Артём Соболь – Первопричина 3: СССР, любовь и магия (страница 172)
Наклоняется ко мне, круглыми глазами смотрит и стремительно принимает бордовый оттенок.
— Я такая неловкая. Я вам сейчас помогу.
Попытка помочь мне, оборачивается небольшой травмой. Девушка так резко дёргает меня за руку, что не рассчитывает сил и роняет меня вперёд. Извиняясь пытается помочь, но поскальзывается и падает на меня. Падает ещё более удачно, то есть едва не сломав мне нос… Короче мы целуемся. Она лежит на мне, смотрит глазами размером с блюдца и не шевелится.
Видимо придя в себя поднимается…
— Игорь, — киваю.
— Глаша, — кивает в ответ девушка.
Мило улыбается, но видимо, вспомнив в каком она виде, вскакивает. Повязывает на пояс мою рубашку и оглядываясь бежит к дороге. Останавливает такси, прыгает в машину.
— Глаша, — глядя в небо выдыхаю.
— Тебе помощь нужна? — склоняется надо мной продавщица мороженого. — Может скорую? Девка-то крупная.
— Не, спасибо. Я в норме… В норме?
Кряхтя поднимаюсь, отряхиваю штаны и по пояс голый шлёпаю в сторону магазина одежды. На ходу провожу пальцем по губам…
— Нет, не моя. Вкус не тот. И тут…
Не могу понять почему мне нравятся такие как она. С чего вдруг? С какой радости? Но девушка красивая. Надеюсь она не сильно расстроилась. А то… Ладно…
Два часа спустя. Отдел КГБ по городу Лазаревску.
Девушка в милицейской рубашке, стоит и смотрит в пол. Теребит белую рубашку подвязанную на пояс и изредка вздыхает. Перед ней стоит невероятно злая Морозова, и несмотря на свои способности управлять холодом и льдом, пытается испепелить взглядом.
— Какого хрена, — потирая пальцами переносицу начинает Екатерина. — Какого хрена вы, товарищ майор, там сегодня устроили?
— Виновата, — поднимает голову девушка. — Череда нелепых случайностей. И вот…
— И вот, — продолжает за неё Морозова. — Нам приходится носится по городу и стирать память свидетелям. Бегать по организациям и заставлять их удалять записи с камер.
— Виновата, товарищ генерал-лейтенант.
— Взыскание бы тебе, — шипит Морозова. — Выговор с занесением. Да не могу. Твои кульбиты, не только не помешали, но и делу помогли. Чтецы пока следы заметали аж целых шестерых сектантов на заметку взяли. Так что… Спасибо. Ну и вопрос к тебе, Глаша. Запечатление было?
— Нет, — качает она головой. — К сожалению нет. Просто он так смотрел на меня. Не смогла устоять, начала выпендриваться. Извините, такого больше не повторится.
— Надеюсь на твоё благоразумие, Дюймовочка. Потому как если запечатления не было, ты сделаешь хуже и себе, и им. У Скворцова семья, большая. Они тебя не примут. Да и сам Скворцов не сможет. Иди, Глаша, иди. Всё у тебя будет.
— Спасибо, Екатерина Константиновна.
Глаша вздохнув уходит. Морозова садится за стол, наливает в стакан коньяк. Выпивает и обхватывает голову руками.
— У тебя будет, я уверена. Тебе всего тридцать три. Встретишь ещё своего. А вот я кажется нет. Мне уже девяносто. За пятьдесят три года, я так никого и не встретила. Буду работать. Всё это глупости.
Глава 42
Следующий день. Ничего не изменилось. Девушки по-прежнему обсуждают свадьбу и выбирают кто в чём будет, ну и где будет проходить мироприятие.
Обсуждение проходит на кухне, с вином и сладостями на закуску. Попытки вытащить из на прогулку снова терпят крах. Как только начинают петь и слишком громко смеяться, говорю что пойду пройду и только направляюсь к выходу, как вдруг…
— Я с тобой, — догоняет меня Иванова.
— Платье выбирать не хочешь?
— Честно? Нет. Нисколько. Я лучше с тобой прогуляюсь. А платье… Боюсь, они всё и без меня выберут. Идём? Наедине побудем
— Идём.
Берёмся за руки, идём на остановку, прыгаем в удачно быстро подошедший автобус и едем в центр.
— Знаешь, — прижимается ко мне Маша. — А грудь я всё же хочу увеличить. И попу. Немного, без излишеств.