Артём Сергеев – Знак Огня 2 (страница 16)

И ещё, я прямо сейчас ощущал, что Федька что-то там перекладывает в подвале, радостно так перекладывает, по-хозяйски, и что Тимофеич степенно обходит линии одну за другой, проверяя, всё ли на местах в порядке, и что Амба деятельно шарится по ближайшему лесу, обживая новые владения, то есть все были при деле, нужно было подключаться и мне.

Я не стал пока разматывать удлинитель, мало ли, вдруг Ольга откажется, вдруг забоится, чего его тогда туда-сюда зазря таскать, и пошёл к ней налегке, настраиваясь по пути на мягкие уговоры и готовя себя не огорчаться в случае отказа. Ну, и ещё заодно шагами померил расстояние от моего дома и до её, вдруг всё-таки согласится.

— Девяносто шесть! — сказал я сам себе, оказавшись напротив калитки в чужих воротах, вроде должно хватить ста метров провода, впритык, но хватить. Шаги-то я делал нормальные, уж всяко меньше метра.

— Что девяносто шесть? — удивлённо переспросили меня из-за ограды, а потом поспешили пригласить внутрь, — да ты заходи, Даня, заходи!

Я не стал отказываться, мне ведь это и было нужно, и вошёл через открывшуюся калитку на участок, одновременно выхватив глазами то место, куда спускались провода со столба. А что, нормально, ближний ко мне угол, вверху уличный счётчик висит, под ним небольшой электрошкаф, а ещё ниже торчат уличные закрытые розетки, всё как по заказу.

— Здравствуйте, — в гостях у Ольги, как будто и не уходили никуда со вчера-позавчера, были и Зоя Фёдоровна, и Алёна, — всем!

— Здравствуй! — вразнобой обрадовались мне все трое, прямо как родному, да и я им почему-то тоже.

Ольга выглядела много лучше, чем ещё совсем недавно, куда-то исчез лихорадочный, испуганный блеск в её глазах, она осторожно радовалась жизни, а Зоя Фёдоровна и Алёна, как я понял, ей в этом помогали.

— Вот, — подтвердила мои мысли Ольга, — дрова на зиму нужны, уголь, а я же не знаю, где всё это взять, да и денег не было. А тут как раз ты мне остатки за квартиру передал! Теперь на всё хватит, и на налог заплатить, и на зиму в тепле пересидеть!

— Хватит! — подтвердила Зоя Фёдоровна, — и дров возьмём хороших, и угля в мешках, просеянного, кусками, без пыли. У нас поставщики проверенные, местные, у них без обмана. А то в газетах искать или на столбах объявления срывать — там хорошего не жди! А тебе, Даня, разве не надо?

— Может, и надо, — пожал плечами я, — только чуть попозже, мне бы сейчас другую беду побороть — электричества же нет. Так что я, Ольга, к вашей милости, мне бы подключиться — за деньги, конечно же, пока вопрос не решу. Может, на неделю, может, на две — не знаю точно. Платить буду за весь счётчик — сейчас же лето, ну сколько там нагорит?

— Да ради бога, — немного растерянно сказала Собакина, — ты же мне так помог. А не сломается там ничего?

— Не сломается, — чуть резче, чем надо, ответила ей вместо меня Зоя Фёдоровна, — а то давай, Даня, ко мне, а?

— Далековато к вам, — развёл руками я, — удлинителя не хватит, а он у меня один. Девяносто шесть — это я шаги считал.

— Нет-нет-нет! — запротестовала Ольга, — ко мне, так ко мне! Только ты уж, Даниил, сделай так, чтобы не сломалось ничего, хорошо?

— Сделает! — снова вместо меня ответила ей Зоя Фёдоровна, — а потом ещё мой Николай Иванович через три дня из больницы выйдет да всё и проверит, чтоб у тебя душа успокоилась. Чему там ломаться? И давай уже, Оленька, звонить, время обед, хорошо бы, чтоб сегодня всё привезти успели! Чтоб и разгрузились, и мешки с углём перетаскали!

— Да-да! — радостно заторопилась та, — а дрова в поленницу я и сама сложу!

— Сложишь, — подтвердила Зоя Фёдоровна, достав свой телефон и подталкивая Ольгу к скамеечке, что стояла чуть поодаль, — куда ты денешься! Не за день, так за два, ты ещё эти дрова рубить да пилить у нас научишься, не переживай!

И они присели на скамейку, и Зоя Фёдоровна начала звонить с чужого телефона по сохранённым у неё номерам, всё это были, как я понял, местные, проверенные мужики, промышлявшие по сезону углём да дровами, и начала она с ними очень обстоятельно и громогласно договариваться, в общем, мне тут делать было уже нечего, можно было идти и разматывать удлинитель, так что я и пошёл, пока никто не передумал, но Алёна увязалась за мной.

— А ты чего не осталась? — удивился я, — самые переговоры же!

— Да я не за этим! — махнула рукой девушка, — мне муж Зои Фёдоровны был нужен, а не они сами.

— А зачем? — я-то помнил, что соседкин муж в больнице, пневмонию долёживает, так что вряд ли он по возвращению будет сразу кому-то в чём-то помогать. Человек пожилой, ему восстановиться сначала придётся, прежде чем что-то делать.

— Да печник он, — объяснила мне Алёна, — хоть и любитель, но хороший! Так что сейчас он нарасхват будет, осень же начинается. Вот я и прибежала, очередь застолбить.

— Печники в таком дефиците? — удивился я, — но сейчас же у всех эти, котлы электрические, или другие, как их, мультитопливные! Отопление же сейчас везде автономное, разве не так?

— На одни котлы, — со снисходительной жалостью, как опытная деревенская жительница на городского дурачка, посмотрела на меня Алёна, — полагаться нельзя, в январе особенно. Когда весь месяц минус сорок по утрам, да ещё и с ветром! А так печь два раза в день протопишь, и котлу сразу легче, и платить за электричество уже не по тридцать-сорок тысяч в месяц надо, а много меньше. На сэкономленное знаешь, сколько дров купить можно? Да и мало у кого здесь котлы нормальные установлены, они ведь тоже кучу денег стоят, обычно самодеятельное что-то, кто во что горазд. То радиатор чугунный в печку вмажут, то труб каких-то наварят, то ещё чего. Плохо тут, в общем, с котлами.

— Понятно, — озадаченно произнёс я, потому что в голове начала крутиться какая-то мысль, — и что, прямо не хватает печников?

— Не хватает, — подтвердила девушка, — нормальных не хватает особенно, да и очередь же у них, на полгода вперёд расписанная. А те, что по объявлениям из города, они ведь за свою работу столько просят, что здесь за эти деньги дом с участком купить можно, вот столько они просят! Да и потом, он сделал тяп-ляп и уехал, найди его после этого, а люди мучаются! Так что очередь к Николаю Ивановичу большая, а у нас, как назло, печь в доме — стояла-стояла много лет нормально, а недавно дядя Митя её затопил легонько, дом просушить, неделя очень холодная да мокрая выдалась, и перетопил, перестарался, накидал сухой берёзы полную топку, смотрим — трещины большие поверху пошли, и коптит ещё оттуда, да так сильно!

— Вот как? — и я даже остановился, — как удачно, слушай!

Алёна удивлённо посмотрела на меня, и я исправился:

— Да я не в том смысле! Просто я думал, чем мне тут заняться можно, пока дела не наладились, чтобы штаны поддержать, вот тебе и ответ!

— А ты что, печник? — очень недоверчиво покосилась на меня Алёна, — ты уж извини, Данила, но что-то слабо верится. Ты ведь до того городской, что какие тебе печи? Винду на комп поставить — в это я поверю, а насчёт этого…

— Смотри, — и я, вздохнув, начал объяснять ей, что работал на металлургическом заводе, сначала рабочим, потом мастером, потом начальником смены, ну это уже после, когда образование получил. И что заводские печи, они ведь тоже по большей части из кирпичей состоят, но температуры там запредельные, и поэтому перебирают их частенько, и по мелочам, и полностью.

Конечно, работягам из смены такую работу не доверяют, на это есть специально обученные люди, бригада целая, что мотается по всем краям нашей необъятной с завода на завод, у них редчайшая квалификация, у них и ответственность, а потому им и, как говорится, карты в руки. И зарплаты у них, кстати, от этого с нашими рядом не стояли.

Так что, когда прибывают они на завод, и останавливают для них печи, то начинают они, бригада эта, аврально работать, а всех тех, кто на этой печи трудился, придают им в помощники, вот просто чтобы без дела не сидели.

Но обычно отказываются пришлые бригадники от такой помощи, и торчат тогда довольные работяги из смены в бытовке, козла забивают, а вот мне это было скучно, целыми днями костями греметь, и потому я ходил туда, на печку, сначала просто смотреть, что там прикомандированные делают, интересно же, а потом потихоньку подружился с ними, ну и начал помогать по мере сил, и они это оценили, хорошие это были мужики. А уж когда я вернул им свистнутый у них Славкой шведский молоточек-кирочку, очень ладную да ухватистую, то дело вообще пошло на лад.

Перебрать промышленную печь — дело не быстрое, как ни старайся, так что за тот месяц я многому у прикомандированных нахватался, а когда через год вновь приехали они, то встретились мы добрыми друзьями, мне даже приятно было, что меня так хорошо помнили, и вновь я пошёл им помогать, но уже не по собственной воле, а в приказном порядке меня туда отправили, меня и ещё одного парня, потому что начальство сообразило, что пришлая бригада — это, конечно, хорошо, но нужно воспитывать и свои собственные кадры, для мелкого ремонта вот хотя бы, а то случись чего — и помочь же некому будет, у всех на заводе для такой работы лапки.

Так что и второй месяц я провёл вместе с ними, а на следующий год ещё, и на четвёртый тоже, и на пятый снова. И с каждым годом я всё больше в этом деле соображал, да и дружился с ними всё сильнее, особенно с одним товарищем, Саней его звали, и это был такой в этом деле специалист, что его даже в Шотландию выписывали, камины в старинных замках перебирать, я сначала не поверил было, но мне быстро сунули в нос фотографии этого самого Сани на фоне рыцарских интерьеров и огромных каминов, в которых можно было целиком быка зажарить, и я мгновенно и с удовольствием поверил.