Astra Maore – Хозяин моего тела (страница 35)

От необходимости ответить меня спасает Долорес. Она вкатывает симпатичный столик на колесиках и снимает с него салат и удивительно ароматную рыбу в овощах.

Желает нам приятного аппетита и уходит. Теперь совсем.

Все, Лола, ты доигралась. Только первый раз на столе мне точно не понравится.

Я киваю в сторону двери.

– Как думаешь… Долорес может нас подслушивать?

– Если хочет попасть на камеры, конечно. Как у вас с ней?

– Она извинилась… – нужно говорить о чем угодно, иначе Элиас может сорваться и наброситься на меня с жадными поцелуями. – А как продвигается расследование?

– Пока безуспешно, – Элиас морщится, – на лифчиках в принципе плохо хранятся отпечатки. На коробке сохранились бы лучше, но злоумышленник действовал со знанием дела. Кто бы это ни был, в домике камер нет…

Паршиво. Мысли о нежелательном сексе резко отходят на задний план.

– А взрыв прибора?

– К сожалению, мы не получим от фотостудии ничего, кроме материальной компенсации. Там все чисто. Ничего подозрительного. Дело с леопардом пока расследуем.

Меня захлестывает чувство беспомощности.

– То есть теперь я – живая мишень?

– Нет. – Элиас резко смотрит мне в глаза, и я замираю с наколотой на вилку оливкой. – Теперь все твои классы будут происходить здесь. Прямо в этом доме. А на выездные съемки я буду ездить вместе с тобой и присутствовать на них от и до.

– А если я захочу… уйти из Агентства?

Он окутывает меня нехорошим темным взглядом.

– Думаю, это не поможет, Лола. Потому что я тебя не отпущу.

***

ЭЛИАС

Мы с Лолой знакомы всего несколько дней, но, кажется, я ждал ее миллион лет. Она – хрупкая, маленькая, горячая – наконец, в моих руках. Моя. Такая настоящая.

И какая же сладкая! Не верит своему телу, трепыхается, вырваться от меня хочет. А потом обмякает, расслабляется и поддается. Сдается под напором моей страсти. Кайф.

Губы у нее невероятные. Мягкие. Податливые. Нежные. Чистое, невероятнейшее удовольствие.

Лучше всего, что я пробовал.

Я оглаживаю ее роскошное тело, сжимаю и дурею. Она вся упругая и такая ладная, как раз под мои руки.

И писк «Прекрати!» звучит откуда-то издалека. Неуместный писк и такой неуверенный, что хочется не обращать на него внимание.

Но нельзя.

Лола все равно уже никуда не сбежит, а если я сейчас поддавлю, она сломается, чего доброго, плакать начнет, истерику устроит. Собьет весь настрой.

Я с трудом отпускаю ее губы, но продолжаю держать саму Лолу.

Я ведь мог ее потерять. Прямо сегодня. И сейчас бы не стискивал ее такую теплую и нежную. Блять.

Я говорю об этом прямо вслух. А Лола пугается. Не верит, что я искренен.

Боится даже свои ожоги показать. Но недолго. То, как она закатывает штанишки, заставляет меня стиснуть зубы и призвать все свое самообладание.

Малыш. Какого хрена ты меня дразнишь? Ты же не хочешь, чтоб я продолжал.

Или хочешь, а это дебильная игра в приличия? Ваше женское кокетство.

Одно слово малыш, один знак – дай мне его – и ты узнаешь рай на Земле.

Никаких знаков. Ничего.

Ножки открыла и сидит, сжавшись. Мне так совсем не нравится.

Но хоть мозги потихоньку возвращаются на место. Я прошу Лолу показать мне конверт от сучки Тары. Как только она высунет хотя бы кончик, я заберу весь.

И малышка мне врет. Глядит своими кристально ясными голубыми глазами и врет.

Глупая. Раззадорила меня, себя не дала, а теперь нарывается.

Лола… Я же вспыхиваю моментально, хотя внешне по мне не скажешь.

Как можно мягче повторяю требование отдать мне хренов конверт. Не даст – заберу силой. На пол выпотрошу ее сумку.

Но малышке, кажется, плевать. Она внезапно обвиняет меня в том, что я хочу отношения. Но агентство типа как их запрещает.

Знаешь, Лола, на чем я вертел правила агентства?

Меня несет. Ты заводишь меня каждым своим жестом. Каждым взглядом.

Хватит долбаных игр. Ты хочешь меня, Лола?

Врешь, что нет. Врешь, потому что я вижу ответ твоего тела лучше тебя самой. Ты неопытная. Маленькая. Узкая. Не понимаешь, что все твои карты мне открыты.

Хочешь за меня замуж, Лола Асти?

Блять. Я что, сказал это прямо вслух? Какого хрена я уже второй раз говорю Лоле о женитьбе? Я уже совсем поехавший?

И я спрашиваю то, что смутит ее наверняка. Чтобы не думала о моем якобы предложении. Ты девственница, Лола?

Она еле заметно розовеет. Смущается. Мило. Чертовски мило.

Чего доброго думает, что быть девственницей в ее возрасте глупо. Еще как умно, Лола. Понимаешь, ты, маленькая ведьма, заставляешь взрослого мужика циклиться на тебе. На том какая тесная, влажная и горячая ты там, внутри.

Смущайся еще. И ты больше не выйдешь из этой комнаты девушкой.

Что? Давление? Вот это все – давление на тебя? Да что ты знаешь о давлении, малыш?

Но ты мастерски умеешь охладить меня. И я вспоминаю, что конверт так и лежит в твоей сумке. Зато понимаю, как получить его, лишь несильно приукрасив правду.

Я реально познакомился с соской Тарой на работе. Вызвал ее в кабинет и прямо там отодрал в наш первый раз. О том, что было дальше, теперь жалею.

Но фокус удается. Лола обязана мне подчиняться по модельному договору. И она слушается.

Пара мгновений, и я достаю фотку. Лоле сразу говорю, что не обязательно ее покажу.

И не показываю. Потому что фотошоп галимый. Наш типа трах с Тарой. То, чего не было никогда. Со шлюхами у меня мозги на месте. Что было, а чего не было – все помню.

Получается, цель ушлепков – деморализовать Лолу. Она бы увидела эту фотошопленную муть и ходила бы, не знаю, то ли расстроенная, то ли в ярости была бы и не смотрела бы по сторонам. Когда хочешь несчастный случай организовать, это все на руку.

Но Лола не дает мне додумать об этом. Спрашивает про наручники и кляп.

Гневная такая. Глаза сияют, щеки горят.

Умопомрачительная…

Я чего только ни делал, Лола. И сделаю еще. Вот только понять пока не могу: ты этого хочешь или просто так интересуешься?

Я ведь и с тобой сделаю то, что сам захочу, но приятно думать, что тебе это понравится.

А ты в тупике, и от твоего очередного смущения у меня кровь закипает.