Ашимов И.А. – Научное наследие Ибн Сино (Медико-философские концепции) (страница 4)
В этом мире господствовала мусульманская религия. Рост научных представлений о мире, природе и человеке, как ни странно сочетался с бурным расцветом религии.
Проблема человека рассматривалась и обсуждалась в арабском мире представителями всех идейных направлений. Сама же проблема человека в философии самая загадочная, противоречивая и важная. Ведь нет человека «вообще», а есть конкретные люди, живущие в своем пространственно-временном отрезке, проживающие свою индивидуальную жизнь. И каждый из них – проблема. Постичь эту проблему чрезвычайно сложно, так как для этого нужно сначала ответить на вопрос что такое человек, то есть взглянуть на человека со стороны. Но человек может и должен стремиться к полному и объективному познанию самого себя, так как без познания себя невозможно познание мира.
Основной задачей антропологической концепции в истории философской мысли стало стремление определить суть человеческого бытия в мире, потенциал его субъективно-творческих возможностей и способность через это понимание объяснить собственную природу человека, а также природу мира.
Понятие «бытие» в самом широком смысле это все, о чем можно сказать: «это есть» или «это существует». «Бытие» как понятие введено в философию Парменидом, сказавшим: «Бытие есть, а небытия нет», хотя характер термина оно приобрело значительно позже. М.К.Мамардашвили подчеркивал, что «единственное гениальное определение бытия, построенное по законам философской грамматики, а не грамматики обыденного языка… бытие – это то, чего никогда не было и никогда не будет, а есть сейчас!». С.Л.Франк противопоставлял понятие «бытие» понятию «становление» как «готовое и в этом смысле неподвижное и фиксированное».
В философии бытие понимается как нечто фундаментальное, абстрактное и гуманистическое, а в медицине понятие «бытие» – это всегда жизнь конкретного человека. Именно для того, чтобы лучше проникнуть в суть таких понятий как жизнь и смерть, здоровье и болезнь как бытие с помощью лекарств, эвтаназия как самоубийство больного с врачебной помощью, медицина нуждается в философском осмыслении.
Философы по-разному задавали и решали вопрос, что такое человек, стремясь выяснить место человека в мире и обществе, смысл его существования. Проблема бытия человека самая основная, все представители антропологической философии ставили ее в центр своих учений. Ф.Ницше отождествлял понятие бытие и жизнь, рассматривая бытие как становление. «Понятие «бытие человека» и «жизнь человека» эквивалентны в отношении их содержания и объема», считает исследователь И.Ф.Ведин. А такие понятия как болезнь и здоровье, эвтаназия и самоубийство философия может рассматривать только вместе с медициной.
В антропологических воззрениях арабо-мусульманского мира в период Ибн Сины выделяются три главных подхода в изучении человека: теологический, мистический и философский.
Во-первых, теологический подход представляли мутакаллимы, ортодоксальные последователи калама (от «слово», «речь»), толкователи Корана и Святого предания Сунны. Они признавали всемогущего, вездесущего Аллаха и совершенного, последнего из его посланников, пророка Мухаммада.
Примером идеи всевластия Аллаха над человеком, полной зависимости человека от воли богов служат слова известного мыслителя Аль Газали: «Солнце, луна и звезды, облака и земля, все животные и неодушевленные предметы подчинены другой силе, подобно перу в руке писца. Нельзя верить, что подписавшийся правитель и есть создатель подписи. Истина в том, что настоящий создатель ее – Всевышний. Как сказано Им, Всемогущим: И не ты бросил, когда бросил, но Аллах бросил». Фатализм мутакаллимов с характерной для них идеей полного предопределения жизни и действий человека в рамках теологического направления был поставлен под сомнение кадаритами и мутузалитами («отклоняющимися»). Они отвергали абсолютность божественного предопределения и использовали противоречивость текста Корана для обоснования идеи ответственности человека за свои поступки и действия. Антитеза добра и зла из сугубо теистической плоскости противостояния Бога и мира, духовного и материального переносится ими в область конфликта личности и общества, чувств и рассудка, способностей и долга.
Мутазилиты сузили сферу действия божественной воли, выведя из нее уничтожение мира, нарушение природных закономерностей, творение чудес и т.д. Они развели понятия зла и греха, ответственности перед людьми и Богом. Представляло интерес понимание ими свободного действия воли как условия реализации благих задатков человеческой природы, как сознательного следования «благой необходимости», т.е. присущей миру целесообразности.
Во-вторых, мистическое течение в исламе – суфизм, видело в человеке соединение божественного и тварного. В связи с этим дается новое понимание человека – как самого совершенного бытия универсума, отражения одного из многих атрибутов Абсолюта. Человек, согласно этому подходу, интегрирует в себе все сущее, объединяет все основные реальности мира. Такой взгляд, возвышающий человека и расширяющий пространство его личной ответственности за свою судьбу, представлен в трудах известного мыслителя Ибн Араби. Мир в целом определяется суфистами как макрокосм («алам-и-акбар»), человек – как микрокосм («алам-и-асгар»). Утверждается, что на космическом уровне действует принцип «все есть Бог», на феноменальном – «все есть человек».
Будучи воплощением и «хранилищем божественного», человек, согласно мнению суфистов, может вернуться к истинному «я» через соединение с Богом. Отмечается имманентность Всевышнего человеку (в то время как ортодоксальный ислам утверждал абсолютную трансцендентность Бога). С каноном расходится и суфийская идея «совершенного человека» («аль-инсан аль камил»), признающая в качестве эталона нравственности, добра и зла самого человека. Одним из свойств человека называется его способность к совершенствованию на пути самопознания, цель и смысл которого «в самом себе безмерное найти» (Аль Фарид).
В-третьих, к философскому течению арабо-язычной мысли относится восточный перипатетизм – «фальсафа». Идеи греческих философов становятся достоянием арабо-язычных народов. На арабский язык переводятся труды Платона и Аристотеля, Галена, Архимеда. На этой основе формируется собственная арабоязычная философия и наука (в первую очередь физика, математика, медицина). Арабские философы подвергли сомнению религиозные догмы и считали доблестью и заслугой изыскивать «доказательство несостоятельности буквального смысла священных текстов и истинности их толкования» (Ибн Рушд).
Обращает внимание общая естественнонаучная направленность философской арабо-язычной мысли, в которой приоритет отдавался не Платону, а Аристотелю. Этому способствовало в немалой степени то, что идея Аристотеля о Божестве как неподвижном перводвигателе соответствовала духу Корана. При этом надо отметить, что арабо-язычные последователи учения Аристотеля отличались от европейских перипатетиков, выдвигая специфические идейно-теоретические и научные задачи. Поэтому воззрения Аристотеля в контексте их рассуждений приобрели новое и оригинальное звучание.
Философов в этом отрезке времени интересовали онтологические, гносеологические и этические проблемы человека; вопросы происхождения человека, его места и роли в мироздании. Они рассматривали особенности душевных сил человека, его познавательных способностей, моральных качеств и т.д.
Представляет интерес попытка описать образ идеального человека и определить путь его совершенствования. Но в отличие от религиозного сведения идеального к соблюдению Корана и предписаний шариата, а также суфийского определения совершенства как обретенной в подвижничестве святости, философы ориентировались на совершенство интеллектуальное. Главное отличие человека от всех других творений они видели в обладании силой разума. Так, Абу-Наср Мухаммед Фараби, один из крупнейших арабских перипатетиков, называемый «Вторым Учителем» или вторым Аристотелем за обширные комментарии к трудам последнего, писал: «От всех животных человек отличается особенными свойствами, ибо у него имеется душа, из которой возникают силы, действующие через посредство телесных органов, и, кроме того, у него есть такая сила, которая действует без посредства телесного органа; этой силой является разум».
Идею совершенствования человека через обретение мудрости образно и ярко выразил Ибн Габирол (Авицеброн) (ХI в.): «Короли могут судить каждого, но именно мудрецам дано судить королей. Цена каждому человеку пропорциональна тому, что он знает».
Он задает вопрос: «Кто вправе править?» и отвечает: «Либо мудрец, наделенный венцом, либо венценосец, наделенный мудростью». Лучшим качеством человека он называет любознательность и в духе перипатетики призывает людей к расширению их знаний и постижению мудрости, ибо только просвещенный человек способен сделать правильный выбор между добром и злом, понять свое место в мире, свой человеческий долг. Утверждается, что если бы человек «исходил из осмысления цельности всего универсума и осознания собственной ничтожности, из осознания себя в качестве крохотной частички единого мироздания, то в этом случае он смог бы постичь подлинную истину…».