Артём Март – Пограничник. Том 1: На афганской границе (страница 2)
– Ну вот. Не хочется вам место поспокойней найти?
– Нет, Сережа. Не хочется.
М-да… Хотя болтать с Сережей мне не особенно и хотелось, я его понимал. После смерти супруги, моей Наташи, с которой прожили мы душа в душу больше тридцати лет, я решил, что от всего устал.
Дети выросли, у них теперь свои семьи, внуки у меня растут. А мне наконец захотелось покоя. Вернее, я наконец смог его себе позволить. Решив, что работа егерем в глухих лесах Апшеронского района принесет мне этот самый покой, я не ошибся. И душа, и разум отдыхают, когда ты обходишь свой участок, оставаясь наедине с природой. Да и физические нагрузки позволяют мне держаться в неплохой форме. Будто бы тормозят подходящую старость.
– А я вот уже подумываю поменять работу, – пробурчал Сергей. – Когда служил, думал, кончится контракт, так подыщу себе что-нибудь поспокойнее. Устал. А теперь жалею, что с пограничных войск уволился. Тут, в лесничестве, че-то тоже не сахар.
– Ты служил на границе? – заинтересовался я.
– Угу. Казахской. В Оренбургской области. Один из местных пунктов пропуска охранял.
– Пограничник, значит.
– Ну, можно и так сказать, – робко улыбнулся Сережа, когда я к нему обернулся. – А вы что, тоже?
– Нет.
– А где служили?
– ВДВ.
Помотало меня неслабо. Вышло так, что призвался я осенью восьмидесятого года. Призвался вместе с младшим братом Сашей. Еще со школы знали мы, что оба попадем в пограничные войска. Сашку тогда очень расстроила эта новость. С детства он хотел служить в воздушно-десантных войсках. Быть как наш с ним уже покойный дядька Мишка. Но потом брат свыкся с этой мыслью и даже мечтал, что мы с ним станем служить на одной пограничной заставе. Правда, судьба-злодейка распорядилась иначе.
На девятке, сборном пункте Краснодара, все поменялось, как только появились офицеры «покупатели» из разных родов войск. Тогда Саша отправился на границу. Меня же почему-то отобрали как раз в воздушно-десантные войска. Это было неожиданностью для нас обоих. Причин, как водится, никто не объяснял.
Второй неожиданностью стало то, что оба мы оказались в Афгане, только он по эту сторону границы, а я по ту. В переписке думали мы, что, может быть, даже сможем когда-нибудь увидеться. Да встречи так и не вышло.
– Ого, – удивился Сережа. – Ну, теперь понятно, чего вы такой крепкий.
– Всякое бывало в жизни, – немногословно ответил я.
– А я, если честно, подумал, что вы тоже пограничник. Вы так удивились, когда я про себя рассказал…
– Нет, не пограничник, – я аккуратно спустился по крупному валуну небольшого скального обнажения, выглянувшего из-под корней массивного дуба, высящегося над нами. – Брат был пограничником.
– Надо же, – разулыбался Сережа. – У вас брат есть? А он где сейчас?
Я обернулся, заглянул в глаза Сереже так, что он даже замялся.
– Мой брат пропал без вести на афганской границе. Уже больше сорока лет он считается погибшим.
– Извините, – буркнул Сергей после краткого молчания.
– Ничего. Ладно. Поторопимся.
Мы спустились еще ниже по склону. Закончились высокие лиственные деревья, закрывавшие чуть ли не все небо. Их место заняли низенькие акации, орешник и дикие яблони.
Вдруг Сергей отстал, рация на его подвесе зашипела статикой.
– Да, слушаю, – отозвался он.
Я обернулся, поправил ремень своего сорок седьмого ИЖа, висевшего на плече. Быстро проговорив что-то по рации, Сережа приблизился.
– Говорят, на соседнем участке собака взяла след девочки. Нужно больше людей, чтобы прочесать местность. Нас вызывают туда.
– Ты сказал им, что мы и сами нашли следы?
– Сказал, но они собакам больше доверяют, чем нам, – пожал плечами Сережа.
Я на миг задумался.
– Хорошо. Иди. Передай им, что я остался тут. Хочу кое-что проверить.
– Но вы же останетесь без связи. На перевале рации не работают.
– Иди-иди. Нормально все будет. Я быстро.
Не решившись мне возразить, Сергей неуверенно кивнул, поправил «Сайгу» и как-то нехотя направился вверх по склону.
Я же продолжил спускаться ниже, пока не добрался до плосковатой опушки леса. Сильные ветра, приходящие с Черного моря, старательно вылизывали эти места почти девять месяцев в году. Потому тут, на вершине перевала, растительность скудела, переходя в низкий травяной ковер, а потом и вовсе уступала место голым камням.
Я прошел к краю невысокой скалы, присел и внимательно осмотрелся. Судя по следам, Аня направлялась именно в эту сторону. Отвесная скала с немногочисленными ступенями внизу переходила в высокую осыпь, укрепленную вдоль серпантина стальной сеткой и каменными блоками.
Внезапно я услышал звук осыпавшихся камней. Крупный валун, увлекая за собой мелкие камушки, покатился вниз, к дороге. Это случилось где-то слева, немного за моей спиной. Я тут же обернулся на шум. Заметил, как внизу, между белых скальных выступов, мелькнуло что-то ярко-красное.
– Аня, – прошептал я и тут же встал.
Я быстро направился к тому месту края перевала, под которым сошли камни. Оказавшись где надо, я подошел к обрыву, присел, глянув вниз. Почти сразу я наткнулся на испуганный Анин взгляд.
– Аня, – тут же позвал я, – все в порядке, я из поисковой группы. Меня зовут Пашей.
Чумазая светловолосая девчонка, одетая в красную толстовку и джинсы, стояла на узкой скальной ступени и глядела на меня красными от слез глазами.
Когда новый камень откололся и покатился вниз, стало ясно, что хрупкая ступень с трудом выдерживает вес маленькой девочки. Мои догадки подтвердило и то, что истончившийся краешек ступени тут же отправился вслед за камнем.
– Помогите, – пискнула Аня, испуганно прижимаясь грудью к полосатым пластам горной породы.
– Сейчас. Стой спокойно и не двигайся. Я спущу тебе веревку. Сможешь подняться?
Девочка покивала.
– Хорошо.
Достав из кармана брюк рацию, я щелкнул кнопкой. Попытался вызвать остальных и сообщить, что девочка нашлась. Однако ответом мне стали одни только радиопомехи.
– М-да… – протянул я, глядя на большие линии высоковольтных проводов, тянущиеся по горе в нескольких сотнях метров от нас.
Связи не было. Придется справляться своими силами.
Я торопливо снял рюкзак, достал оттуда моток альпинистской веревки, которую взял с собой на подобный случай.
– Аня, послушай.
Девочка вскинула голову, уставилась на меня.
– Мне нужно вернуться немного назад, чтобы найти, где закрепить веревку понадежнее. Я тебя не бросаю. Ты теперь не одна, поняла?
Девочка покивала.
– Хорошо. Вернусь через минуту.
Бросив ружье и рюкзак у обрыва, я побежал к опушке, нашел крепкий ствол упавшего дерева и закрепил вокруг него канат. Потом тут же направился к краю перевала.
– Ну как? Держишься?
– Да.
– Очень хорошо. Слушай внимательно. Сейчас я спущу тебе веревку. Сможешь обвязаться? Тогда я подниму тебя наверх.
Аня торопливо покивала, и я стал спускать трос. Когда он достиг девчонки, та схватила веревку, отошла от скалы, и из-под ступени тотчас же покатились новые камни. Край ее снова осыпался. Девчонка пискнула, бросила трос и прижалась обратно к скале.
– Я не могу… Я… я упаду! Подо мной сейчас все обвалится!
Видя, что девочка в панике, я понял, что сейчас она ни на что не способна. Придется идти другим путем.
– Все будет хорошо, – спокойно сказал я, не теряя с ней зрительного контакта. – Слышишь? Под тобой ничего не обвалится. Ты никуда не упадешь. Я тебя вытащу. Поняла?