Астра Голд – Лисичка для волка (страница 3)
И посреди всего этого навала мебели стояла лисица в одном белье и пыталась расчесать темно-рыжую гриву. Появление Кассиана её ничуть не смутило. Наоборот, она широко улыбнулась и бросилась ему на шею.
— Кас, малыш, куда пропал с вечеринки?
Кассиан крепко обнял в ответ, покрывая шею девушки шумными поцелуями.
— Красотка Зельма! Теперь я знаю, в какой комнате ты живёшь.
— Ой, да брось. Ты и так знаешь комнаты всех симпатичных девчонок.
— Твою теперь точно запомню. — Он выпустил девушку из объятий и кивнул в мою сторону. — Знакомься, твоя новая соседка.
Лисица посмотрела на меня, как оценщик на старинный комод. Разве что повертеться не просила.
— Это не то чтобы важно, но сколько тебе лет, малявка?
— Через два месяца будет восемнадцать, — достойно ответила я.
Зельма с улыбкой посмотрела на Кассиана, потом опять на меня.
— У нас всё настолько плохо, что стали брать детей?
— Я не ребёнок, — зло вмешалась я. — Да, младше вас, но не ребёнок. Хватит уже издеваться!
— Ой, да ладно тебе, спрячь зубки, — Зельма картинно подняла ладони и отступила на шаг. — Выбирай любую кровать у этой стены, они обе свободны.
Выбора особо не было. Обе кровати потёртые, подушки распластались по матрасу, лишь напоминая подушки. Пледы сверху так и вовсе шерстяные, а шерсть я не любила. Плюхнулась на ту, что была подальше от кровати Зельмы. Матрас под задницей неприятно заскрипел.
— Где твои вещи? — спросила хозяйка комнаты.
— Я без вещей.
— Это как? Вообще?
— Вообще.
— Потеряла рюкзачок по дороге в академию? — ехидно улыбнулся Кассиан.
Я гордо подняла подбородок, не желая сдаваться им обоим.
— Сгорели в драконьем пламени.
Куратор замолчал, Зельма тоже отвела взгляд. Воздух в комнате медленно наполнялся неловкостью.
Про драконов не принято шутить, так что на мои слова никто не улыбнулся.
— Ладно, кадет Фокс, построение в пять утра на плацу. Не опаздывай, за это можно получить по шее.
Едва дверь за Кассианом закрылась, Зельма сложила руки на груди и внимательно на меня посмотрела.
— Кадет Фокс? Из тех самых Фоксов или просто однофамильцы?
— Эту фамилию носит только одна семья.
— Ну мало ли… Ого! Я слышала про дракона. Мне правда жаль.
4 глава
Утреннее построение для старших курсов было скорее формальностью, к которой все давно привыкли. Всего-то надо постоять на холоде под снегом, пока нас считают по головам, как скот. Если есть что-то важное, то послушать ректора или ещё кого из преподавателей.
Сегодня знакомили с новичками, поэтому на плацу мы задержались.
Я наблюдал за новобранцами, которые никак не могли просто встать в один ряд, и не скрывал усмешки. Они пока ещё ни черта не соображали. Ни как стоять, ни как выпрямить спину. Эдакая толпа бескрылых птенчиков, которые не понимали, чего от них требуют.
Фокс выделялась даже среди своих. Ниже прочих на полголовы, рукава формы болтались, вместо того, чтобы смотреть прямо, постоянно оглядывалась по сторонам.
После построения, новичков собрали в зале, чтобы оценить их боевые умения. Кураторов тоже. Один из немногих плюсов новой должности — возможность прогулять скучные пары и посмеяться над нелепыми новобранцами.
Старшаки сбились у стены в сторонке, пока грозный тренер по одному вызывал на мат кадетов, чтобы оценить физическую подготовку. Одни вполне неплохо справлялись, другие нещадно лажали. В целом, обычный набор желторотиков. Каждую осень первокурсники показывали примерно такие же результаты.
Наконец, вызвали малышку Фокс. Тренеру она была по грудь. Тот оценил её рост, болтающуюся форму и едва заметно закатил глаза.
— Ну, покажи, что умеешь?
Малявка похлопала ресничками и улыбнулась тренеру.
— Ничего.
— В смысле? Какая у тебя подготовка, кадет?
— Никакая, господин тренер.
— В смысле? Ты в военной академии, девочка.
— О, не переживайте, всего на пару месяцев.
Тренер вздёрнул брови от наглости малявки. Среди наших пробежали смешки. Я и сам невольно улыбнулся, сложив руки на груди. Всё же кураторство — не самое плохое наказание. Где ещё при преподавательском составе можно посмеяться над первокурсниками?
— Кадет, мне плевать, с какой целью ты в академии! — строго прорычал тренер. — Сюда приходят либо подготовленными, либо их быстро готовят. Ясно говорю?
— Но… я…
— Хватить блеять! Кто твой куратор?
— Кадет Вольтер, — почти шёпотом произнесла Фокс и, кажется, задёргала губками, пытаясь заплакать.
Тренер мигом нашёл меня в толпе. Вообще, мы с ним были в отличных отношениях. Мужик, хоть и суровый, но подготовленных кадетов ценил. А после того как мне удалось завалить его на тренировке, так и вовсе проникся уважением.
Но именно сегодня он был явно не в духе.
— Кадет Вольтер, даю вам месяц, чтобы подготовить новобранца. Стандартный норматив: отжимания, бег, обращение и умение хотя бы боевую стойку принять.
— Но… тренер…
Я вдруг понял, что заразился блеянием Фокс, хотя никогда не испытывал проблем с формулировкой мыслей. Даже стыдно стало на мгновение.
Тренер опустил подбородок, грозно глядя на меня исподлобья. И молча ждал нужного ответа.
— Так точно, тренер. Через месяц кадет сдаст норматив.
Твою ж лисью отрыжку, я всё же нашёл проблему на свою задницу. Как подготовить принцессу к сдаче норматива? Да никак! Она же сдохнет на первом километре пробежки. Или ножки свои коротенькие переломает.
После позорного выступления Фокс, я уже подумывал, как бы от неё избавиться. Даже план накидал: пожаловаться, что кадет совершенно не подготовлен и отнимет у меня слишком много времени. Из-за этого я сам просяду в оценках. И даже если не просяду, то ничто не помешает получить пару неудов, ткнуть ими в рожу ректору и избавиться от малявки. План хоть и подлый, но рабочий.
Но до тех пор, Фокс — моя головная боль. Мелкая, рыжая боль, неспособная даже отжаться.
Я стоял на краю мата и наблюдал, как она тщетно тянет задницу, вместо того, чтобы работать корпусом. Пот заметно проступал на дрожащей спине, руки то и дело подламывались. Наконец, она рухнула на мат и тяжело вздохнула.
— Больше не могу…
Хорошо, что в зале никто не обращал на нас внимания. Вроде позорилась Фокс, но стыдно почему-то было мне.
— Ладно, кадет, хоть что-нибудь умеешь? Ну хоть что-нибудь?
Она перевернулась на спину и, тяжело дыша, уставилась на высокий потолок.
— Ничего я не умею. В гимназии мы только в теннис играли.