Astra Maore – Хозяин моего тела (страница 36)

Какого хрена мы тратим время вместо того, чтобы выяснить все здесь и сейчас?

Ах да. Ожоги. С ними ничего особо нельзя. И больно, и инфекция попадет.

Я рассказываю Лоле про особенный договор, полностью развязывающий мне руки, и ухожу.

Потому что смотреть на Лолу просто так – пытка. Думать о ней – пытка. Видеть ее розовый острый язычок – тоже пытка.

Хочешь деловые отношения, Лола? У нас будут строго деловые. По крайней мере, до обеда – точно.

А на обеде тебе придется принять правду. Расследование, мол, идет крайне медленно. Хотя на деле Тару уже допросили и рассказали мне ее мотивы и причины.

Так что ты, Лола, останешься у меня. На столько, на сколько я захочу. Все выезды теперь тоже только со мной.

И это не обсуждается.

Глава 12. Никогда не полюблю тебя!

ЛОЛА

От злости я сжимаю вилку так, что костяшки пальцев белеют. Но я замечаю это только потому, что Элиас смотрит на мою руку с легкой улыбкой.

Ах так?! Ему, значит, весело?! Ему нравится зажимать меня в углу, унижать и насмехаться? Этот самоуверенный красавчик возомнил себя не только моим начальником на работе, но и хозяином всей моей жизни?

А теперь ему смешно, что я такая хрупкая и беззащитная, а сопротивляюсь? Серебряная вилка с инициалами «Э. К.», конечно, то еще оружие, но ткнуть я ей сумею.

– Это как ты не отпустишь? – шиплю ему в лицо. Раз Долорес нас не подслушивает, мне нечего стесняться. А сам Элиас пусть думает обо мне, что захочет. Теперь мне наплевать. Потому что как бы он мне ни нравился, свою свободу я ему не отдам. Только мне решать, как мне жить.

Элиас внимательно меня слушает, а потом снисходительно заявляет:

– Не путай Агентство и жизнь, Лола. Но если ты мечтаешь работать продавщицей без образования где-нибудь в захудалом районе – пожалуйста. Я даже помогу тебе выплатить неустойку…

Ишь ты, какой благородный. Я смотрю в его теплые карие глаза и цежу:

– Нет. Я не хочу быть тебе обязанной.

– Не перебивай. – он накрывает мою руку ладонью и слегка ее сжимает. Так, что ясно – я могу брыкаться, только когда он мне это позволяет. И я серьезно пожалею, если ослушаюсь. – Давай попробуем, Лола. А если не выйдет, то не потому, что какое-то Агентство нам что-то запрещает.

Давай попробуем что? Секс в подвале? Неуважение, потому что я из семьи алкоголика? Меня переполняет возмущение, но что я могу поделать с этим огромным сильным мужиком? Не тыкать же в него в самом деле вилкой. Тем более, какая-то часть меня жаждет попробовать все, что бы он ни предложил.

Глупая, непристойная часть души, которую я держу под замком.

А если я ее выпущу, то никогда не стану любимой женщиной и единственной женой. На похотливых не женятся. Их используют и выкидывают.

И как бы мне ни хотелось ответить «давай», я говорю совсем другое:

– Убери руку… пожалуйста. Ты мешаешь мне есть. И дай подумать. На меня и так постоянно покушаются, я постоянно переезжаю, нормально не сплю который день… Я так с ума сойду! – я смотрю только на наши красиво сочетающиеся по цвету руки, опасаясь взглянуть Элиасу в глаза.

Не представляю, что он чувствует. Если бы он признался мне в любви, одно дело. Но в его почти черных глазах только безудержное желание. Ни тебе нежности, ни понимания… или я слишком к нему строга?

Стал бы Элиас селить меня в своем доме, если бы испытывал ко мне только похоть? С другой стороны, если его цель благополучно упечь меня в подвал, почему нет?

Он говорит:

– Хорошо, Лола, думай. Я знаю, что ты ждешь какие-то особенные слова… но я не хочу тебя обманывать.

Ох, неужели все эмоции написаны у меня на лице? Кто я для него: проходная моделька или забавная дурочка? А может, то и то?

Рука Элиаса так и находится поверх моей, потому я бросаю неприкаянную вилку, выдергиваю свою ладонь из его захвата и быстро вскакиваю со стула.

– Хочешь трахаться без обязательств, Конте? Я же сказала: нет. И твоего подвала я не боюсь!

Элиас выглядит абсолютно невозмутимым. Иногда я завидую его самообладанию.

– Еще топни ножкой, а потом упади на пол и покатайся по нему, как капризный ребенок. Я не хочу трахаться без обязательств, Лола. Я просто не могу сейчас сказать, что люблю тебя.

Не любит. Он меня не любит. Вот и все. И ему хватает наглости выплюнуть мне это прямо в лицо.

– Пошел ты!

В следующее мгновение его стул летит в сторону, а я… оказываюсь прижата к Элиасу спиной. Его ладонь уверенно зажимает мне рот.

Волоски на моей коже встают дыбом. Я разозлила демона из ада, и сейчас он меня прикончит!

Но вместо кровавой расправы его жаркие губы оказываются прямо около моего уха, и я слышу шепот, от которого в низ живота бегут непрошеные мурашки.

– Нарываешься на урок хороших манер? Не забывайся, Лола. И я ведь не говорил, что никогда не полюблю тебя.

Элиас резко убирает ладонь, давая мне ответить. Наглый, высокомерный бандит, которому ничего не стоит скрутить меня, пусть это и не капли не больно.

Ладно, Элиас. Раз ты презираешь меня, и я недостаточно хороша, чтобы меня полюбить, я тоже тебе врежу. По-женски. Я уверенно произношу:

– Зато я тебя – никогда!

– На спор?

Элиас не поддался? Его тон полон превосходства. Ненавижу эти хриплые нотки. И себя тоже ненавижу, потому что они совершенно однозначно на меня действуют.

– Не буду я с тобой спорить! Да хоть в подвал меня посади – я все равно тебя не полюблю! – моя голова идет кругом. Как всегда, когда Элиас Конте настолько близко.

А сейчас он тесно вжимается в меня своим твердым напряженным телом и, кажется, сильно возбужден – я полностью теряюсь. Говорю прямо то, что думаю. Это какой-то ненормальный и непонятный гипноз.

Элиас наклоняется и вновь шепчет мне прямо в ухо, обдавая ароматом своего парфюма и вызывая толпу непрошеных мурашек.

– Прекрасно, Лола. Восхитительно. Ты мне нравишься, но сама меня не любишь и не полюбишь никогда, зато вся дрожишь от возбуждения. Будем с этим работать.

Ненавижу, ненавижу тебя, проклятый!

Но куда-то бежать, плакать или бить посуду действительно будет крайне нелепо.

Элиас отпускает меня, садится за стол и как ни в чем не бывало с самой безмятежной мордой принимается есть свой обед.

А вот хрен ему! Не стану я больше закатывать скандал. Ничего он от меня не получит. Ни единой слезки, ни одного крепкого слова. Совсем ничего.

Я отодвигаю себе стул и усаживаюсь рядом. Салатик и рыбка не виноваты, что хозяин этого дома – такой гад.

***

– Пыхтишь, как еж.

Остаток обеда проходит в напряженной тишине, пока Элиас вдруг не говорит про ежа. Я и вправду отвратительно зла.

И в ответ на его слова только… фыркаю. А эта сволочь весело смеется.

Что у него в голове? Что, черт возьми, на уме у человека, который вроде бы и спасает меня от преступников, но, с другой стороны, сам не сильно лучше.

– Тебя не учили ухаживать за девушками? – я произношу максимально холодно.

Элиас и бровью не ведет.

– Отдыхай, Лола. Вечер и завтрашний день у нас свободные, хотя о завтра отдельно поговорим. У тебя есть какие-то пожелания?

Потрясающе. Он предлагает изобразить, будто между нами вообще ничего не было? Одни пресные деловые отношения?

Меня это не устраивает. Но, с другой стороны, не в моем положении обижаться и психовать.

Как бы то ни было, Элиас Конте – мой официальный начальник, и проблемы с Агентством в придачу ко всем прочим мне не нужны.

Ничего, есть и вполне приличный способ задеть этого хама.