Артём Варава – Записки старого мага (страница 24)

Укрепившись в его мозгу Дайнра, как в своем, Элина заставила троля открыть глаза. Дальше – больше. Дергая за невидимые нити, пользуясь чужим телом словно марионеткой, девушка заставила дикаря встать на колени. Теперь нужно добраться к Боргу. Увязая незнакомыми долговязыми ногами в рыхлой жиже, помогая себе слишком длинными, но сильными руками, цетра кое-как доползла до соседнего дерева, и остановившись у его ствола, протянула руки вверх…

–Ты что сдурел?– Сщурился на нее с высоты прим, крепче ухвати вшись за сук.– Сам залезешь…

Пришлось справляться как есть. Приложив максимум усилий, с третьего или четвертого раза, Элина заставила чужое тело ухватиться за ближайшую к себе ветку, и подтянуть себя вверх. Кое-как укрепившись на дереве… цетра стала тормошить сознание дикаря. Первые попытки были неудачны, но послушница не сдавалась, и спустя какое-то время, троль, наконец, откликнулся на ее зов. Шатко вывалившись откуда-то из темных сфер… и оттеснив сознание девушки своим, охотник вернулся в тело.

Отпустив дикаря, Элина вернулась в себя и… едва не захлебнулась в окруживших ее отовсюду червях. Оставшись без хозяйки… ее тело соскользнуло с коряги и теперь, почти по самый нос, бултыхалось в скользкой червивой каше. Еще немного и было бы позно. Крепче вцепившись в кору, Элина вновь потянула себя вверх. Выбравшись из живого болота, полезла на дерево выше. Одна ветка, вторая, кажется можно передохнуть… Немного отдышавшись девушка глянула вниз.

Без устали подкапывая землю вокруг дерева, черви постепенно лишили дуб корней и могучий ствол слегка накренился. Земля размякла совсем… С каждым мгновением старое дерево опускалось все ниже. Раздался треск зеленой кроны и Элина,– что бы не оказаться раздавленной, шаг за шагом стала пробираться на тыльную – более безопасную часть падающего дуба. Мельком обернувшись, девушка увидела как из-под слоя червей показался вывороченный корень, после еще и еще один… и вот, наконец, под могучий стон треснувших ветвей, дуб обрушился – в образовавшуееся под ним живое болото.

Подняв вокруг себя целые фонтаны грязи, дерево под громкий всплеск качнулось на вязких волнах. Едва сумев удержаться на стволе, Элина услышав за спиной удар, обернулась. Упал еще один дуб. К счастью, пока еще далеко. Деревья на которых висели остальные члены отряда, пока стаяли на своих местах. Хотя после того что случилось… наверняка не надолго.

Отряхнув руки и лицо от слизи, девушка осмотрелась. Черви уже не пугали так сильно. Ствол, на котором ей посчастливилось оказаться, зацепившись поваленной кроной за соседние деревья, довольно крепко держался на плаву, в общем, спешить, как оказалось было не куда…

Мало помалу стало тихо. Над болотом (тысячи червей, к этому времени, уже исчезли под гадкой на вид белесой жижей) стал подниматься густой, зеленый туман. Плотный, непрозрачный… этот туман, словно громадный слизень – обтекал своим белесым телом все до чего мог дотянуться и поглотив тот или иной предмет, тут же спешил к следующему. Ширясь все больше, плотная дымка добралась до дерева цетры и пока мало что понимая, Элина опустила в него руку…

Невесомое тело обтекло кисть послушницы, заструилось между пальцев… полупрозрачной взвесью стало подниматься по ее запястью вверх. Руку обожгло словно в нее впилось тысяча иголок. Вскрикнув, Элина в страхе отпрянула от тумана. Запах тлена и гнили усилился. Парой мгновений спустя стал вовсе непереносим. От вони заслезились глаза. Что бы хоть как-то укрыться от мерзкого запаха, девушка закрылась мокрым рукавом. Ничего не помогало. Запах проникал повсюду, пропитывал одежду, сочился сквозь поры, настырно лез в нос… Стала кружится голова.

Задыхаясь, Элина поползла по утопающему в зеленоватом тумане стволу. Цепляясь одеждой за обломанные сучя, стала карабкаться по ветвям вверх – к еще чистому воздуху… к пятну чистого неба над головой…

Туман, тем временем, уже поглотил весь ствол, заструился тоненькими ручейками по разрывам коры, и словно хищник желающий настигнуть жертву, выпустил к послушнице несколько тонких дрожащих язычков…

Поднявшись по изогнувшимся под ее весом ветвям так высоко как только можно, Элина увидела… вцепившегося в ствол соседнего древа эльба. Тот, словно не замечая клубившихся вокруг зеленоватых вихрей, что-то негромко бормотал себе под нос, и лишь изредка оглядывался по сторонам. Закашлявшись, цетра криком попыталась привлечь внимание старика на себя. Дерево коротышки тем временем склонилось ниже, вновь раздался уже знакомый треск, и коренастая испуганная фигурка, проплыв стороной, исчезла в поднявшемся уже на высоту человеческого роста тумане. Стало одиноко, пусто и холодно… Время от времени, то там то здесь, раздавался скрежет очередного падающего гиганта, затем всплеск, и вновь наступала глухая, шепчущая тишина…

В очередной раз вздрогнув от боли, девушка осмотрелась. Туман уже поглотил почти все ее тело и не зная меры, лез все выше. Помощи ждать было не откуда… Вспомнив о троле Элина коснулась его души своей, но мгновением после… словно ошпаренная тут же вернулась обратно. Кожа, грудь и глаза дикаря горели словно огнем, он задыхался, а его сердце, такое сильное и могучее прежде, отсчитывало, похоже, свои последние удары.

Зная, что похожая участь ожидает и ее, Элина схватила висевший на шее камешек в кулак. Зажмурившись, горячо пожелала о том, что бы туман, не причинил вреда ни ей, ни ее товарищам. Камешек потеплел, засветился сквозь тесно сжатые пальцы, но опять, как это уже бывало много раз, не сработал… Жаль, чудесное спасение было бы сейчас как нельзя лучше.

Туман, тем временем, достиг ее лица, обтек подбородок, подобрался ко рту. Используя последний шанс, Элина потянулась на носочках и приподнявшись над колючей взвесью, набрала полную грудь чистого воздуха. Гнилой сучек под ее пятой треснул, переломился у основания, и цетра, не сумев удержаться ногах, сорвалась вниз… Соскользнув в вязкую жижу и оказавшись в непроглядной тьме, она еще, какое-то время барахталась в липкой холодной жиже… но все никак не могла найти, за что бы зацепиться. Затем руки ослабли и она, отчаявшись от бесполезных попыток, позволила бездонной пучине сомкнуться над ее головой. Несколько мгновений, под звук лопающихся пузырей Элина еще слышала удары собственно сердца… а потом пришла тишина…

––

…А кто это тут проснулся? Кто это глазки открыл..?

Голос пришел откуда-то извне. Щурясь от яркого света, цетра прикрыла лицо рукой и повернув голову, заглянула под ладошку. Прямо на нее, прячась за чадящей лучинкой, смотрело чье-то морщинистое, уродливое лицо. Беззубый раскрывшийся в жутковатой улыбке рот, длинный, крючковатый нос, редкие седые и сальные волосы. Половую принадлежность существа определить было сложно, но почему-то Элина решила, что перед ней женщина. Точнее старуха, очень древняя, очень страшная…

–Где я?– Просипела Элина обожженым горлом.– Где остальные?

–Где где..?– заворчала старуха, отодвинувшись от лица.– В земле… Радуйся, что жива осталась.

Приподнявшись на локтях, девушка осмотрелась. Черные, грубо сложенные из больших бревен, стены, низкая земляная крыша, очаг и пара тростниковых циновок на полу. В очаге, развалившись пузатым брюхом в углях, попыхивает паром котел. В крыше, над очагом, дыра и сквозь нее, в ночном небе, видна пригоршня ярких звезд. Тут же, у кострища, на лоскуте кожи, лежат куски сырого, истекающего кровью, мяса. Пахнет сыростью и гнилью. За стенами – квакают лягушки, где-то над головой – нудно жужжит комар…

–Мои друзья, они живы?

–Живы?!– может, спрашивая, а может и, утверждая, улыбнулась пустым ртом старуха.

Бросив в угли очага лучинку, старуха склонилась над котлом, и запев какую-то странную бессвязную песенку, покосилась на послушницу. Подмигнула ей слезящимся, выпученным глазом.

–Ты кушать не хочешь?– Спросила она, голой рукой выловив из кипящего бульона кусок мяса.– Вкусно…

–Нет…

–Жаль, жаль… Друзей надо держать у сердца. Чем ближе, тем лучше… Я всегда так делаю…

Уродица явно была не всебе, но цетра не спешила сдаваться.

–Я говорю про эльба, маленький такой и про человека и еще троль… он большой и зеленый. Вы их не видели?

–Троли, люди, эльбы, видели не видели, знаете не знаете!– Зашипела вдруг старуха.– Шастают тут всякие, покоя от них нет. Лес злят, зверей пугают… Ненавижу…

Старуха завертелась на месте юлой. Размахивая руками, зашипела ругательства. Стало жутко…

Отодвинувшись от бабки, Элина вжалас в стену спиной. Пальцы тут же наткнулись на что-то продолговатое гладкое и жесткое. Приподняв предмет, цетра увидела… большую, обглоданную и обломанную с одного конца кость…

–Что сделано, то сделано, а то, что сделано никто не скажет.– Чуть успокоившись, улыбнулась старуха, вновь подобравшись к цетре.– Я чую, все чую… Скажи мне милая. Зачем лес обидели?.

–Это не мы лес обидели. Это предтеча… Я не знаю зачем…

–Предтеча.– Словно смакуя новое слово, кивнула старуха сделав шаг назад.– Предтеча… Давно их здесь не было. Решились значит… Боятся, ой как боятся перемен. Глупые глупые… Перемены это хорошо, дикая свара как богатый стол… скажи, когда еще могут перепасть лакомые куски…?– Склонившись у очага, старуха с жадной суетливостью стала перебирать разложеные на доске куски мяса.– Волки дерутся, кровь каплет… Сладкая -сладкая. Главное успеть отойти… Растопчут и не заметят. Вот смотри.– Старуха подняла два куска сырого мяса к своему лицу.– Это эльб, а это троль. Узнала? Бегали бегали, а далеко не убежали. Вкусные-жирные… Положи их в рот, и никто ни о чем не узнает… лес большой, лес добрый – лес накормит. Какой подарочек мне принес… А какие еще будут..? Сладкие, добрые, большие и маленькие… сильные и умные… перемены…