Astra Maore – Хозяин моего тела (страница 60)

Ах да – завтра же Аткинс явится.

Единственный выходной оказался очень насыщенным и пролетел мгновенно.

Самое главное – я теперь невеста. Хотя у меня и полно самых разных страхов, сердце трепещет от радости.

И все же, прижимаясь к Элиасу в машине по пути домой, я прошу:

– Милый, уволь Долорес, пожалуйста. Она мне ужасно не нравится. Напоминает о самых худших временах.

Элиас нежно целует меня в губы, а потом говорит:

– Хорошо, малыш. Теперь ты будешь сама выбирать всех работников женского пола.

***

ЭЛИАС

Мне хочется стиснуть ее. Сжать так, чтобы хрустнули кости. Но я никогда этого не сделаю.

Лола, блять. Такая моя, драгоценная и бесконечно желанная Лола прямо сейчас ускользает у меня сквозь пальцы.

Я думал, что она устроит мне скандал за нападение, как-то обзовет или, может, расплачется от передоза эмоций, но нет.

В домике Лоле все понравилось. Она была чертовски мокрая и чертовски сладко стонала.

Но как дошло до главного, она решила меня жестко послать. Вот так, своим упрямым отказом родить мне ребенка. Она не ребенка этим послала, а меня самого.

Или сказочный идиот – опять я?

Вдруг ее пугаю даже не я, а ее собственные предрассудки? Что карьера для успешной женщины важнее детей и всякое такое.

Ну а я верю в судьбу. Если, блять, человек зародился, то его судьба – жить.

И почему, блять, только женщины принимают решение, жить кому-то или нет?

У меня уже есть племянники от моих сестер. Я люблю детей. Я хочу большую семью, как та, в которой я сам вырос.

Если какие-то ублюдки в двадцать девять еще не дозрели до семьи и хотят только прожигать жизнь с шалавами, я не такой.

БЛЯТЬ.

Я был таким. Именно таким, пока не встретил Лолу. До нее – да, я только покупал шлюх и естественно не задумывался об отношениях или тем более семье с путанами.

Но Лола пробудила все то, что я впитал с материнским молоком. А меня очень хорошо воспитывали. Привили семейные ценности.

Сейчас прекрасный возраст, чтобы остепениться. Шалавами я по горло сыт, а Лола до последней капли крови – моя.

И если она пока это не понимает, я объясню ей доходчивее.

Хостес на входе в ресторан какого-то хрена называет меня по не известной Лоле фамилии. Хотя, да, как хостес еще может называть…

Ну вот, Лола. Теперь ты знаешь обо мне намного больше. Я помню, как ты щелкнула портрет моей мамы и не могла связать концы с концами. Теперь свяжешь.

Только не пугайся, малыш.

Ты опять себя накрутишь по какому-нибудь надуманному поводу, а мне разгребать.

Ты сейчас, как зверенок, разве что не рычишь. Прячешь коготки, но я чувствую, как ты хочешь запустить их мне прямо в лицо.

Хватит, Лола. Ну почему с тобой так сложно, а?

Я хочу сказать, что люблю тебя, но ты смотришь на меня, как на злейшего врага. До омерзения холодно.

Потому я говорю тебе совсем другие вещи и надеваю на палец кольцо.

Так-то, малыш. Оно тебе чертовски идет. Ты у меня самая красивая на свете невеста.

И кольцо действует магически.

Расколдовывает Лолу из психованной ледяной истерички в мою живую любимую девушку.

Костьми лягу, но сделаю ее счастливой.

Лола не знает, что за входом в ресторан сейчас следят снайперы. Не подозревает, что лица всех прохожих мы записываем. Но, возможно, у той твари, которую мы ищем, умение маскироваться не хуже нашего.

По улицам Лоле ходить пока рано. Зато в наш дом сложно проникнуть любой суке.

С завтрашнего дня я верну Лолу в строй и проверю свои подозрения.

А неделя воздержания, которую отвели нам медики, пролетит мгновенно. И тогда держись, малыш.

Глава 19. Шипы

ЛОЛА

Весь вечер меня колбасит. С одной стороны, мне ужасно хочется вышвырнуть Долорес прямо сейчас, чтобы она не сглазила мое счастье. С другой, рот сам растягивается в улыбке, что эту стерву корежит от того, как я «хорошо устроилась».

– Ты кровожадная малышка. Долорес живет здесь. Ей нужно хотя бы собрать вещи, – Элиас смотрит на меня своими темно-карими глазами, и у него больше нет бороды.

– Дай ей пару человек в помощь и высели в отель. Это быстро.

– И непорядочно. Завтра я намекну Долорес, чтобы она начала подыскивать себе новое место. Она слишком много обо мне знает, чтобы так просто ее убрать.

Я обиженно надуваю губы.

– Зато я, твоя невеста, знаю мало. Как ты собираешься знакомить меня с родственниками? Я не знаю про них вообще ничего и опозорюсь!

– Отличная идея, малыш. Я весь вечер чудом держусь, чтобы тебя не съесть. Обсуждение семьи меня точно охладит.

– Не слишком-то охлаждайся, – я смеюсь.

– Не представлял, что ты такая развратная, Лола. Но мне это дико нравится. Спать мы точно будем в разных комнатах, иначе нам придется срочно ехать в клинику…

Я снова смеюсь. Мы сидим в обнимку у Элиаса в комнате. Вдалеке ходят его милые коты Персик и Сэм.

– А я сразу поняла, что ты очень горячий. И я просто убью тебя, если ты продолжишь работать с моделями! Я не святая и не приму эту работу.

Элиас нежно гладит меня по лицу.

– Теперь только ты, Лола. Будешь отдуваться за всех. Поверь, с моим аппетитом это непросто. Но я завяжу с модельным хобби. А ты помнишь мою анкету слово в слово?

Я киваю и целую его. Целовать господина Романо Конте – мой новый личный наркотик.

И как есть – темноглазый, черноволосый, смуглый и без бороды – Элиас нравится мне сильнее. Наши дети точно возьмут его природные цвета внешности, и я только за.

Весь дальнейший вечер я знакомлюсь с его семьей, рассматриваю тонну фотографий, на которых есть маленький и совершенно чудесный Элиас, и наслаждаюсь его волнующим голосом.

И даже ужин при небольшом участии Долорес не сильно портит мне настроение.

Когда мы нехотя собираемся спать, Элиас говорит:

– Аткинс придет около одиннадцати. Позанимаетесь в моем спортзале. Ты там еще не была.

– Угу. Я даже бассейн еще не видела!

И знаменательный подвал – тоже…

– Не дразни меня, Лола. Все-таки пока ты меня плохо знаешь.