Астра Голд – Лисичка для волка (страница 8)
— А ну, отдала, воровка!
На мгновение она выпустила волчьи когти и выхватила шампунь, оставив три глубоких раны на моём запястье. Боль я не почувствовала. Стыд жёг сильнее. Ещё никогда меня не обвиняли в воровстве.
— Прости, пожалуйста, прости, — мямлила я, шмыгая носом. — Он третий день здесь стоит. Думала, ничей.
— Все видели? У нас воровка появилась! Держитесь от неё подальше!
Так стыдно мне ещё никогда не было. Я даже заплакать толком не могла. Стояла истуканом и беззвучно открывала рот, пытаясь придумать хоть какое-то оправдание, но ничего дельного в голову не приходило.
— Ещё раз возьмёшь чужие вещи, все волосы повырываю, поняла?
Из толпы выскочила Зельма в одном полотенце и молча потащила в коридор.
— Я не крала, — повторяла я, пока мы шли в комнату. — Не крала, честно.
— Забей, — фыркнула соседка.
— Ну как же так, все будут думать…
Зельма захлопнула дверь и только теперь расслабила напряжённые плечи.
— Держишь от Бьянки подальше, хорошо? Она у нас альфа с завышенным чувством важности.
— Но я ничего не крала.
— Не в шампуне дело, — вздохнула Зельма.
— В чём же тогда?
— В твоём красавчике-кураторе. Они встречались в прошлом году. Совсем недолго, но Бьянка напридумывала всякого, чуть ли не свадебное платье выбирала. Пустила слушок, что он сделал предложение, даже якобы любовную метку предлагал поставить. Правда, сам Кас даже не в курсе был. А когда узнал, что без него его женили, то послал куда подальше. Но, похоже, белая волчица так и не поняла, что оказалась в пролёте. Она же альфа, её не могут бросить.
— А я-то здесь при чём?
— Она кидается на всех девчонок, с кем Кас смеет заговорить. А ты не просто кадет, а его подопечная. Представляю, как у неё под хвостом горит от ревности. Так что просто забей и не обращай внимание на бешеную. Мы уже давно её терпим из вежливости.
Зельма честно старалась успокоить, но легче не становилось.
Южные оборотни были ближе к людям, чем к своим истокам. Да, у нас было разделение на альф и бет, но не потому, что у одних клыки больше или хвост толще. Лисы ценили статус семьи, древность фамилии и финансовое состояние. Мы уже лет сто не устраивали межсемейных войн за власть, а уж такой пережиток древности как метки, так и вовсе считали дикостью.
Поэтому поведение Бьянки для меня выглядело верхом невоспитанности и глупости. Альфа — это мудрость и достоинство, а не пена из пасти из-за какого-то парня.
8 глава
Сегодня наш курс задержали в зале. Частичное и полное обращение — одна из основ успешной боевой тактики оборотней. Мастера в этом деле — лисы. Быстрые, изящные. Им природой заложено почти мгновенное обращение и невероятный контроль тела.
Сложнее всего лосям. Слишком большая масса. Чересчур сложная трансформация. Их сегодня гоняли особенно жёстко, готовя к выпускному нормативу.
Дриан распластался на полу, раскинув длинные руки, и мог только глубоко дышать. Фил сидел рядом. Опять провалил частичную трансформацию и получил очередной выговор. Признаться, я сам едва стоял на ногах. Не проблема обернуться разок для зачёта. Но когда это надо сделать полсотни раз за час — хочется выть.
Лиска пришла как раз в тот момент, когда все потихоньку разбредались после изнурительных занятий. Сегодня она выглядела не хмурой и не злой, как обычно, а блёклой. Словно кто-то украл все краски её внешности.
Зато Фил заметно приободрился и поспешил оказать знаки внимания моей подопечной.
— Ты умеешь в частичное обращение? — хитро улыбался Фил.
Лиска осторожно кивнула.
— Ну да, ты ж лиса. У вас с этим проблем нет. Посмотри на Дриана, он чуть не сдох.
— Меня хрен завалишь, — простонал лось, распластавшись на полу.
— А показать можешь? — не унимался Фил. — Например, ушки?
Лиска посмотрела на него, как на идиота. Тут же сквозь растрёпанные волосы показались два лисьих уха. Она даже глазом не моргнула, так просто у неё получилось.
— А хвостик? — раззадорился Фил.
— Так, слышь, хвостик, вали отсюда! — рыкнул я.
— Да ладно, не злись. Может твоя малявка нас чему научит. Уверен, у лис есть какой-то секрет.
— Нет никакого секрета, — едва слышно произнесла Лиска. — Мы все так умеем.
Пришлось пинками выпроваживать друзей из зала. Не знаю, что больше меня напрягло: слишком явный интерес Фила или подавленный вид Лиски.
— Увидимся в субботу на вечеринке, — крикнул Фил в дверях. — Первый танец за мной.
— Не увидимся, — буркнула Лиска под нос.
Фил. Определённо меня напряг Фил. Потому что нефиг лезть к моему кадету.
Я всё разглядывал Лиску и пытался понять, что же с ней не так. Кто-то обидел? Устала от занятий? Достала академия?
— Что с рукой? — строго спросил я, кивая на бинт.
— Порезалась.
— Показывай.
Она недовольно нахмурилась.
— Говорю же, порезалась. Не на что смотреть.
— Хоть и лиса, а врать не умеешь. Дай руку.
Лиска насупилась ещё сильнее, раздувая веснушчатые щёки.
Пришлось хватать её руку силой и стягивать бинт. Три глубокие раны в опасной близости от вен.
— Ну и об чьи волчьи когти ты порезалась?
Тишина. С такой молчуньей можно в разведку ходить.
— Слушай, Лиска, пока я твой куратор, то несу за тебя ответственность. Кто обидел, признавайся?
— Никто.
— А если подумать?
Она резко вырвала руку и отошла на шаг, зло глядя на меня.
— Никто не обидел! И хватит меня допрашивать! Чего тебе от меня надо? Отжаться миллион раз? Пробежать тысячу километров? Давай уже закончим тренировку и ты от меня отвалишь!
Лиска мелко тряслась, готовая расплакаться. Зато хоть какие-то эмоции показала.
Я не злился. Наверняка манерной девочке из частной школы, где учатся играть в теннис вёслами от лодок, военная академия казалась верхом дикости. У нас свои порядки, основанные на инстинктах. Здесь никто не поцелует в задницу, если тебе грустно.
При этом она не пожалуется старшему брату, потому что у лис нет стаи в волчьем понимании, а сами семьи редко бывают большими. И уже не позвонит родителям. Её никто не защитит, потому что больше некому. Одинокий, растерянный зверёк среди чуждых правил. Я бы сошёл с ума. Но пока я её куратор, надо сделать так, чтобы девчушка не сломалась.
— Хочешь сбежать?
Она зло хмыкнула.
— А смысл? Всё равно поймают и вернут. Или в приют отправят.
— Не вообще, а со мной? На один вечер. Всё равно сегодня от тебя, как кадета, толку никакого.