Артём Яковлев – Виниловый ёж (страница 5)

– Результата ещё нет! – тут же вставил Борис.

– Не понял! – меня возмутило такое заявление. Он собирался сегодня выдать отчёт Сергееву. Это с его же слов.

– Рано говорить о каком-то результате…

Мы с Антоном переглянулись. Похоже, Бориса сегодняшние события окончательно выбили из привычной колеи и он стал догадываться о своей неправоте.

– Тем не менее… – я стал возвращать обсуждение к своей колее. – Кто их на нас натравил? Кто они такие? И почему сегодня?..

– У тебя какой-то ответ? – выдал догадливый Антон.

– Я хочу понять: какие причины вызвали агрессию? – мне действительно не хватало понятия откуда у нас враги.

– Агрессии не было! – безапелляционно заявил Борис.

Мне кажется он тогда не разобрал, почему я крикнул: «По газам!». Сам полусонный сидел на заднем сидении, и только с наших слов уяснил что случилось, когда возвращались обратно в город, уходя от засады.

– Опять ты!.. – косо взглянул на Бориса Антон.

Я постарался утихомирить назревающий конфликт:

– Я теперь тоже так думаю. Нас просто пугали, оружие показали, но ни одного выстрела не было.

– Чего тогда ты кричал? – по инерции возмутился Антон.

Я остановил готового вступить в спор Бориса:

– Погоди! У нас есть в тысячу раз более важная тема: в чём конфликт, из-за чего весь сыр-бор? О том, что в камере месяц назад произошёл интересный процесс, до сего дня знал лишь я…

Друзья смотрели удивлённо.

– Хочешь признаться, что это ты виноват? – удивился Антон.

– Не понял! – включился и Борис. – Какой-такой интересный процесс?

Вчера вечером, когда Антон высаживал меня перед гостиницей, я ему намекнул, что эксперимент с биологическим объектом был и принёс неожиданные результаты, пообещав, что завтра об этом расскажу. Бориса в известность не поставил, у него сразу появились бы вопросы.

Теперь пришлось компенсировать недостаток информации в походных условиях. Стал рассказывать:

– Месяц назад, когда ты, Борис, в кабинете готовил отчёт, а Антон, занимался крылом своего четырёхколёсного друга, у меня было свободное время и я провёл эксперимент с живой материей. То, что гибридное состояние парадоксально влияет на неживую материю мы знаем. И я решил проверить на себе. Подготовил камеру, задал параметры и сунул в фокус кулак…

– Идиот! – с чувством оценил Боря.

Я с ним полностью согласен. Кто меня тогда дёрнул так поступить, самому теперь непонятно. Ребячество было лишь мягкой оценкой такого решения. Магнитное поле с этими параметрами должно было мой кулак, в лучшем случае, разогреть до свечения, в худшем, я этого не исключаю, расщепить до атомов.

– У тебя мозгов не хватает! – покрутил пальцем у виска Борис.

– Покажи руку! – сказал Антон. Он сразу ухватил суть. При утреннем переходе ему досталась левая, не отмеченная звездой рука. – Ого!.. Прямо здесь?

Звезда за месяц побледнела, но точка в центре до сих пор оставалась яркой.

Борис на руку смотрел недовольно. Он мог всё понять ещё тогда, на болоте, когда я протянул ему отмеченную правую ладонь. Но я недооценил теоретика, он глядел дальше.

– Куда мы? Как только противники поймут, что потеряли, будут ловить у посёлка. Нам туда не сунуться!

Антон, опередив мой ответ, возразил:

– У нас телефоны. Охрану предупредим ещё за километр!

– Мне кажется, они и к этому подготовились! – ответил Борис. – Могут глушить связь.

Антон хмыкнул. Мне тоже показалась нереальной настолько мощная подготовка. Но поддерживая статус-кво, выдал независимое среднее.

– По крайней мере, попытаться стоит.

Антон прав, но то, что выложил Борис, тоже могло иметь место. Слишком открыто подставили себя нападавшие, заперев нас вне зоны доступа, рассчитывали на какой-то «план Б».

Те, кто придумал блокаду, безусловно не догадывались о моём, скрытом в рукаве, тузе. Но тем не менее позволили уйти. Даже если бы мы не смогли перейти во времени, то всё равно каким-то путём сумели выйти в район связи. При таких обстоятельствах избежать этого никакая система не сможет! Даже если весь заповедный лес заблокировать, наводнив вражеским контингентом, мы бы пытались выйти трясиной. Заблокировать абсолютно всё нужна армия.

– Идём! Там всё будет ясно. – стоять и говорить можно было до бесконечности.

– Может быть это и было их целью, заставить нас долго топать к посёлку по лесу. – высказал интересную мысль Борис.

– Зачем? – спросил его Антон.

– Пока идём, контролировать их не можем… – ответил Борис.

– Без нас охрана никого не пустит. – снова Антон.

– Это ты про того дедулю?..

– Олег Валерьевич, нюхал порох, служил в Афгане, без боя не сдаст! И там ещё есть кнопка…

Они опять ушли в свои споры. Я, задумавшись, пропустил момент, когда пора вмешаться и теперь стоял с обалделым видом после сказанного Борисом. Действительно, мы теперь без машины и за пять-десять часов пока будем двигаться пешком там может произойти всё что угодно. Быть может сейчас там шёл упорный бой и шансов у нашего охранника даже с кнопкой и пистолетом оставалось всё меньше. Ведь у него в сейфе не склад оружия. А из города полиция и за час не доедет.

Заставив загнать автомобиль в болотные кусты, я надеялся, что смогу перескочить в более ранний утренний час. В шесть-тридцать в посёлок приезжает грузовик со свежим хлебом и стоило в полшестого выйти на трассу, мы легко добрались бы до посёлка на колёсах. Если бы не Борис с его слабым здоровьем и неуравновешенностью…

Да и Антона я зря потащил. Надо было тогда ещё идти одному. Жаль, нет часов. Как там Антон время определял?..

И я наконец вмешался:

– Мы всё неверно делаем! Но я обещаю это исправить. А вы возвращайтесь назад, где оставили автомобиль, выезжайте из болота и в город. Только избегайте сталкиваться с двойниками. А я в лаборатории справлюсь сам!

– Э-э… эй… – это было последнее, что я услыхал от Антона, когда уже сцепил руки перед собой.

Меня снова окатило мощью, оторвало от земли, и я взмыл в замерцавшую дымку. Когда серость развеялась и подошвы оказались на земле, в мире вокруг существенно стемнело. Светлый ствол берёзки остался чуть ли не единственным ориентиром. Борис с Антоном остались где-то в светлом утреннем будущем, сейчас я остался один.

Вытянув руки и стараясь нащупывать ногами неровности почвы, двигался в беспросветной тьме почти наугад. Только через пару минут глаза свыклись и стали различать кое-какие ориентиры пройденного маршрута. Склон, на который мы взбирались, теперь мягко сталкивал меня вниз. Различались стволы сосен, кусты и сухая трава.

Когда вышел на асфальт, стали оживать лесные звуки. Издалека донёсся трубный вой дикого обитателя леса. Насколько рано здесь я появился было неясно. Решил у трассы подождать минут пятнадцать, если хлебный фургон уже проехал, сделаю ещё короткий заброс и оттуда буду ждать уже до конца. Мои часы, не синхронизированные с местным временем, отмечать интервал умели.

Машина из города остановилась перед моей поднятой рукой на девятой минуте. Когда подошёл, незнакомый голос из-за руля что-то сказал. Не разобрав за шумом мотора, я спросил:

– Что?

– Сергей Анатольевич? – спросил водитель громче.

Из-за темноты после ярких фар мы друг друга не видели. Я обескуражено пробормотал:

– Да!

– Садись! – сказал водитель. – Как велено, не беру никого кроме тебя.

– Кто велел? – спросил я, усаживаясь в кабине.

Но он не ответил, отпустил сцепление и прибавил газу. Лицо водителя перекосилось кривой усмешкой.

Для меня запахло чем-то таинственным, всё-таки собирался ехать случайным попутчиком, но оказалось, меня одного брали по какому-то странному велению. И водитель объяснять ничего не стал.

Дорога до посёлка заняла не больше часа. Когда остановились у ворот лабораторного комплекса, я, выйдя, но придерживая открытой дверцу, снова спросил:

– Так кто велел меня забрать?

Водитель хмыкнул:

– Проверь у себя голову! – захлопнул боковую дверь и тронулся.

Когда после звонка ворота открылись, я спросил встречавшего меня охранника: