И разум в глубине галактик тонет…
Огромные стада пастух ли в небо гонит
Иных миров средь ужаса и тьмы?
И все ль миры, задумаемся мы,
Звучат призыву разума ответом?
А смертный человек? Что хочет видеть в этом?
Быть может, голос разума – мечты?
Откуда в этот мир явился ты,
Раз жизнь так коротка и эфемерна?
В свой Океан погрузишься, наверно,
К зачатью бытия, к росткам и эмбрионам?
Природа-мать не возвратит ли вновь к зеленым
Его лугам, крутя в своем горниле,
Чтоб люди в травах вновь росли и жили?
Нет, знать нам не дано! Дремучие химеры
Тревожат нас, и мы без твердой веры
Глядим во тьму, не видя, что за ней —
Сомнения и страх в нас вечности сильней,
Они крыла простерли черной птицы,
И даль спешит за горизонтом скрыться.
…… … … … … … … … … ….
Разверзлись небеса! Мертвы все тайны их
Пред тем, кто жил и не был рабски тих!
Сверканием природы окружен,
С лесами, с реками заре свободной он
Чудесный гимн, приветствуя, поет…
То Искупление! Любовь, любовь грядет!
О, плоти торжество! О, высшая награда!
Пора любви – души любой отрада!
С триумфом Эроса и Каллинига тут
Покров из белых роз торжественно несут,
К ногам героев и богов склоняясь
И женщин вдруг коленями касаясь…
О Ариадна, звук твоих рыданий
Несется с берега в пространство мирозданий,
Когда в волнах Тезея парус брезжит!
Не плачь! Смотри, дорогой прямоезжей
Несется Вакх бесстрашный в неизвестность
На колеснице, радуя окрестность,
За тиграми, чьей похоти предела нет,
За рыжими пантерами вослед…
И Зевс, быка наружность обретя,
Европу голую качает, как дитя,
И шею мощную рука ее объемлет,
Плывет, и взор его желаньям девы внемлет,
Теплу ее чела во мгле внимает он
И поцелуям страстным среди волн
Туманный взор свой к деве обращая;
Бутоны пышных лотосов качая,
Скользят по струям пены золотой,
Влюбленный Лебедь замер над водой
Крылами белыми объемля страстно Леду…
Прекрасная Киприда шествует по свету;
Стан изогнув изящно, держит вечный путь,
От глаз восторженных свою не пряча грудь
И золотой пушок над белоснежным чревом…
На мощный торс Геракл движеньем смелым
Небрежно шкуру льва накинул, и над ним
Сияет ореол, грозой богов храним…
Течет на плечи свежею волной,
Спадает тяжестью под летнею луной
Дриады обнаженной пышный волос —
Она в мечтах, ее не слышен голос;
Пора священных сумерек настала,
Селена белая кидает покрывало
