико совсем не шло, но все же изменение вызвало у Лукаса приступ веселья.
— Все равно у меня объемнее и естественно больше, Пушистик! Ну ты даешь!
Тамико обиженно засопела, но в итоге, поддавшись эмоциям милого, забыла об обиде и вернула свою внешность к прежней форме.
Глава 580. Достойная партия
К большому облегчению Флавиана, Николь, уже нашедшая себе какого-то парня, чья личность практически не интересовала Флава — был парень и был — отнеслась к Лилит без ревности и даже с некоторым дружелюбием, взяв на себя дополнительную опеку над начинающей актрисой.
Безусловно, какие-то способности к игре у Лилит были, иначе бы Лилит не смогла вводить в заблуждение прихожан в амплуа жрицы, оставаясь по меркам анамаорэ чрезвычайно неискушенной.
После ухода Магнуса Лилит практически не видела смысла разыгрывать спектакль с интересом к мужчинам. Маг, нисколько не удивленный ее решением, назначил Лилит вместе с некоторыми другими девушками ответственной «за миллион сортов новых вин, и никто не догадается о моем отсутствии», что освобождало Лилит от постоянного присутствия где-либо.
Потому Лилит отдавала всю себя репетициям, совмещая театр со свиданиями с Флавианом. Флав завел кучу параллельных проектов, лишь весело отмахиваясь от шутливых предложений Тамико или Лукаса о перерождении — перерождение в их сына не требовало спешки.
Флавиан улыбался и сиял, любуясь одухотворенным лицом Лилит, ее глубокими глазами, вглядывающимися в суть роли. В конце концов, спустя время Флав даже был бы готов к профессиональному соперничеству с Лилит, а сейчас его безумно вдохновляло смотреть в одном направлении с ней.
Публика встречала их пару сравнительно ровно — умы не будоражила ни таинственная красота «незнакомки из чужого мира», ни скандальная связь в родном клане. Жрица Мага или кто-то из правящей семьи — подобного расклада народ и ждал для своего кумира.
Нужно было признать, что маленького уютного мира семьи и отлично освоенного профессионального небосклона перестало хватать для счастья. Роберт чувствовал — он способен на большее. Оставалось выбрать направление пути и как-то развиваться дальше.
Ответ пришел неожиданно — Роберт много времени уделял спорту, занимаясь для себя. Время и силы позволяли ему взять под опеку кого-то еще. Начать работать тренером.
Колетт идею одобрила — излишки агрессии уходили бы таким образом в безопасное русло.
Мягкий завиток густых волос над загорелым ухом, волнующий запах, живой блеск синих глаз — сейчас Лукас на несколько секунд отвернулся, и Тамико поймала себя на удивительно странной мысли: существовало множество других женщин, для которых ее муж вовсе не был красивым и даже притягательным!
Эти прочие женщины не пьянели от его бархатного голоса, не радовались его умным рассуждениям, не заражались его страстью и не восхищались его силой и сноровкой. Получались миллиарды вариантов иных отношений.
Ощущение, лишенное созвучия ее миру, не понравилось Тамико, и она упрямо мотнула головой. Лукас говорил, что Магнус, еще недавно преданный ей до боли Скиталец, врос в Томоко, в частичку их прежнего существа. Впечатался до полубезумия, которое в свое время возможно привело его к цепи мытарств. Но сейчас это влечение скреплялось взаимностью, Магнус и Томоко отправились исполнять танец бытия сообща.
Тамико поинтересовалась:
— Ну как, народ-то они новый создали?
Лукас ответил:
— Возможно. Маг не вдавался в подробности. Сделают, я уверен. Что-то более динамичное, чем наш закрытый мир. С препятствиями, опасностями, серфингом в волнах — он такое любит. К тому же, одних народов мало, нужна полная инфраструктура. И пиар. Кто-то будет соглашаться там играть, но анамаорэ я ему не отдам!
Глава 581. Невзаимность
Увы, Эстелла все яснее осознавала, что ее планы сделаться Верховной Жрицей не только по выбору бога, но и его жреца Леона, терпят крах.
Леон относился к Эс с явным уважением, вежливо сносил ее взбалмошные выходки, однако выказываемое им терпение напоминало лишь снисходительность руководителя труппы к шалостям примы.
Как-то Леон и вовсе сказал:
— Магнус тебя любит, — без тени ревности в голосе. Эстелла не знала точно, решил ли он так ее приободрить или наоборот показать свою полную в ней незаинтересованность.
Разумеется, сама Эстелла очень ровно воспринимала Леона, она хотела власти, а не брачных игр. Полная взаимность озадачила ее и лишила сил. Впервые в ней настолько явно не видели женщину.
Очаровать одного из царевичей представлялось Эс невозможным, а всякие прочие Двоюродные и Троюродные знатные эльфы не подходили ей по статусу. Младшие жрецы Мага также не вызывали ее интереса. В сложившейся системе Эстелле вообще не находилось счастливого места. Ей оставалось надеяться, что Магнус когда-нибудь изменит решение о ее ненужности в своей новой жизни и заберет ее с собой.
Все встало на места: таинственность братьев, ее любовников, их галантная, но весомая властность, неожиданное желание Паолы отправиться в длительное путешествие, принимая дар гостеприимных брюнетов, Лукаса в частности.
К своему ужасу, Ванесса просто не смогла бы отказаться.
Для родителей ситуация оставалась прежней: их дочери давно жили отдельно, периодически наведываясь в гости. Паолу теперь временами подменяла искусно созданная копия — известие об этом вызвало у Несс ступор. Ванесса не догадывалась, что мир может быть еще и таким!
Ринальдо постоянно находился с Ванессой рядом. Всегда рядом, когда ей требовалось, успокаивая и рассеивая ее страхи. Совершенно ее мужчина, чувствительный, но очень надежный, и Вэн точно знала, что пойдет со своим персональным царевичем, куда бы он ни пожелал.