Асет Советтурсын – Архитектор Памяти (страница 4)
---
Глайдер ждал через два квартала — в тупике за свалкой. Тяжёлая бронированная машина с зачернёнными стёклами. Без номеров.
Линь открыла заднюю дверь.
Элара села. Тепло. Непривычно, почти болезненно тепло после Ила.
На сиденье лежала папка. Настоящая бумага.
— Читайте, — сказала Линь. — Прибытие через сорок минут.
На первой странице — фотография. Мужчина, лет тридцати. Тёмные волосы, уложенные небрежно и дорого. Открытая улыбка. Ямочки. Благотворительный вечер — белая рубашка, бокал, искренний обаятельный смех.
Элара перевернула страницу.
Вторая фотография. Тот же человек. Камера наблюдения, зернистая, серая. Калеб стоит в складском помещении. Руки — те же ухоженные руки — сжимают чью-то челюсть. Человек на полу. Тёмная лужа.
На лице Калеба — ни злости, ни удовольствия. Сосредоточенность. Как у человека, выполняющего рутинную работу.
Третья фотография. Элара не ожидала третьей. Калеб на набережной, один. Без охраны, без свиты. Ветер треплет незастёгнутое пальто. Он смотрит на воду. Руки в карманах. Лицо — пустое. Не злое, не расслабленное. Пустое, как стёртый файл.
Элара задержалась на этом снимке дольше, чем на двух предыдущих.
— Линь.
— Да.
— Третье фото. Кто снимал?
— Я.
— Он знал?
— Нет.
— Он выглядит...
Элара не закончила. Она не знала, какое слово подобрать. «Одинокий» было бы слишком просто. «Пустой» — слишком очевидно.
Она закрыла папку.
— Сколько людей видели эту папку?
— Двое. Торн и вы.
Элара посмотрела на затылок Линь. Короткие волосы, ровная линия шеи. Руки на руле неподвижные.
— Вы из его безопасности?
— Нет.
— Тогда кто вы?
Линь посмотрела в зеркало заднего вида. На секунду их глаза встретились. Потом Линь вернула взгляд на дорогу.
— Человек, который довезёт вас до бункера и обратно. Остальное вас не касается.
Глайдер не поехал наверх. Набрав третий ярус, ушёл вбок. Промышленная зона восточного сектора. Заброшенные доки. Ржавые каркасы. Затопленные уровни.
Глубже. Темнее.
Остановились в абсолютной темноте. Красный маячок над бронированной дверью в скале.
— Пришли.
---
Элара остановилась на пороге лаборатории.
Она остановилась. И поняла.
Ей было хорошо.
Три нейро-ванны закрытого типа — с полной сенсорной изоляцией. Квантовый анализатор когнитивной плотности. Рабочая станция с двенадцатью мониторами. Вытяжной шкаф для сырого эфира. Стерильный бокс. Инструменты, которые она видела только на фотографиях в академических журналах.
Её пальцы дрогнули. Она заметила это — и спрятала руки в карманы свитера.
На центральном столе — второй кейс. Чёрный. Пломба «Мемо-Синтез». Рядом записка. Почерк Торна — крупный, неровный, с наклоном влево. Рука, которая плохо слушается.
*«Дикий эфир — холодильный бокс, секция 3. Двенадцать ампул. Достаточно для трёх конструкций или одной с отладкой.
Кристалл из серого кейса — полное нейро-сканирование Калеба, сделанное во время медосмотра в нашей клинике. Он не знает.
Срок — четырнадцать дней.
Дж. Т.»*
Четырнадцать дней. Тот же срок, что и Дюпон.
Она положила записку лицом вниз.
— Линь.
Молчание. Элара обернулась. Линь стояла у двери, одна рука на косяке.
— Вы останетесь здесь?
— У двери. Снаружи.
— Зачем?
— Торн приказал. Вы не выходите без меня. Я не захожу без вас.
— Это охрана или заключение?
Линь чуть наклонила голову. Первое человеческое движение.
— Зависит от того, как пойдёт работа.
Она вышла. Дверь закрылась.
Тишина. Абсолютная. Не подвальная, с каплями и городским гулом. Тишина бункера — глухая, ватная, давящая.
Элара подошла к ближайшей нейро-ванне. Провела пальцами по стеклу. Тёплое. Идеально откалиброванное. Ни царапины.
Её рука задержалась на поверхности. Она не убирала пальцы. Стояла так — ладонь на тёплом стекле, глаза закрыты. Дышала медленно, ровно, глубоко.
Ей было хорошо.
Вот в чём дело. Ей не должно было быть хорошо. Ей должно было быть страшно, или тошно, или хотя бы тревожно. Она стояла в секретном бункере, готовясь взломать разум наследника преступной империи, рискуя жизнью и рассудком.
Но ей было хорошо. Как алкоголику, который после трёх лет трезвости зашёл в бар «просто посидеть» и чувствует, как запах виски нежно обнимает его, говоря:
Она убрала руку. Село за рабочую станцию. Достала кристалл из серого кейса. Повертела в пальцах. Лёгкий. Маленький. Содержимое — полная карта чужого разума.
Она вставила кристалл в считыватель.