Артём Скороходов – Тишина (страница 36)

— А до этого?

— Я вижу ревность? — с интересом глядя на девушку, спросил Иван.

Губы Ярославы сжались, а ладонь обхватила покрепче кружку.

— Хорошо, хорошо, отвечаю. Это с работы звонили. — сказал Иван, глядя в гневно сверкнувшие девичьи глаза. — Только не кидай в меня кружкой.

— ЦелУю? Тебе на работе женским голосом говорят “целУю”!?

— А как же по-женски обидеться, ничего не рассказывать и не разговаривать со мной три дня? — усмехнулся капитан.

Кружка грохнула о стол, Ярослава вскочила и ушла в ванную, оглушительно хлопнув дверью. Иван зевнул, допил кофе и пошел одеваться. Уже спускаясь вниз, он получил сообщение на комм. Одно только слово “Cabron!”. Ниже мелким шрифтом шел подстрочный перевод, предоставленный все понимающим коммом: “Козлина!”. Иван хмыкнул, отправил в ответ улыбку и пошел к подъезжающему на парковку черному броневику Департамента. Надо торопиться, заехать домой забрать жучки и наконец-то выключить телевизор. Потом в Департамент, вниз к Анатолию в технический отдел, в оружейную взять новый бронежилет. Дел много, а времени мало.

— Вперед, мой друг! И не жалей лошадей! — произнес капитан, забираясь в автомобиль.

— О, сегодня в хорошем настроении. Прям приятно смотреть, — обрадовался Чингиз.

— Хорош болтать. Педаль в пол.

***

— Смотрите, из кафе два выхода. В зал для посетителей и из кухни служебный. Чингиз, встань где-нибудь недалеко от главного входа, Булка, ты сзади пошатайся.

— А чего это я сзади? — пробасил большой робот.

— Тебя издалека видно. Всю конспирацию порушишь. Если гражданка Крюгер попытается выйти из заведения без меня, хватайте ее и не отпускайте до моего прихода. Выполняйте.

Иван задумчиво посмотрел на вывеску “Пироги от Ловетт” и прошел внутрь. Усевшись на крепкий деревянный стул, капитан стал разглядывать окружение. Сделанная под старину мебель, стены, украшенные черно-белыми гравюрами дирижаблей и паровозов, на каждом столике стояла небольшая керосиновая лампа с живым огоньком. Вкусно пахло жареным мясом и пирожками. К Ивану подошел бронзовый исклич-официант и предложил меню с вычурным шрифтом. Корпус робота был сделан полностью из металла, в нем затейливо крутились шестеренки, а окуляры были похоже на вставленные в бронзовую голову лампочки. Из декоративных трубок за спиной исклича шел поддельный дым, а в животе пыхало небольшое пламя. Сделав заказ, Иван вынул маленькую коробочку с “жучками”, после чего заменил один из них на точно такой же, но из другого кармана. А выбранный из коробки сжег в пламени керосиновой лампы, с интересом разглядывая, как тот обугливается, плывет, а потом рассыпается в пыль. Замена прошла успешно, подсадной приборчик выглядел совершенно идентично тем, что подсунула ему Татьяна.

Заглушая шум улицы, ко входу подъехал большой белый мотоцикл, и в кафе вошла Татьяна Крюгер. Иван даже не узнал ее в первый момент. Она выкрасила волосы в матово-белый цвет, причем досталось даже бровям. На ней были надеты кожаная куртка и штаны того же белого оттенка, абсолютно черная майка без узора. Она улыбнулась и подошла к столику Ивана. Тот поднялся, обошел стол и галантно отодвинул кресло. Как-то дежурно клюнув его в щеку, девушка присела и с интересом уставилась в меню.

— Голодная, как волк зимой! — довольно заявила она, — давайте вот этих пирогов, чая, варенья и побольше! Ну, что, рассказывай, как у тебя дела.

Иван молча и с интересом разглядывал девушку.

— Что? Не нравится? — подняв белую бровь, спросила она.

— Ну почему же. Стильно. Только не очень похожа на частного детектива. Слишком ярко выходит. Наружнее наблюдение, говоришь?

— А сейчас таких заказов нет. Вот и отдыхаю.

— А какие есть? — поинтересовался капитан.

— Хм, а вот и пошел допрос, — усмехнулась она. — Вань, а ты был женат?

— Был, — коротко ответил тот.

— Жена сбежала, да? После очередного перекрестного допроса с очной ставкой?

— Скорее наоборот. Я ее пожалел и сам ушел. Из меня был плохой муж.

— Ха, самокритика, интересно, — блеснула глазами девушка. — О! А вот и еда! Ты должен попробовать мясной пирог со сладким чаем. Пища богов!

— Как устроилась? Всё восстановила?

— Да, всё в порядке. Спасибо. Ты тогда меня очень выручил. Слушай, Вань, на самом деле хотела с тобой поговорить. Мне снова требуется твоя помощь.

— Внимательно слушаю, — иронично ответил Иван.

— Не ухмыляйся. Мы в ответе за тех, кого спасли. Мне очень нужна твоя помощь.

— И в чем же? — тон капитана стал уж совсем издевательским.

— Так, всё. Ничего тебе не скажу.

— Вот и славно. Ммм, вкусный пирог. Надеюсь, это говядина?

Татьяна замолчала, постучала пальцами по столу. Решительно встала, собираясь уходить. Взгляд ее стал жестким. И где осталась та рыдающая девчонка из подвала?

— Я сейчас уйду. Ты уверен?

— Ефе рас самефю… Секунду, — прожевывая кусок пирога и подняв палец, сказал Иван, — всё. Еще раз замечу, я уже сказал, что внимательно тебя слушаю.

— Кроме шуток, Вань, — сказала Татьяна, садясь назад, — я видела, в какой дыре ты живешь. Сколько у тебя зарплата? Две? Три тысячи? Скорее, две. Я хотела предложить тебе небольшую подработку.

— Продолжай, — внимательно разглядывая девушку, сказал капитан.

— Надо всего лишь надавить на одного товарища. Он не хочет работать с моими хорошими друзьями. Надо его убедить. Никаких ужасов, просто поговорить. Если все пройдет хорошо, то они заплатят тебе десять тысяч. Легкие деньги.

Татьяна пила чай и задумчиво смотрела в сторону улицы. Она была красива, стильно одета и очень уверена в себе. Иван подумал, что возможно ошибался на ее счет. Он-то думал, что она просто мелкая пешка, которую попросили втереться к нему в доверие. Но тут явно было что-то не так. Надо прокачать ситуацию.

— В принципе интересно, — убрав ухмылку, ответил Иван, — Я так понимаю, что если все пройдет как надо, это будет не единственная твоя просьба?

— Правильно понимаешь.

— С кем надо… хм… побеседовать? И кто твои друзья?

— Так ты согласен?

— Почти. Но нужны детали.

Татьяна очень внимательно вглядывалась в лицо Ивана и вдруг, явно приняв решение, ответила:

— Я ошиблась. Извини. Забудь, что я тебе сказала, — потом резко поднялась, — извини, мне надо бежать.

— Стой, — резко сказал Иван. Доставая из кармана коробочку с “жучками”, и бросая ее девушке в руки. — Это твоё. Ответь мне на один вопрос. Зачем ты за мной следила?

Татьяна посмотрела на коробочку, потрясла ей и, не став упираться, запихнула в карман куртки. Потом, немного подумав, ответила:

— Они меня заставили. Извини, Вань, я не могу ничего про них сказать, это очень могущественные люди. Они угрожали моей семье. Я вынуждена была это сделать.

— Угрожали твоей семье? Ты рассказывала про бабушку.

— Да. Извини, но между её и твоими интересами ты сам понимаешь, кого я выберу.

— Ты-ж, говорила, что она уже умерла.

— Да? — удивленно спросила Татьяна, — Точно? Вот блин, — усмехнулась она и вдруг резко рванула к выходу из кафе.

Капитан сразу же бросился за ней, но не успел он пробежать и трех шагов, как исклич-охранник, больше похожий на сияющий самовар с ножками, схватил капитана и повалил его на пол. Тут же на него навалились двое сверкающих латунью робота-официанта. Испуганно закричала женщина.

Глава 17

— Вы не оплатили обед, — хором пробасили навалившиеся на капитана искличи, — покидать заведение, не внеся положенную плату, запрещено!

— Роботы! Немедленно отпустили меня и сделали два шага назад, — приказал им капитан. Те немедленно выполнили приказ, продолжая бурчать про оплату.

Иван поднялся, провел коммом над терминалом и, уже не торопясь, вышел на улицу. Ни белого мотоцикла, ни Татьяны на улице не было. В броневике задумчиво сидел Чингиз.

— Чингиз, где Татьяна?!

— В смысле? С тобой в кафе, — с явным недоумением ответил робот.

— Она сейчас выбежала. Ты почему ее не задержал?

— Как выбежала? Вот же ее мотоции… — замер Чингиз, указывая на пустое место на парковке. — Он же тут стоял… Ничего не понимаю.

Чингиз был явно удручен, с каким-то даже благоговением смотрел на пустое место на парковке.