Асами Косэки – Игра с нулевым счетом. Том 1 (страница 7)
– Вряд ли. В го и сёги времени на обдумывание ходов предостаточно, а вот в бадминтоне все нужно решать очень быстро. Да и вообще, с ударами ведь какое дело – если противник слабее, предугадывать его действия не так уж и сложно. Это, в принципе, умеют почти все.
– Уметь-то они умеют, но ты это делаешь на другом уровне. Сам посуди, вон как тебя господин Эбихара захваливает. А он, знаешь ли, комплиментами не разбрасывается: лично я вот не припомню, чтобы хоть раз удостоился такой чести. Даже так тебе скажу: по его словам, то, что ты в одиночках не пробрался дальше четвертьфинала, – целиком мой просчет и моя ответственность. Вроде как не натаскал тебя, вот ты тогда и был рассеян.
– Простите… – вдруг ощутив жалость к Симамуре, я на всякий случай извинился.
– Нет, нет, а ну-ка прекращай. А то я ж от твоих извинений только еще поганее себя чувствовать начну, – протестующе замотал головой тот. – Но вернемся к нашим баранам. В общем, тренер еще вот что сказал: вопрос не в том, продержишься ли ты в Минато, и даже не в том, пройдешь ли на Интерхай. Главное, чему он хочет научить тебя за предстоящие три года, – это как стать достойным конкурентом для игроков по всему миру.
– Я серьезно, так и сказал: «По всему миру». Не хихикай мне тут – речь, вообще-то, о тебе.
– Да, я понимаю. Вот только… где я, а где «весь мир»?
– Ай, проехали, – Симамура вернул мне ту же кривую усмешку. – В общем, на всякий случай уточню: уверен, что не хочешь подождать приглашений от других школ? Точно уже сейчас согласен поступать в Йокогама Минато?
– Других школ?
– Видишь ли, господин Эбихара нашептал, что в полуфинале префектурных ты заинтересовал еще кое-кого. Не он один посчитал, что именно из-за очевидной нехватки опыта тебя есть смысл обучать.
– Нет, другие предложения отклоните, пожалуйста, если поступят. Не хочу метаться и долго думать – хочу поскорее все решить и сосредоточиться на тренировках. К тому же… – Я непроизвольно запнулся на полуфразе.
– М-м? В чем дело? Беспокоит что-то?
– Нет, – покачал головой я, а затем выпалил на одном дыхании, сложившись в почтительный поклон: – Скорее у меня есть к вам просьба. Понимаете, я хочу поступить в Минато не на спортивную программу, а на общую подготовительную. Но нужно подтянуть общий балл, поэтому отныне я собираюсь усердно учиться. И, в общем, я бы хотел рассчитывать на вашу поддержку в этом плане тоже…
Когда я вновь поднял глаза на Симамуру, тот выглядел крайне озадаченным.
– Так, подожди. То есть, несмотря на спортивную рекомендацию, ты нацелился на подготовительную программу, и поэтому тебе в срочном порядке нужно за оставшийся семестр улучшить оценки. Я все правильно понял?
– Да, именно так. Со школой я определился, но хотелось бы, чтобы программу мне позволили выбрать на основании академических результатов.
– Ну-у… Пожалуй, раз уж такая система поступления в принципе существует, то, если правда постараешься, проблем возникнуть не должно… Но, опять же, ты точно уверен? А если баллов для подготовительной все-таки не хватит и придется пойти на спортивную? Переживешь? Не раскиснешь? Я тебе честно скажу: спортивная программа – дело такое, на ней учится сплошная элита от мира юных спортсменов. Это я к чему: сумеешь поладить с одноклассниками, если поступишь туда просто потому, что не было выбора?
– Да, к такому я тоже готов. Каким бы ни был исход, я его приму. А пока что просто буду делать все, что в моих силах.
– Вот как. Ну ты даешь, Мидзусима – прям-таки не парень, а сплошной сюрприз. – Симамура по-свойски закинул руку мне на плечо. – Ну что ж, тогда передам все твои слова господину Эбихаре. Что до учебы и тренировок – везде помогу, чем смогу. Давай, вперед и с песней!
На том и порешили. Еще раз бегло поблагодарив молодого куратора, я развернулся к выходу и, напоследок бросив: «Спасибки, Симамурчик», – точно нашкодивший мальчишка, пулей вылетел из спортзала.
– Эй, Мидзусима, ты совсем-то не наглей! – донеслось мне вслед. – Это что еще за панибратство?!
Я не ответил – лишь высоко вскинул правую руку, на бегу помахал возмущенному Симамуре на прощание, а затем стрелой понесся домой. И до самого порога не останавливался ни на мгновение.
Глава 2. Новые знакомства
С того самого дня я с головой погрузился одновременно как в тренировки по бадминтону, так и в подготовку к экзаменам. Вторая, к слову, проходила во многом при активном участии Рики: порой сестра искренне меня поддерживала, а порой откровенно обругивала на чем свет стоит – в профилактических целях. За всеми этими заботами остаток лета пролетел в одночасье.
В середине сентября мое будущее поступление в Йокогама Минато было наконец оформлено официально. До тех самых пор я множество раз обсуждал все с родителями, однако окончательно мое желание сделать ставку на бадминтон они приняли лишь после того, как для разговора с ними к нам домой самолично наведался господин Эбихара. После этой встречи мама с отцом вроде как подуспокоились и даже сказали, мол, не суть важно, на какую программу ты пройдешь. Главное, в любом деле старайся на совесть – что в учебе, что в твоем любимом бадминтоне. Покажи этой школе, чего ты стоишь, сынок.
Теперь, когда фундамент к поступлению был более-менее заложен, решилось еще кое-что: уже завтра я мог присоединиться к тренировкам в Минато. Радостное предвкушение в груди смешалось со всевозможными переживаниями, поэтому вечером накануне я совершенно не знал, куда себя деть от волнения, и в попытке хоть как-то отвлечься бездумно залип в приставку.
– Эй, Рё, налей-ка мне чего-нибудь попить, – ворвался вдруг в мою с трудом опустевшую голову приказной голос Рики.
Я не отреагировал.
– Быстрее, ну! – приказ повторился, на этот раз с угрожающими нотками.
Делать было нечего. Поставив игру на паузу, я нехотя поднялся с места – опыт прожитых бок о бок с сестрой лет предупреждал: «Будешь продолжать ее игнорировать, сделаешь только хуже». Ну а спорить с этой женщиной было по определению бесполезно – я бы все равно ни за что не вышел из подобных дебатов победителем. В общем, пустая трата времени и сил.
– Чего налить-то?
– Газировку какую-нибудь.
Рика, сидя за моим столом, с невероятной концентрацией корпела над тетрадью – вероятно, по математике: на странице виднелась россыпь уравнений и формул. Лично у меня от одного вида таких ужасов начинала гудеть голова, зато сестра управлялась с ними мастерски – с ее легкой руки сложные комбинации символов превращались в некое подобие весьма красивого узора. А может, то была вовсе не математика, а физика – наука, которая пока для меня еще недоступна[7].
Я спустился на кухню, достал из холодильника колу. Порцию Рики отправил прямиком в ее личный стакан с клубничным принтом. Ах, да, еще лед. Два кубика, не больше – иначе сестра принялась бы жаловаться, что я превратил ее газировку в сладкую водичку. Со своей же порцией я поступил в точности до наоборот: сначала до краев наполнил стакан льдом, а уже после налил колу – все это должно было отправиться в мой желудок прежде, чем стало бы «сладкой водичкой».
Взяв по стакану в каждую руку, я вернулся к комнате и, просунув ногу между косяком и дверью, которую заранее оставил приоткрытой, вошел внутрь.
– Вот, держи свою колу.
Вместо благодарности Рика мельком глянула на мои руки и лишь коротко кивнула.
Поставив клубничку-стакан Рике на стол, я выключил приставку – настроение играть пропало из-за того, что меня прервали в процессе – и залпом выпил колу.
– Слушай, может, пойдешь замахи попрактикуешь? – внезапно бросила мне сестра, не поднимая головы от тетради.
– Это почему?
– Потому что ты дерганый сегодня какой-то. На нервы действуешь.
«Пф-ф, так занималась бы тогда в своей комнате. В моей медом намазано, что ли? Ты мне тоже, знаешь ли, на нервы действуешь», – раздраженно подумал я.
Но вслух, осторожно подбирая слова, произнес другое:
– А чего к себе не пойдешь?
– Ну, я вообще пришла забрать свой электронный словарь, а потом прямо здесь вдруг поняла, как решить задание, с которым мучилась вчера. Так что теперь никуда не уйду, пока не закончу.
– М-м…
Словом, мне оставалось лишь промолчать и попытаться решить проблему первым подвернувшимся способом – я уткнулся в журнал по бадминтону. К несчастью, уже через несколько минут стало очевидно: в таком состоянии мозг напрочь отказывался усваивать прочитанное.
Однако я остался сидеть на месте. Спустя некоторое время сестра удовлетворенно выдохнула – по-видимому, дорешала задание – и жадно осушила стакан с уже слегка дошедшей до состояния той самой «сладкой водички» газировкой.