Astra Maore – Хозяин моего тела (страница 58)

– Я не хочу рожать, Элиас. И не буду. Мы не женаты. Ты не имеешь права меня принудить. И если были бы женаты – тоже.

Элиас просто приподнимает бровь.

– Я не намерен обсуждать свои слова, Лола. Нам пора, – и Элиас выходит из машины с каким-то небольшим чемоданом. На глазах у него солнечные очки.

Мне он велел подкрасить губы красным еще в дороге. И тоже надеть очки.

Элиас идет к двери ресторана, как несокрушимый военный корабль. А я еле поспеваю за ним.

Не буду думать, что все прохожие сейчас обо мне говорят, а то от стыда подверну ногу и еще больше опозорюсь.

Но самый большой шок поджидает меня внутри, когда Элиас говорит хостес всего два слова:

– В кабинет.

А она обворожительно улыбается.

– Конечно, господин Романо.

Романо?!

Плевать, что наглая девица меня игнорирует, смотря только на Элиаса. Романо – это фамилия владельца Агентства. Фамилия дамы с портрета и промышленника Филиппа Романо, ее мужа.

У меня голова идет кругом. Элиас все-таки один из них? Романо несметно богаты и влиятельны. Там целый клан.

Информация о его семье всегда была у меня под носом, но я закрутилась и не стала «копать». Поверила в то, что раз Элиаса нет на семейных фотографиях, то и портрет его матери – какая-то подделка. Так мне было проще дышать рядом с ним.

Хотя что бы изменилось, узнай я о его семье сразу?

Возможно, петля на моей шее затянулась бы раньше.

Для Романо я даже не пешка. Я – пыль.

Но у меня только одна жизнь, господин Романо. И я не дам тебе ее разрушить.

Наверх ведет шикарная мраморная лестница, но мы проходим мимо нее и оказываемся в малозаметном коридорчике около лифта.

Хостес снова улыбается.

– Приятного вечера, господин Романо. Госпожа.

О, она и меня «заметила». Все-таки вышколенная прислуга.

Наверное, Элиас привык, что все вокруг такие вот предупредительные и вежливые. Хочет, чтобы и я такой же стала. Чтобы потеряла себя и стала удобной ему.

Я прямо чувствую горький, мерзкий привкус обреченности на языке.

А Элиас нажимает на кнопку вызова лифта, и дверцы сразу раскрываются.

Н-да. Эта кабинка прямо произведение искусства. Деревянные панели, зеркала по бокам, а по центру мягкая… кушетка. На полу растительный орнамент.

Я замираю, любуясь дизайнерским совершенством, а Элиас заходит внутрь.

На секунду мне хочется сбежать. Бросить все. Выскочить из этого роскошного здания и затеряться в людском потоке.

Угу. В красном платье, рыжем парике и туфлях на танкетке. С саднящей промежностью.

Как быстро меня схватят люди господина Романо, не хочется думать. Что они мне сделают за побег – тоже.

И я шагаю в лифт. Хотя он просторный, кажется, что я притиснута к Элиасу. Все пространство занимают он и его подавляющая, властная аура.

Все те ужасные чувства, которые я пережила на нашей первой встрече, вспыхивают с новой силой.

Элиас смотрит на меня настолько темным пристальным взглядом, будто жизнь из меня по капле выпить хочет. Или желает разложить на вот этой мягкой кушетке и трахать, не сводя с меня глаз и сжимая мне горло крепкой ладонью.

Нужно срочно разорвать эту порочную «магию». Как-то собраться и наплевать на все его внезапное богатство и происхождение.

Сколько можно, как кролик перед удавом, залипать на свою смерть?! Не в прямом смысле, надеюсь, но как свободной полноправной личности – точно.

Ну, Романо Элиас и Романо. И что? В лесном домике были только жаркие шлепки наших тел. Абсолютно плебейские.

Жгучий взгляд Элиаса скользит по моим губам, и я через силу отворачиваюсь. Тихо спрашиваю:

– Как тебя зовут на самом деле?

– Элиас, Лола. Элиас Конте и Элиас Романо. Пойдем.

Я только сейчас замечаю, что лифт остановился, и дверцы открылись.

Мы выходим из коридорчика и оказываемся около какой-то двери, где на этот раз стоит мужчина в униформе ресторана.

Элиас кивает мне на дверь.

– Заходи. Садись. Я пока сделаю заказ.

Вот так-то, «малыш». Тебе даже не позволено видеть меню. «Привыкай».

Действительно. Чего ты, деревенщина, понимаешь во вкусах? Подписала рабский контракт, так будь добра, исполняй условия.

А зашипишь тут при метрдотеле, так только себя и опозоришь. Не безупречного же господина Романо с его идеальными манерами.

Я открываю дверь, прохожу внутрь и плюхаюсь на ближайший диван элегантного цвета марсала. Кабинет словно взят из дома Элиаса. Тот же классический стиль и смешение серого, бежевого, белого и темно-красных тонов.

Возможно, один дизайнер ими занимался. Похоже, теперь мне будет разрешено находиться лишь в домах семьи Романо на землях семьи Романо. И нигде больше.

Одним словом, сказка. Только почему же у меня так отчаянно першит в горле от горечи?

***

Элиас входит в кабинет минут через семь, и за это время я успеваю прийти в удивительный баланс между взвинченностью и полной апатией.

О чем можно разговаривать с метрдотелем столько времени? Не обсуждать же дела управления рестораном!

Или они по-тихому решили запереть меня в этом кабинете… жить? Нет. Это уж совсем абсурд.

Я успеваю поправить макияж, пролистать свежие новости в соцсетях и накрутить себя, когда блестящий Элиас открывает дверь и вносит в кабинет свой загадочный чемоданчик, который взял из машины. А затем садится на диван напротив меня.

– Ты успокоилась, Лола?

– О чем ты? – я искренне не понимаю этот странный вопрос.

Элиас впивается в меня ледяным взглядом.

– Ты ненавидишь меня настолько, чтобы убить моего ребенка?

Его слова бьют меня по лицу, как пощечина.

– Я не… Да что ты такое говоришь!

Элиас кивает будто бы своим мыслям.

– Больше ни одной таблетки без моего ведома, Лола. Сейчас нам принесут еду и оставят наедине. В чемодане новое платье, обувь и парик для тебя, а также линзы и немного косметики. Я не могу отвезти в клинику шлюху, поэтому ты изобразишь совсем другую девушку.

Я слушаю его и, кажется, не дышу. Изобразить другую девушку ради безопасности или конспирации – ладно. Но что значит никаких таблеток?!

– Ты меня не слышишь, Элиас? Я не хочу рожать. Ни от тебя, ни от кого. Вообще не хочу. Мне всего восемнадцать, и у меня модельная карьера…

Он хищно и зло прищуривается.